Алина Миг – Злая леди в погоне за сладкой жизнью (страница 20)
— Раф, хочешь попробовать пройтись по верху изгороди? — спросила я, примериваясь к ней.
— О, конечно, хочу! Только как мы туда заберёмся? И ветки кажутся такими острыми…
— Оставь это на меня. — Я позволила мане циркулировать по телу, чтобы усилить себя, и легко подхватила Рафа на руки — теперь он казался мне пушинкой.
— Не пристало девушке таскать мужчину! — возмутился он, густо покраснев и прикрывая лицо ладонями.
Я рассмеялась, и направив побольше маны в ноги и одним ловким прыжком подпрыгнула, ловко становясь на изгородь. Мир магии, я тебя обожаю!
Потоптавшись на месте, я убедилась, что проваливаться не собираюсь, и отпустила Рафа. Он с восторгом огляделся по сторонам и начал осторожно идти вперёд, всё ещё держась на всякий случай за мою руку. Отсюда было отлично видно, куда нужно пойти, чтобы выбраться из лабиринта.
Только вот я заметила Кассиона, который, устроившись на ветке через стенку от нас, с интересом наблюдал за нами поверх книги. То есть, всё это время он был здесь и спокойно смотрел, как мы наматываем круги?
— Кассион! — возмущённо ткнула я в него пальцем.
— Интересно было посмотреть, как вы выберетесь, — невозмутимо признался он, ни капли не смущаясь.
— Нам больше не нужна твоя помощь, — гордо заявила я, задрав подбородок, и потянула Рафа за собой по изгороди к выходу. Но этот негодяй даже и не думал нас слушать. Захлопнув книгу, он с ловкостью перепрыгнул к нам и пошёл следом позади, ведь по двое мы тут не помещались. С щелчком открыл свои карманные часы и, взглянув на циферблат, предупредил:
— До обеда десять минут. Справитесь за пять?
Я предпочла проигнорировать Кассиона и осторожно пошла вперёд. Мы какое-то время двигались молча, когда вдруг я потеряла бдительность и чуть не провалилась сквозь кусты, которые меня слегка не выдержали. К счастью, Морковка вовремя схватил меня за руку и притянул к себе.
— Леди Николь, а вы стали тяжелее.
Не дав ответить, он подхватывал меня с одной стороны, как мешок картошки, а затем и Рафа с другой стороны также, и в пару прыжков он донёс нас до вдоха в лабиринт, где мы оказались в мгновение ока.
— Мог бы и не помогать, — буркнула я, поправляя платье, пока Кассион отпустил нас.
— Боюсь, тогда бы вы нашли повод пожаловаться на плохое самочувствие или вывихнутую ногу, чтобы снова отлынивать от обязанностей, — усмехнулся он.
Я фыркнула, но спорить не стала. Мы с Рафом договорились встретиться завтра, а я, смирившись, поплелась за своим вредным надзирателем — есть, а потом, как и положено, работать с бумагами.
Глава 13. Николь
— Закидывай сахар и заливай воду. И сок лимона не забудь. — Раф послушно выполнял мои команды: высыпал сахар в кастрюлю, плеснул воды, выдавил лимон. Он немного перемешал смесь, которую я тут же поставила на средний огонь, и мы вдвоём уставились на медленно нагревающуюся массу.
Термометра для измерения температуры у меня, конечно, не было, так что, когда карамель стала слегка золотистой, я зачерпнула каплю и капнула её в миску с холодной водой. Ага, застыла — значит, уже готова.
— Вау, это магия! — восхитился мальчик. — Мы такие заклинания ещё не проходили.
Раф, как оказалось, был предрасположен к магии и даже успел похвастаться передо мной и Кассионом парой несложных заклинаний.
— Да, я самая настоящая волшебница! — Гордо покивала я.
— А разве можно быть одновременно и мастером магии, и мастером меча? — спросил он с неподдельным удивлением.
К сожалению, даже если у тебя пробуждалось ядро, ману можно было развивать только в одном направлении, к которому человек предрасположен с рождения: либо влиять на тело, либо творить заклинания. Если бы мне дали выбор, я бы предпочла быть магом.
— Это она образно, — пояснил Кассион, вновь читая вчерашнюю книгу. На обложке я разглядела надпись: «Тёмные маги». В последнее время он, кажется, только ими и увлекался.
— Давай заливать, пока карамель не остыла, — поторопила я Рафа. Он взял ложку и начал аккуратно выливать карамель на пергамент, стараясь сделать ровные кружки, а я тут же вкладывала в них подготовленные шпажки.
— Это точно будет вкусно?
— Очень! К тому же, давай сделаем не только круглые леденцы. Смотри, вот так вилкой можно попробовать придать им другую форму, — предложила я и попыталась сделать что-то красивое, но, признаться, у меня получилось не очень. Пожалуй, стоит как-нибудь обзавестись формочками — например, в виде сердечек или петушков.
