Алина Лис – Путь гейши. Возлюбленная Ледяного Беркута (страница 93)

Хорошо, что у них есть сны, но снов уже мало.

– О! Нашла! – Она повернулась, одарив его благодарной улыбкой. Сладкие губы и глаза цвета темного пурпура оказались совсем рядом, он ощутил на щеке ее легкое дыхание. – Спасибо, что занимаешься со мной.

– Не за что. – Акио внезапно охрип, не в силах оторвать взгляд от влажных полураскрытых губ. Проклятье, ну почему он не может взять свою женщину? Она ведь точно не будет против! – Тебе все равно нужно учиться.

Кудо обещал подобрать для императрицы лучших наставников, но пока дальше обещания дело не пошло. Обоих приведенных начальником службы безопасности кандидатов Акио подверг безжалостному допросу и забраковал как недостаточно компетентных. Лояльность учителя – это важно, но должен же он разбираться хоть немного в том, чему учит! И не только в теории.

Поэтому пока Мия занималась самостоятельно, обращаясь к нему со сложными вопросами. Он бы с удовольствием обучал ее сам, но время! Где взять время? Наведение порядка в оставленном Ясукатой бардаке отнимало все силы.

Мия все еще смотрела на него. Выжидающе. Словно хотела, чтобы он ее поцеловал. Дурочка, не понимает, что на этом он не остановится.

– Давай дальше. – Он кивнул на стопку бумаг, ждущих своей очереди. Мия сперва потянулась к ним, потом замерла.

– Послушай… Только не сердись. Я хочу, чтобы ты переехал в другие покои.

– Зачем?

– Я, – под тонким слоем пудры на щечках вспыхнула краска смущения, – я хочу устроить ремонт!

Акио усмехнулся:

– Очень своевременно. У тебя нет других дел важнее, лучшая ученица?

Она покраснела сильнее, а потом сердито вскинула голову:

– Я так хочу! Я императрица, неужели не могу решить сама? Даже в такой мелочи?

Он рассмеялся, немного удивленный ее напором:

– Ладно, ладно. Если для вас это важно, ваше величество. Сегодня же прикажу слугам перенести вещи.

Отчего-то его согласие смутило девушку еще больше. Она отвернулась и потянулась к блюду с лежащей на нем кистью винограда. Медленно отщипнула ягоду. Акио вернулся к бумагам.

– А вот здесь нет ошибок… – Он поднял взгляд и замер.

Мия ела виноград. Губы девушки округлились, охватили крупную – длиной в половину пальца – бледно-зеленую ягоду. Надкусила брызнувшую соком сочную мякоть, облизнулась острым язычком. И бросила на него лукавый взгляд из-под длинных ресниц, словно проверяя эффект.

Маленькая бесстыдница, она просто откровенно провоцировала его! Но это работало. Позабыв о делах и бумагах, Акио следил, как она медленно срывает вторую ягоду, как подносит ее ко рту, поцеловав налитую соком кожицу перед тем, как раскусить.

– Покорми меня, – искушающим голосом предложила девушка.

Не отрывая взгляда от ее лица, он протянул руку, чтобы сорвать еще одну виноградину. Поднес к накрашенным губам. Мия засмеялась и куснула, испачкав ему соком пальцы. Разжевала, снова кинула на него лукавый и дразнящий взгляд, прошлась по ним языком, слизывая сладкие капли с кожи. Акио хрипло выдохнул и втолкнул палец в горячий и влажный рот. Мия охватила его губами, посасывая и лаская, в совершенно недвусмысленном намеке на возможное продолжение.

– Мы же договорились, Мия.

Он выругался и вскочил, ощущая тянущее возбуждение в паху. Да что она творит! Он и так еле сдерживается, чтобы не наброситься на нее. Во дворце нельзя ничего утаить, рано или поздно об их связи узнают. Начнут шептаться слуги, дойдет до вассалов. Ей так хочется, чтобы имя Миако Риндзин склоняли на всех углах, называя шлюхой? А если кто-то умный все же свяжет пропавшую гейшу по имени Мия с внезапно воскресшей императрицей?

Проще потерпеть три месяца, чем потом всю жизнь разгребать последствия собственной несдержанности. Неужели это так трудно понять?

Чтобы избавиться от соблазна, Акио отошел к окну.

Девушка разочарованно вздохнула и поникла. Ее мужчина был прав, она понимала это. Но признавать не желала. Каждый день видеть Акио, вежливо и официально общаться на людях, без возможности даже прикоснуться – настоящая пытка.

