Алина Лис – Путь гейши. Возлюбленная Ледяного Беркута (страница 82)

Дайхиро не ошибся – Акио был внутри. Он сидел, прислонившись к дальней стене. Вделанная в стену цепь кольцами свивалась рядом с ним, словно ядовитая змея. Другой конец цепи крепился к браслетам из тусклого темного металла, охватывавшим запястья мужчины.

Он был обнажен, и в свете фонаря Мия сумела разглядеть десятки и сотни свежих шрамов и подживших следов ожогов на его теле. Пусть они выглядели далеко не так ужасно, как в давешнем сне, девушка все равно еле сдержалась, чтобы не всхлипнуть.

Дайме поднял голову на звук открывающейся двери, и в полутемной камере вспыхнули два синих огня.

– Мия? – как-то обреченно спросил он. – Это снова сон?

– Нет, – шепотом, чтобы не разрыдаться, ответила Мия. – Не сон.

– Привет, орел ощипанный, – выкатился из-за ее спины Дайхиро. – Смотри, как причудливо судьба кости кидает. Раньше я был связанный и у тебя в плену, а теперь все наоборот. Ух, я бы тебе оторвал, что обещал, да Мия-сан просила не трогать.

Губы Акио дрогнули в ядовитой усмешке.

– Вижу, что не сон. Я же велел тебе уезжать, Мия.

– А я опять не послушалась.

Она опустилась на колени рядом, хотела взять его за руку, но испуганно отдернула ладонь от перевязанных распухших пальцев с лунками нарастающих новых ногтей.

– Это пройдет! – резко сказал даймё. – Не надо меня жалеть.

– Я не жалею, – тихо ответила Мия. – Я тебя люблю.

Она провела вдоль его руки, едва касаясь тела кончиками пальцев. Дойдя до стесанной в мясо под браслетами кожи, остановилась.

– Ты очень сильный. Но мне больно от того, что тебе больно.

Сострадание и страх за Акио смешивались в душе Мии с восхищением перед волей и стойкостью ее мужчины. Сёгун так и не сумел сломать Ледяного Беркута. Израненный и в цепях, он торжествовал над своим врагом. И слезы или жалость были неуместны, даже оскорбительны.

Но как все-таки ужасно видеть Акио таким беспомощным! Она бы что угодно отдала, чтобы сейчас исцелить его!

Губы даймё дрогнули в слабом подобии улыбки.

– Боль можно терпеть. Она не вечна.

За спиной демонстративно откашлялся тануки.

– Может, мне того?.. Оставить вас тут, пойти прогуляться? Или все-таки займемся делом, Мия-сан?

Девушка вздрогнула, приходя в себя.

– Прости! Дайхиро, ты сможешь снять цепи?

Акио мотнул головой.

– Блокаторы не снять так просто. Нужен маг, который умеет это делать. А замок не открыть без ключа. Лучше уходите.

Оборотень презрительно фыркнул:

– Ой, подумать только, какой умный! Тебе череп не жмет, случайно? – Он склонился над кандалами и начал ковыряться в скважине замка.

Мию снова кольнуло неприятное понимание, какую глупость она чуть было не сделала, отправившись спасать Акио в одиночку. И что бы она делала тут без Дайхиро, который умеет вскрывать замки?

Как все-таки хорошо, что тануки поддержал ее идею и сам вызвался помочь!

Она вдруг вспомнила, что так и не сообщила даймё хорошую новость.

– Хитоми в безопасности. Она в поместье Кудо.

Акио впился в нее взглядом:

– Ты уверена?

– Уверена, – отозвался за нее тануки. – Я ее лично с рук на руки господину начальнику сдал.

Даймё выдохнул с облегчением:

– Хорошо, – и перевел взгляд на оборотня. – Спасибо, ёкай.

– Не за что, человек. Спасать всевозможных Такухати – моя судьба! – По голосу Дайхиро было слышно, что ему приятно.

Он еще немного повозился, издал ликующее «йу-ху!» – и покрутил в воздухе отсоединенной цепью.

– Что я говорил? А браслеты – потом. Мия-сан вон в них восемь лет проходила. Ты тоже не торопился их с нее снимать.

– Дайхиро! – возмущенно воскликнула девушка.

Акио коротко рассмеялся.

– Ты прав, ёкай. Давай вторую цепь.

– А волшебное слово?

– А по морде?

– Смотри, страшный какой! – удивился оборотень, орудуя шпилькой в замке. – Сам на ободранную тушу похож, а туда же, драться лезет. Ты свои пальцы-то видел?

Мия уже открыла рот, чтобы возмутиться, но поймала одобрительную и насмешливую улыбку на лице Акио и осеклась.

Она внезапно поняла, что напоминает ей этот разговор. Дружескую подначку. С такими интонациями старые приятели подзуживают и поддерживают друг друга.

Но у Акио не было друзей. И Мия никогда не видела, чтобы он позволял кому-то разговаривать с собой вот так – на равных, запанибратски. Даймё по положению был выше всех, кто окружал его, и это накладывало свой отпечаток на его личность и поведение.

– Я тебя ногами запинаю, коротышка.

– Сперва догони!

Крепление цепи щелкнуло, и оборотень радостно потряс второй цепью.

– Ну вот и все! Если тебя больше ничего здесь не держит, например, память о незабываемых минутах, можем идти.

– Идем!

Акио попытался встать. В первый раз безуспешно – потерял равновесие и вынужден был опереться на руку. По лицу даймё пробежала страдальческая гримаса.

– Уйди! – велел он Мии, которая было рванулась ему помогать. – Я сам.

Он действительно сумел сделать это сам с третьего раза и теперь стоял, пошатываясь, держась за стену.

Тануки скинул куртку и со словами «срам прикрой!» протянул ее Акио.

– Спасибо, ёкай. За мной долг.

Оборотень распушил усы.

– Еще какой! Постираешь и погладишь. Чтобы как новенькая была, когда возвращать соберешься!

Путь от камеры до тайного хода показался Мии томительно жутким и долгим. В спину им летел раскатистый храп стражника.

Только когда они оказались внутри и по велению рычага стена опустилась, девушка перевела дух. От пережитого напряжения ее била нервная дрожь. Хотелось поцеловать Акио, но она боялась неосторожным прикосновением сделать ему больно.

Он сам поцеловал ее. Сначала в лоб, потом в губы – непривычно бережно и нежно.

– Сокровище мое…

– Люблю тебя, – тихо ответила Мия. – Ты – лучше всех.

– Эй! – Фонарь в руке оборотня качнулся, заставляя тени вокруг заплясать. – Мия-сан, у нас нет времени миловаться. Надо успеть до того, как принц Джин вернется с тренировки.