Алина Лис – Путь гейши. Возлюбленная Ледяного Беркута (страница 76)

– А кого? – сердито спросила Мия.

Сейчас, когда все закончилось, ее вдруг начала бить крупная дрожь. Дикий огонь – огонь не в очаге, не в фонаре, а на воле, всегда пугал Мию. В пламени, особенно таком – неукрощенном, смертельно опасном, таилась первобытная жуть. Все инстинкты приказывали ей бежать от огня со всех ног и как можно дальше.

– Убийцу.

– Кого?!

Он усмехнулся.

– Не всем в Самхане по душе моя свадьба. Меня обязательно попробуют убрать.

Мия моргнула и зачем-то глупо переспросила:

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Но почему?

На губах Джина появилась снисходительная улыбка.

– Жизнь ненаследного принца полна своих особенностей. Все в порядке, я привык. Если считать все попытки меня убить, пальцев на руках точно не хватит.

– Но как же тогда… – Девушка замялась. Полученное мимоходом откровение не укладывалось в голове. – Как ты живешь?

– Нормально. Хожу с оглядкой и чутко сплю. Но иногда случаются вот такие казусы. – Он показал на одеяло на полу.

Она хотела спросить, точно ли огонь под одеялом потух, но постеснялась глупости этого вопроса, поэтому задала другой:

– Почему нельзя тушить масло водой?

– Потому что это верный способ спалить все вокруг. – Он подошел и встал рядом, совсем близко, провел по щеке кончиками пальцев. – Ты чумазая, Мия.

Он обнял девушку и наклонился над ее запрокинутым лицом. Мия уперлась ладонями ему в грудь, тщетно пытаясь избежать поцелуя.

– Не надо!

– Почему не надо? – вкрадчиво прошептали губы, почти касаясь ее губ. – Разве не для этого ты пришла?

– Нет!

Мия чувствовала себя измученной. Испытания этого дня – прыжки от надежды к отчаянию и снова к надежде, встреча с давним детским страхом – совершенно обессилили ее. И Джин рядом показался ей таким спокойным, уверенным, надежным. Полуобнаженное мускулистое тело, вожделение в глазах, сильные объятия. Мужчина, которому она столько раз отдавалась в мечтах и снах.

Но перед глазами встал Акио, каким она увидела его при последней встрече. И Мия яростно замотала головой, чтобы избежать поцелуя.

Нет! Она сделала свой выбор и будет верна своему мужчине!

– Не для этого! Пусти меня!

Он еще удерживал ее, и Мия начала паниковать.

Никто ведь не знает, что она здесь. А Джин настолько сильнее ее, что смешно даже думать о серьезном сопротивлении.

Но он же не будет…

– Пусти! – снова выкрикнула девушка и услышала в своем голосе слезы.

Джин тоже услышал, потому что разжал объятия и отступил. На его лице читалась досада.

– Тогда зачем ты пришла?

Мия тяжело выдохнула. Что сказать ему? Зачем она могла прийти ночью тайком в покои принца Аль Самхан?

– Я хотела… поговорить.

Мужчина улыбнулся.

– Отличное время и место. Пошли в постель, там нам будет удобнее.

– Я хотела сказать, чтобы ты перестал преследовать меня, потому… потому что я люблю другого, – выпалила Мия.

Он нахмурился, но, кажется, не поверил.

– И кого же?

– Акио Такухати.

Вот теперь его проняло. Мия увидела, как скептическая и снисходительная гримаса исчезает с лица принца, а в глазах рождается обида и недоумение.

Поверил.

– И он тоже любит меня, – тихо, но твердо сказала девушка. – Мы помолвлены.

– Акио Такухати сидит в тюрьме, – хрипло отозвался Джин.

– Я знаю. – Она вскинула голову и посмотрела ему прямо в глаза. – Это из-за твоего виима. Сёгун пытается обвинить его в измене, но у него нет доказательств. Ты лучше меня знаешь, что даймё Эссо никогда не был предателем.

Принц молчал, словно пытаясь осмыслить ее слова. Мия не стала ждать, что он ответит. Наверное, стоило сказать ему это с самого начала. Это избавило бы Джина от напрасных надежд, а ее от искушения.

Она подошла к двери, но обернулась на прощанье.

– Даже если его казнят, я никогда его не забуду и не стану твоей. Не подходи ко мне больше, Джин, не надо. Ты опоздал.

Скала, обдуваемая ледяными ветрами, шум волн и Дракон Океан, свивающий кольца внизу, – все это уже стало привычным. Теперь, когда Акио больше не закрывался от Мии, они попадали сюда почти каждую ночь.

Сны для двоих. Больше, чем просто сны. Меньше, чем явь.

Ледяной Беркут уже ждал ее. Как в прошлый раз. И позапрошлый.

Он быстро овладел иллюзорной магией пространства сна и всегда появлялся первым. Как будто не желал, чтобы Мия становилась свидетельницей его слабости, видела жуткие следы пыток на теле. Ей оставалось только догадываться, что происходит с ним в реальности, и эти мысли сводили с ума.

– Иди ко мне.

Жесткие, в мозолях руки легли на плечи, прижимая Мию к обнаженному мужскому телу. Мир моргнул и сменился знакомыми покоями в Инуваси-дзё.

– Снова сюда?

– А ты хочешь в развалины?

– Мне все равно.

Мия прижалась к нему – кожа к коже, зарылась пальцами в непослушные черные волосы, коснулась губами колючего подбородка. В пространстве сна они всегда появлялись обнаженными. Нагота, страх утраты и щемящее ощущение эфемерности счастья раз за разом толкали ее в объятия Акио, словно, занимаясь с ним любовью, Мия пыталась завладеть им. Доказать судьбе, смерти, что этот мужчина принадлежит Мии и она никому его не отдаст.

У ласк, которые они дарили друг другу, был горький привкус отчаяния.

– Подожди! – Акио отстранился, и Мия испугалась – таким мрачным было его лицо. – Сначала дело. Свяжись с Кудо. Пусть вытащит Хитоми из дворца. Вытащит и спрячет так, чтобы Ясуката не нашел. Если он это сделает, я прощу его участие в моем аресте.

– Что случилось?

Между бровей даймё залегла тяжелая складка, он выдохнул сквозь зубы и ответил ровным от ярости голосом:

– Ясуката угрожал мне жизнью сестры. – Он немного помолчал. – И брата. Если Кудо сможет вытащить еще и Нобу, я буду в долгу перед ним.

– С Нобу все в порядке.

– Что?

– Мне сказали только сегодня. Такеши устроил ему побег. Твой брат в безопасности.