Алина Савельева – Дневник желаний (страница 4)
«Хороша Непруха», — подумал он, на ходу соображая, как преподнести девушке новость так, чтобы убить двух зайцев сразу: свою взбалмошную тетку, ну, вернее, ее заказ, и внезапно возросший интерес к этому недоразумению с кричащей фамилией.
Оля стояла, вытянувшись по струнке и боясь шевельнуться, незаметно наблюдая из-под опущенных ресниц за кружащим вокруг нее акулой боссом.
«Может, мерки снимает?» — пронеслась шальная мысль. «Ага, для гроба…» — подсказало хроническое невезение, злорадно усмехнувшись.
— Изыди, — буркнула Оля и, тут же вскинув взгляд, поспешила оправдаться: — Это не вам, Максим Дмитриевич.
— И что мне с тобой делать? — вернув чуть не повстречавшиеся с линией роста волос брови на место, пробубнил босс, припечатав в конце фразы уже привычным: — Непруха…
— Ну-у, — закатив глаза от наболевшей уже порядком темы, с нескрываемой издевкой в голосе добавила Оля. — Может, фамилию сменить?
— Знаешь, в этом что-то есть, — воодушевленно отозвался Максим, подходя ближе, и, взяв Олю за подбородок, не скрываясь, оценил глубину гла… декольте.
— Издеваетесь? — невесело хмыкнув, пробурчала Оля и, вспомнив об остатках неубиваемой любыми падениями гордости, дернулась, высвобождая взятый в тиски подбородок.
«Слишком близко стою», — последнее, о чем подумал Максим.
Потому что в следующее мгновение от слишком резкого движения дернувшейся Оли сережка в ее ухе колыхнулась, поймав лучи утреннего солнца, и беспощадным зайчиком отразилась в его синем глазу.
От неожиданности Максим попятился и, натолкнувшись на стоящий сзади диван, чертыхнувшись, завалился, неуклюже взмахнув в воздухе всеми конечностями, ну или почти всеми…
— Ой, вам помочь? — шагнула Оля к дивану, провоцируя босса позорно отползти к дальнему краю, и уже смиренно добавила: — Извините.
— Иди, Оля, — заикаясь, проблеял Максим Дмитриевич, мысленно рисуя вокруг себя круг белым мелом или мелком «Машенька», параллельно продумывая стадии получения патента на производство мелка «Оленька», и желательно — не посмертно.
Тяжело вздохнув, Оля развернулась к выходу, по пути раздавив-таки невовремя выбежавшего из укрытия начальственного стола таракана.
«Еще одна жертва» — одновременно подумали Оля и Максим, но вслух ничего не сказали. Проводив взглядом искушение и недоразумение в одном флаконе Максим осторожно привстал с дивана.
— Могло быть и хуже, — нервно хмыкнув, вслух успокоил сам себя и, глянув на невинный труп, все еще шевелящий лапками, хмуро добавил: — Хотя, как посмотреть…
Немного мучила совесть, что он планирует воспользоваться и без того обиженной жизнью девушкой, но туманная надежда, что смена фамилии поможет и ей, задвинула муки совести в дальний угол.
От автора: Ну что, уважаемые читатели, интересно, что будет дальше? Посмотрим как следующий автор повернет сюжет. Передаю эстафету Алине Азовой.
Познакомиться с творчеством автора можно по ссылке: https://litmarket.ru/lyubov-trofimova-1-p116260
Книга автора в процессе написания: https://litmarket.ru/books/dogoni-menya-1
Самая популярная книга автора: https://litmarket.ru/books/vzaimnost-na-schaste
Часть 5. Автор: Алина Азова
Часть 5. Автор: Алина Азова
Второе желание
Оля вернулась в зал и услышала хихиканье официанток во главе с Викой. При виде нее у всех на губах появились злорадные улыбки. И снова Ольга Непруха стала посмешищем. С другой стороны, утешала себя Оленька, она продлевает окружающим жизнь (конечно, когда не калечит). Ведь где еще найдется такое ходячее недоразумение, над которым только и делают, что потешаются все кому не лень.
Внезапно вспомнилось лицо шефа, когда он услышал голос Громова, и грозный взгляд в ее сторону, прежде чем он ретировался, придерживая штаны. Ольга понуро опустила голову и качнула головой. Как говорила астролог, неудачи будут сопровождать ее всю жизнь. Если, конечно, она не встретит мужчину, который кардинально изменит ее жизнь. И главное, добавила тогда эта шарлатанка, не угробить его до того, как они поженятся.
Оля тогда отнеслась скептически к словам, а слышавшая предсказание мама решила выдать ее замуж как можно скорее. Во благо дочери, ну и всех окружающих заодно. Пришлось Оленьке уносить ноги из родного дома, ибо если мама решала что-то делать, она шла напролом.
Как назло, с тех пор Оля неосознанно искала этого «принца», способного вырвать ее из черной полосы неудач. Она мечтала о жизни, где не приходится покупать десяток колготок на дню или лечить царапины после очередного фееричного падения. Где ее имя не сопровождается репликами мата, а кот Барсик не шипит на нее каждый раз, как видит. И она не виновата, что, возвращаясь затемно, может не заметить черного как ночь кота и наступить несчастному на хвост.
