Алина Ланская – Не брак, а так (страница 29)

Со временем многое забылось, стерлось из памяти, да и предательство друга как-то поблекло. Они даже как-то встречались после школы, но по душам поговорить не получилось, да и не нужно это было никому.

А спустя несколько лет Игнат напрямую вышел на Аркадия Литвинова и рассказал отцу Германа про их энергосберегающие технологии. Так он привел Сашку и Аню Киперман в компанию Литвиновых. Обсуждать дела с бывшим другом Сабурову и в голову не пришло, он и так знал, что Гера ничего не решает.

Когда Аркадий пригласил их на свадьбу сына, Сабуров сразу вспомнил Алису. И очень удивился. Девочка чуть ли не с пеленок была влюблена в Германа. И только такой самовлюбленный олух как его друг мог этого не замечать. А Игнат замечал все. Он и обратил внимание на Алису именно потому что так, как она никто не смотрел на Литвина. Хотя Гера для половины школы был крашем.

Алиса была милая и нескладная, романтических чувств не вызывала, но Игнату тогда казалось, что есть в ней что-то этакое. Он сам по юности не мог бы дать определения, но Герман никогда бы в ней ничего не разглядел особенного. Вот Игнат и удивился. Потом вспомнил про папу—прокурора и решил, что Гера банально залетел.

А на свадьбе он и правда был очарован. Девочка выросла и похорошела, Игнату хватило одного взгляда, чтобы понять — счастьем и любовью в этом браке не пахнет. Литвинов точно не любил свою молодую жену, Алиса… сложно было сказать, видно было, что она очень подавлена.

Игнат никогда не забудет, как она пела. И то, как она светилась, когда пела. У девочки оказалась очень красивая душа — нежная, трепетная и очень чистая. Тогда Сабуров ее поцеловал. Экспромт превзошел все его ожидания. Во-первых, Игнату захотелось повторить, а во-вторых, было особенно приятно смотреть на взбешенного Германа.

Тогда-то Игнат и принял решение.

Конечно, он еще долго обдумывал детали, анализировал то, что разузнал от бывших одноклассников. Прямо никто не говорил, но активно намекали, что с этим браком не все чисто, по крайней мере Ольховская по-прежнему считает Геру своим.

И чем больше он общался с Алисой, тем четче понимал, что не ошибся. Алиса казалась ему тем самым неограненным алмазом, который не знал себе цену. Доверчивая и искренняя, по-настоящему добрая, мягкая, но с жизненными принципами, неэгоистичная, без стервозности и понтов. Она обладала тем ценным качеством, которое он крайне редко встречал в юных девчонках — умением поддержать того, кто в этой поддержке нуждался. А ведь даже очень сильным мужчинам нужна верная женщина, которая будет стоять позади. Нужен надежный тыл, который будет помогать и вдохновлять…

Алиса не обладала яркой красотой, как те же Яна или Аня, но она была более… манящая, что ли. Игната к ней влекло, и ему приходилось даже сдерживать себя, не показывать своего истинного отношения. Не только друга. Хотя именно дружбу вкупе с качественным сексом Игнат и считал залогом счастливого брака. Такие отношения и планировал построить Сабуров с Алисой. Оставалось куда-то деть Литвина и не рассориться с его папашей.

Игнат не нервничал и не торопился. В отличие от Германа Литвинова Игнат Сабуров всегда знал, чего хочет. Алиса станет его женой и матерью его будущих детей.

‍Глава 42

Игнат

К приезду Алисы квартира сверкала чистотой. Игнат с детства привык сам о себе заботиться, бытовой инвалидностью не страдал. Помимо чисто мужских навыков, он мог и суп сварить, и посуду вымыть, и пылесосом пройтись по полу. Так что порядок в доме поддерживал собственноручно, даже сейчас, когда деньги появились. Конечно, когда он переедет в дом, придется подумать о персонале, но это будет позднее.

На кухонном столе в его съемной студии стояли вазочки с фруктами и сладостями, а рядом уже закипал чайник.

— Привет! — Алиса неловко переминалась с ноги на ногу, не решаясь переступить порог. — Точно не помешала?

Вздохнув, Игнат протянул руку и помог девушке зайти. Невольно загляделся на морозный румянец на ее щеках.

— Я тебе давно говорил, я всегда рядом.

Теперь уже девичьи щеки горели от смущения. Игнату захотелось сжать Алису в объятиях, зацеловать всю. Но вместо этого он помог ей снять пальто и теперь наблюдал, с каким любопытством Алиса осматривает его холостяцкую студию.

— У тебя тут…, — она запнулась, явно подыскивая слова. — Брутально.

Игнат хмыкнул, но промолчал. А как еще может быть у мужика в квартире? Когда выбирал квартиру, дал риэлтору четкие указания — минимум мебели, максимум бытовой техники, темные тона, большая кровать, добротный стол, чтобы было где погамать. Сабуров любил расслабиться, играя по ночам в Warcraft или Assassin’s Creed.

— Мне нравится, — тихо добавила Алиса.

