Алина Мещерякова – Мы – за чертой (страница 6)

Катя говорила о сумрачном Питере и семейном бизнесе, которым занималась ее мама. Катя принадлежал пост заместителя директора, но, несмотря на всю условность такой должности, зарабатывала более чем достаточно. У нее было много поклонников и много друзей, но совершенно не было никакого желания обзаводиться семьей – слишком уж яркой оставалась память о детстве с отцом-алкоголиком, все общение с которым она много лет старалась стереть из памяти. Она верила в свободную любовь и собственные силы.

Влада безмолвно завидовала ее уверенности в себе и умению флиртовать, казалось бы, даже с камнем. Катя была всего на год ее младше, но так и не доучилась в университете, бросив его на третьем курсе, когда мама начала загружать ее работой и было принято коллективное решение, что, в отличие от недвижимости, диплом денег не принесет.

Катя казалась ей безбашенной, свободной и очень сильной – так просто она говорила о вещах, которые у любого другого человека оставили бы глубокую травму:

– Однажды меня почти изнасиловали.

От неожиданности сидящая рядом Настя подавилась водой:

– В каком смысле «почти»?

– Ну, мы ездили в отпуск с маминой тогдашней подругой и каким-то ее знакомым. Этот мужик решил, что идея переспать с тринадцатилетней девочкой – это лучшее, что может прийти ему в голову, и постарался воплотить задуманное. Если честно, даже не помню, как убежала.

– А подруга?

– А, она даже внимания не обратила. Мама после этого с ней сразу перестала общаться.

Рассказывая об этом, Катя даже в лице не изменилась, блаженно щурясь на солнышке:

– Может, пойдем искупаемся?

Девушки переглянулись между собой. Казалось, что если человек так спокойно говорит о страшном, то стоит задуматься, а не псих ли он часом.

– Эй, да расслабьтесь, я в истерике не бьюсь не потому, что отбитая, а потому, что три года на психолога потратила, – Катя на удивление верно прочитала появившееся на их лицах изумление. Она поправила учительским жестом очки на носу и задумчиво добавила: – Ну, впрочем, три года у психолога не гарантируют, что я совсем уж не отбитая…

Девочки засмеялись, и обстановка вновь стала непринужденной.

– А я встречаюсь с женатым, – сказала Настя. – И рассказать об этом могу только вам, потому что, если скажу кому-то дома, ну… сами понимаете что будет.

Влада сочувствующе положила руку ей на коленку:

– Здорово, что ты решила рассказать…

– Ты говоришь, как психотерапевт, – фыркнула Катя, но Влада так зыркнула в ее сторону, что болтушка тут же прикусила язык. – Я хотела сказать, что, если хочешь, ты можешь с нами поделиться, и мы тебя не осудим. Уж точно не я…

– И не я, – подала голос молчавшая до этого Оля.

– А как же его жена? Она про вас знает?

– Не знаю, наверное, знает…

– А лет-то ему сколько?

– А тебя это устраивает?

– А ты его любишь? – со всех сторон посыпались беспокойные вопросы.

– Девочки, подождите-подождите, дайте я объясню. Я его не люблю. Он старше меня на пятнадцать лет, и мы просто изредка встречаемся в студиях, чтобы он… ну, мог сделать то, чего не может дома.

– Так, вот теперь я окончательно заинтригована, – засмеялась Катя, а Влада толкнула ее в бок с улыбкой, мол, подожди, а то еще не расскажет.

– Ну, не знаю, вы знаете, что такое БДСМ?

Дружный хохот был ответом на ее вопрос. Впрочем, Настя смеялась громче всех, и можно было не переживать, что кто-то обиделся.

Переведя дыхание, Влада взяла маленький камушек и аккуратно кинула его в сторону молчавшей до этого Оли.

– Так, с этими двумя все понятно, так что теперь твоя очередь.

– Раскро-о-ой нам свои тайны, девочка – провыла загробным голосом притаившаяся в тени зонтика Аня.

– Да мне, в общем-то, и нечего рассказывать. – Оля сидела на лежаке, поджимая под себя то одну, то другую ногу. Неестественно белый, словно специально окрашенный для этого пляжа песок успел за день раскалиться, как сковородка, простоявшая на плите слишком долго. – Есть один парень, но он в другом городе и мы не то чтобы встречаемся.

– Френдзона? – участливо поинтересовалась Катя. Владе снова захотелось ее чем-нибудь стукнуть, но в то же время ее почти забавляло, с каким изяществом эта девушка демонстрирует полное отсутствие такта.

– Да ну тебя, нет. – Оля поджала губы в притворном возмущении. – Просто стадия отношений, когда люди только узнают друг друга. Но он очень хороший… С последними словами она засмущалась и, кажется, даже немного покраснела. Влада почувствовала, как внутри ее кольнула зависть. В том, как Оля говорила о своем незнакомце, было много нежности, а самое главное – искренности. Она же уже давно никого не подпускала к себе близко, а значит, и говорить было не о ком.