К сожалению, очереди из принцев не наблюдалось. Возможно, потому что молва о невезучей девушке с фамилией Непруха шла впереди нее. И стоит какому-нибудь симпатичному парню с района услышать ее имя, так только пятки и сверкают.
С тяжелым вздохом Оля подняла голову и заметила, что к ней подходит Вика с улыбкой на красивых пухлых губах. Рыжеватые волосы, как всегда, были собраны в безупречный высокий хвост, а походка от бедра заставляла оборачиваться мужчин. Вот уж кто действительно не знает слова неудача. Оля едва заметно поморщилась, морально готовясь к очередной порции яда.
— Ты сегодня в ударе, Непруха. Сначала падаешь ниц перед красавчиком-боссом, потом стягиваешь штаны с шефа. Что ни сделаешь, чтобы не потерять работу, правда? — со злорадной усмешкой проговорила она. Редкие посетители, услышав звонкий голос Вики, начали оборачиваться и кидать любопытные взгляды на Олю.
— Вик, да ей только мощный приворот поможет, чтобы Громов влюбился и передумал увольнять! — рассмеялась Света и подошла ближе, кидая на Олю оценивающий взгляд. Она привыкла к постоянным насмешкам коллег и знакомых и научилась держать лицо. Поэтому сейчас, слушая колкие реплики девушек, Оля стояла, гордо вскинув голову. — О похождениях босса все знают. Да и фигурка у тебя ничего, но к тебе подойти он поостережется. Оставишь его без…
— А вы сами-то? Побывали у него в постели, чтобы мне советы раздавать? — огрызнулась Оля и, не дожидаясь их ответа, направилась в сторону кухни, крепко сжимая в руках поднос с грязными тарелками. И не потому что ее задели слова этих змей, а чтобы не уронить этот самый поднос на голову очередному посетителю. Уж она-то знала, что бывает после.
Вечером она сидела на кухне, крутя в руке шариковую ручку, и смотрела на написанное первое желание. Она всегда относилась скептически к разным подаркам судьбы. В магию и прочую дребедень и вовсе отказывалась верить. Но ведь после двух строчек в дневнике ее не уволили. А значит? Просто совпадение.
Оля качнула головой, закрыла дневник и пошла к чайнику, чтобы налить себе терпкого какао с небольшим количеством молока. Только оно дарило ей спокойствие после очередного тяжелого дня. Уже собираясь выйти с чашкой, она оглянулась и взглянула на дневник. Старый потрепанный блокнот, готовый вот-вот развалиться, как назло, притягивал взор Оли. Она в нерешительности стояла несколько минут, раздумывая, стоит ли снова рисковать. А затем вздохнула и прошлепала к столу, ощущая прохладу плитки босыми ногами.
— Да чего я сомневаюсь! — воскликнула недовольно Оля и схватила дневник. — Вот сейчас и проверим. Что там Агата говорила про смену фамилии? А Света с Викой! Все равно же ничего не теряю.
Она решительно опустилась на стул, едва не перевернувшись в процессе. Чашка с дымящимся какао чудом не расплескалась, а вот стул не выдержал. Одна ножка треснула и подогнулась, сделав его шатким и неустойчивым. Правда, Оля не стала обращать на это внимания, задумавшись над формулировкой своего желания.
А затем довольно улыбнулась и начала выводить аккуратно и медленно: «Хочу стать госпожой Громовой, чтобы меня не могли уволить с работы!».
Затем удовлетворенно откинулась на спинку, напрочь забыв, что стул сломан. Послышался грохот, тихое шипение и ругательство, которое не стоит произносить в приличном обществе.
***
Максим сидел за огромным столом, наблюдая за Маргаритой Андреевной Копыловой, противной тетушкой, которая могла говорить только о двух вещах: своих несметных богатствах и женитьбе своего племянника.
— Твой отец идиот! — восклицала она каждый раз при встрече и хмурила черные накрашенные брови. Вечно поджатые губы с морщинками вокруг рта кривились в презрительной усмешке. — Вместо того чтобы заняться счастьем единственного сына, он закопался в своей компании. Но ничего, пока я жива, обязательно устрою тебе свадьбу. Даже понянчу внука.
Максим сидел с легкой усмешкой на губах, проскальзывающей, когда она не видела, и считал, что тетушка после инфаркта совсем потеряла рассудок. Ему было тридцать два года, и он прекрасно чувствовал себя холостяком. Эта забегаловка досталась в наследство от тетиного мужа, который обожал это место. Макс же развлекался, наблюдая за склоками в ресторане, и получал стабильный доход, который вполне его устраивал.
Ночные клубы, дорогая выпивка и девушки, сменяющие друг друга — он любил свою жизнь. И считал, что после смерти тети получит наследство, как единственный любимый племянник, пока на днях она не заявила, что ничего ему не оставит, если Максим не женится.