— Вам не кажется, что теперь они выглядят так, будто просят, чтобы их не ели? — с лёгким снисхождением заметил Кассион, бросив взгляд на «странные» леденцы. Ну и что? Подумаешь, немного не получилось… Зато было приятно наблюдать, как увлечённый Раф выводит узоры на леденцах, чуть высунув от старания кончик языка. Именно это я и любила в готовке сладостей: сам процесс и то удовольствие, которое он приносит. Сладости ведь должны делать нас счастливее.
— Угостишь сверстников, заведёшь разговор, и они поймут, какой ты милашка, и дружба у тебя будет в кармане, — улыбнулась я, ласково потрепав его по золотистой макушке. По крайней мере, я очень на это надеялась. — А если что, у тебя теперь есть друг в моём лице, так что приходи ещё, пока мы гостим у герцога.
Раф радостно кивнул.
С леденцами мы закончили быстро, и настал черёд испытать разрыхлитель. Судя по запаху, кексы как раз должны были испечься.
— Чаю будете?
— Конечно! — В один голос откликнулись и Кассион, и Раф, уже ощущая в воздухе сладкий аромат кексов.
Оба, попробовав кексы, с восхищением жевали и, не сговариваясь, тянулись за добавкой. Я их прекрасно понимала: тёплая, нежная сердцевина так и таяла во рту.
— Это так…вкусно! Даже вкуснее, чем в кондитерской от…герцога. — с восторгом выдохнул Раф.
— Правда? — Я с улыбкой посмотрела на него. Возможно, он преувеличивал, всё-таки ребёнок, но было приятно это слышать.
— Да! Твои кексы такие воздушные и нежные. — Он рисовал в воздухе что-то похожее на облако. — В кондитерской они… как будто плотнее и пахнут, как хлеб. Больше похожи на сдобную булочку.
Я удивлённо приподняла брови. Не ожидала, что обычный мальчик сумеет так точно уловить разницу.
— Всё потому, что там пекут на дрожжах, а мои приготовлены с помощью волшебного порошочка, который я “изобрела”, — Конечно, громко сказано — «я». Скорее, позаимствовала идею из родного мира. Но я всё равно была рада, что наконец удалось подобрать верную пропорцию. Теперь осталось презентовать разрыхлитель герцогу и придумать план по его распространению.
— Николь, ты собираешься продать рецепт этого волшебного порошка от… герцогу? — задумчиво спросил Раф, пристально глядя на меня.
— Ага, — кивнула я, доставая свитки, в которые каждый раз вписывала новые идеи. В общих чертах герцог Ребане уже был в курсе мною задуманного, но я не собиралась упускать возможность представить всё ещё в лучшем свете. — Герцог уже давно ждёт, когда я закончу с порошком. Только меня беспокоит, что придётся сначала сильно вложиться, чтобы потом получилось заработать больше.
— А расскажешь, что придумала? — Раф смотрел на меня во все глаза, и в его голосе звучало неподдельное любопытство. Я сдержала улыбку: не ожидала, что ребёнок так этим заинтересуется.
— Я хочу не просто продать рецепт разрыхлителя в кондитерскую Его Светлости, — призналась я, прижимая бумаги к груди, — а сделать так, чтобы этот порошок могли купить и простые люди. Чтобы у них появилась возможность, приготовить что-нибудь самостоятельно. Что-то вроде… широкого распространения. — Я вздохнула. Да, в книге герцог Самуэль был хорошим человеком, но всему есть предел, особенно, когда речь заходит о выгоде. Хотя и в том, и в другом случае мы разбогатеем. — Боюсь только, герцог не согласится. Он может захотеть, чтобы право владеть этим порошком осталось только за его кондитерской.
— Не волнуйтесь, леди Николь. Его Светлость производит впечатление благородного человека, — попытался приободрить меня Кассион, откладывая в сторону книгу. — Не стоит переживать раньше времени. Вы ведь отлично подготовили свои аргументы.
— Я тоже помогу что-нибудь придумать, — воодушевился Раф, вскакивая с места.
— Давайте ещё раз пройдемся по всем пунктам, вдруг придумаем что-то новое, леди, — предложил Кассион, чтобы я успокоилась.
— Приятно, когда тебя поддерживают сразу два таких замечательных мужчины, — хихикнула я, кивая им. — Раф, ты ведь с рождения служишь в этом поместье? Как ты думаешь, Его Светлость важно, чтобы только он один владел рецептом?
Раф задумался, а потом пожал плечами:
— Не знаю… Он особо на этом не зацикливается. Ему просто нравится радовать подданных.
Если герцог согласится на широкое распространение разрыхлителя, то сможет получить немало. Многие преимущества мне помог сформулировать Кассион, всё-таки он незаменимый помощник: и рыцарь, и советник.
Если герцог вложится в массовое производство разрыхлителя и возьмёт под контроль торговлю, то и он, и я сможем получать стабильный доход.
— Репутация важна для любого аристократа, — рассудительно заметил Кассион. — Если всё так, как вы говорите, леди, это станет настоящей революцией в кондитерском деле. Это не только повысит популярность герцога Ребане среди простых горожан, но и укрепит репутацию и его кондитерской, и герцогства.