Впрочем, Влада прекрасно понимала, как можно влюбиться в Олю. Она была красавицей в самом привычном понимании этого слова: высокая, с длинными прямыми волосами цвета переспелых персиков – такой рыжий редко когда можно встретить – и с идеальным греческим профилем. Скажи она, что работает моделью, никто бы даже и не подумал удивиться. При этом при первом же знакомстве девушка продемонстрировала на удивление мягкий характер и потрясающее чувство юмора, которое волей-неволей заставляло проникнуться к ней симпатией даже незнакомых людей. Она училась на преподавателя младших классов и выглядела так, словно сошла со страниц «Джейн Эйр»: эдакая образцовая гувернантка викторианской эпохи. Именно в таких в конечном итоге и влюбляются богатые вдовцы, ищущие няню для своих детей.

– А где он живет?

– В Вологде, – казалось, неохотно ответила Оля.

– Ну, не так уж и далеко, – философски отозвалась Аня.

– А если присоединить Вологду к Питеру…

Новый взрыв хохота вспугнул примостившуюся на зонте чайку.

Оля заинтересовано посмотрела на Аню. Та словно почувствовала на себе взгляд, означавший, что пришла ее очередь давать повод посмеяться, и отчего-то сникла.

Сидевшая рядом Настя положила ей голову на плечо.

– Ты чего загрустила?

– Да так, вспомнила кое-что.

– Бывшего?

– Вроде того…

– Расскажешь?

– Ну, мы были вместе семь лет, еще со школы. – Аня была старше, чем все собравшиеся, хотя внешне выглядела самой маленькой. – Даже собирались пожениться. А потом… потом он умер. Разбился на мотоцикле. С тех пор я путешествую, живу в разных местах и стараюсь собрать себя по кусочкам.

Девушки замолчали. А что тут скажешь? Да, классик сказал, что человек смертен и смертен внезапно, но сталкиваясь с этим, люди все равно теряются, и ощущение пустоты внутри похоже на ощущение флешки, которую резко вынули из компьютера. Словно каждый раз отнимают кусочек реальности.

– Кать, ты, кажется, предлагала поплавать? – Аня постаралась незаметно промокнуть глаза и вытереть подступившие слезы. Все с радостью сменили тему.

Они собрались, надели шлепанцы и уже пошли к воде, когда заметили, что Влада отстала.

– Ты чего там?

Влада сосредоточенно мазала себя кремом от ожогов. Сначала она хотела признаться, что не большой фанат купания, но после того, что сказала Аня, ей стало стыдно, что ее беспокоят такие мелочи, как водоросли и морские обитатели. На фоне потери близкого человека это казалось неважным и глупым. Она встала и медленно подошла к остальным.

– Все в порядке?

– Да-да, все отлично, просто хотела получше намазаться, чтобы не сгореть.

Она заходила в воду так, словно шла по минному полю, каждый раз морщась, дотрагиваясь по скользких, практически невидимых в чистой воде медуз. Наконец она пробилась к чистой воде и легла на спину, чтобы только не видеть раскинувшейся под ней бездны. На небе не было не то что облачка, а даже намека на таковое, и не желавшее опускаться за горизонт июльское солнце слепило глаза, обещая новые веснушки, хотя даже время обеда уже давно прошло. Влада резко взмахнула руками, так что вода затекла ей в нос, и закашлялась. Девочки успели отплыть далеко от нее, и, нырнув, девушка устремилась к буйкам, на которых уже примостились ее соседки.

В воздухе витал непривычный и незнакомый после Москвы запах, обещавший не то проблемы, не то приключения. Влада села на буйки, закрыла глаза и отдалась на волю случая, обещавшего перемены.

До черты. День второй. Вечер

Их было четверо.

Вообще, она даже не собиралась идти сегодня на свидание и хотела хотя бы один вечер просто побыть наедине с собой, но парень, который вчера так понравился ей в приложении, оказался настойчивым, и когда Влада сказала, что у нее уже планы с подругой, он предложил взять с собой кого-нибудь еще и погулять вместе. Мужская настойчивость всегда была для нее особенно привлекательна: Владе нравилось отдавать инициативу и не тащить на себе отношения, особенно на первых порах – сказывался прошлый опыт, когда приходилось буквально самой назначать свидания. Да и заявленные внешние данные были вполне себе ничего даже по меркам самых суровых критиков, поэтому разумные доводы, касающиеся отмены мероприятия, так и остались невысказанными, а парень получил четкие указания явиться по нужному адресу в восемь вечера.

Парни сильно опаздывали, и Влада с Катей ждали их на пляже, поразительно образно высказываясь на тему того, кем приходится незадачливым местным жителям Сусанин и кто по этикету должен опаздывать на свидания. К тому же вечер выдался довольно ветреный, и Влада зябко поводила плечами – от сырости не спасал даже предусмотрительно захваченный с собой свитер.