Особенно тяжко становилось ночами, когда накатывал жаркий голод. Хотелось целовать его, гладить, ловить наслаждение на его лице, ощущать внутри. Она пыталась ласкать себя, но это оказалось совсем не то. Бледная пародия. И снов не хватало. Она просыпалась после них разбитой, чувствуя, как тело ломит от желания.

А еще взгляды! Акио не прикасался к ней, но смотрел так, что она чувствовала себя голой. Словно видела себя его глазами – обнаженной и связанной, отдавшейся его власти. И все мысли о государственных делах разбегались в стороны – не собрать, оставалось только острое желание, смешанное со стыдом от собственной испорченности.

Три месяца! Это же с ума сойти можно!

Она подошла и робко тронула его за рукав.

– Не сердись… мне просто тебя не хватает.

– Не сержусь, – ответил он с грустью. – Знала бы ты, насколько мне тебя не хватает.

В окно влетел ветерок, заставил звякнуть колокольчики, прикрепленные под потолком. В аромат полуденных трав еле заметной горькой ноткой вплетался запах осени. Скоро покраснеют клены, придут дожди и холодные ветра с Эссо, а потом землю укроет снежным покрывалом.

Рогатая крыша пагоды на холме выделялась на фоне светлого неба. Восстановление завершено, коронация на следующей неделе. В первый день осени, так символично.

– Ты выделила время на уроки магии?

– Я… пока нет. Прости, я забыла.

Он нахмурился:

– Сколько можно напоминать?

– Ты же сам сказал, что это не срочно.

– Не срочно, но нужно. Ты должна овладеть своей силой, Мия. Ты же умная девочка и…

Стук со стороны двери прервал его речь.

– Войдите! – крикнула Мия, радуясь про себя возможности закончить этот разговор.

На пороге появилась Тэруко.

Хоть ей и не в чем было упрекнуть себя, при взгляде на двоюродную сестру Мия почувствовала грусть и странное чувство вины. Уже в который раз.

Физически принцесса полностью оправилась, доктора уверяли, что она здорова. Но казалось, внутри девушки погас живой огонек. Лекари обрили ей голову, чтобы правильно наложить швы в те дни, когда Тэруко лежала без сознания. Волосы отрастали, но медленно, и, чтобы скрыть свой жалкий вид, принцесса носила парик. От предложенной Акио помощи она отказалась с истинно императорским высокомерием. Тэруко редко покидала свои покои и так демонстративно избегала императрицы и нового сёгуна, что это выглядело почти неприличным.

– Гордыня, – насмешливо ответил Акио, когда Мия поделилась с ним своей печалью. – Ты украла у нее не только трон, но и право называться «последней из рода Риндзин», и этого она тебе не простит. Оставь, Мия, не унижайся.

Как ни хотелось поспорить, в этом ее мужчина был прав.

– Здравствуйте, ваше величество, – глухо сказала принцесса, не поднимая глаз.

– Здравствуй, Тэруко. – Мия постаралась, чтобы это прозвучало ласково и одобрительно. – Я же разрешила тебе обращаться на «ты».

Принцесса упрямо поджала губы.

– Ваше величество очень добры к недостойной.

Мия вздохнула.

– У тебя было ко мне какое-то дело?

– Да, ваше величество. У меня просьба. Это не будет стоить вам почти ничего, но очень важно для меня. Обещайте, что выполните.

– Конечно!

Акио предостерегающе стиснул ее ладонь, но Мия не обратила на это внимания.

– Прошу, разрешите мне удалиться от двора в поместье Ясуката. Прямо сегодня.

– Никакого «сегодня». Ты должна остаться на коронацию, – отрезал Акио.

– Мой муж рискует жизнью. Возможно, он ранен или даже мертв. Мне не полагается веселиться, – с вызовом произнесла принцесса. – Вам же лучше, если вы отпустите меня. Иначе кто знает, что я могу натворить с горя на коронации.

Теперь в ее голосе звучала неприкрытая угроза, а Ледяной Беркут не любил угроз.

– Уедешь после, – отрезал он. – А если будешь буянить, не уедешь совсем. Сумасшедших запирают.

– Акио! – возмущенно воскликнула Мия.

– Твоя сестра должна присутствовать на торжестве, – с нажимом произнес даймё, глядя ей в глаза. – Иначе у вассалов будут вопросы.

Тэруко громко фыркнула. Несколько минут они с Акио сверлили друг друга гневными взглядами. Воздух в комнате сгустился и стал тяжелым, как бывает перед грозой.