Через несколько минут они уже сидели за кухонным столом и пили чай. Точнее пила Алиса, а Сабуров просто сидел рядом и ждал. Наконец, она заговорила.

— Я хочу извиниться перед тобой за Германа. Я не знаю, как он узнал адрес, я ему не говорила и что с тобой пойду тоже не говорила. Он… не понимаю, зачем он там появился!

— Да забей! — Игнат махнул рукой. — Гера всегда был слегка придурковатый, но в принципе, он твой муж. Ему не понравилось, что ты тусишь с чужим мужиком, мне бы тоже…

— Ты не чужой мужик, — Алиса укоризненно нахмурилась. — Ты — мой друг и он должен это понимать. Я же не лезу… к его “друзьям”.

Последнее слово было сказано так, что Игнат мгновенно понял, о ком речь.

— Янка не оставляет его в покое? — прямо спросил он. Сабуров давно хотел выяснить, что происходит у Алисы с Герой, а тут такая возможность. Была, конечно, угроза, что Алиса сейчас закроется, но рискнуть надо было. И Сабуров не прогадал.

— Литвинов любит ее, — тихо произнесла Алиса, опустив голову вниз. — Она как часть него. Он мне сам это сказал.

— Вот же ублюдок! — вырвалось у Сабурова. Он хоть и знал всегда, что Гера редкостный мудак, но что бы так…

Алиса никак не отреагировала на всплеск эмоций Игната, сидела, задумчиво смотря в одну точку. Что у нее было на душе — непонятно, но плакать она вроде как не собиралась. Хотя Сабуров уже был готов ее утешить.

— Если и ублюдок, то честный, — невесело улыбнулась Алиса. — Он не хотел на мне жениться, его заставили.

Все-таки в ее глазах стояли слезы. Увидев их, Игнат дал себе слово однажды все-таки набить морду Литвину.

— Кто? — спросил Игнат, хотя и догадывался.

— Его папа и мой. Это… я не знала, клянусь! — она жалостливо всхлипнула и отвела взгляд. — А Герман… Герман считал, что это я его “заказала”, что ли. Он мне так и сказал в брачную ночь. Что я его “купила”. Это…

Алиса опустила голову себе на руки и разрыдалась. Ее трясло, она захлебывалась от рыданий, Игнат подскочил к ней, попытался было успокоить, погладить ее по спине. А потом просто схватил ее в охапку, прижал к груди и усадил плачущую девушку к себе на колени и стал баюкать. Как маленького ребенка, которому очень нужны тепло и защита.

— Все хорошо, — шептал он Алисе, не будучи уверенным, что она его слышит. — Ты со мной, а Гера — козел! Он тебя не стоит.

Алиса продолжала плакать, но уже тише, только всхлипывала да порывалась слезть с колен Сабурова, но тот не отпускал. Дорвался. Он давно хотел ощутить ее как следует своих руках. И конечно, позволил бы себе еще больше, но понимал, что так только отпугнет от себя Алису. И все же не удержался.

— Разведись с ним, — хриплым от волнения голосом предложил Игнат. — Уйди от него! На кой он тебе.

Алиса лишь помотала головой, спрятавшись у него на груди. Затихла.

— Любишь его? — Бурого резанул собственный голос. На душе стало непривычно муторно. Знал, что все равно уведет ее у Литвина, влюбит в себя, но все равно было неприятно.

— Дело не в этом, — глубоко выдохнула Алиса. — Нам… нам не дадут развестись. Пусти, пожалуйста.

Игнат, конечно же, отпустил. И почувствовал как сразу стало пусто. Алиса прошлась до окна и глядя в него начала рассказывать.

— Понимаешь, у моего свекра с папой свои дела, на много-много миллионов и вовсе не рублей. А папа занял большую должность в Москве. Им невыгодно, чтобы мы развелись с Германом, тогда у всех будут проблемы. Да и нам не поздоровится. Поэтому… мы с Литвиновым просто вынужденные соседи. Ничего общего. Мы… мы не живем как муж и жена.

К счастью, Алиса сейчас не видела как засветилось от радости лицо Игната. Это то, что он очень надеялся услышать. Но с другой стороны, дело осложнялось участием в этом браке бывшего прокурора, с которым Игнат точно не хотел ссориться и отца Геры, на которого работал Сабуров и с помощью которого собирался нарастить свой личный капитал.

— И Гера, значит, продолжает мутить с Янкой. Вот идиот!

Алиса обернулась. И сказала то, во что Игнат даже не поверил сразу.

— Он привел Ольховскую в нашу первую брачную ночь. И занимался с ней любовью. А меня запер в гардеробной, чтобы я не мешала.

— Он… что? — Игнат считал, что его мало можно чем удивить. Но Литвин превзошел себя.

— Он ее любит, а я ему мешаю.

— И… и ты так спокойно говоришь об этом? Хочешь, я прибью его? — совершенно искренне предложил Сабуров. У него в голове не укладывалось то, что сделал Герман.

Алиса засмеялась.

— Не нужно. Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за него. Он этого не стоит.

— Вот же урод! — Игнат все никак не мог прийти в себя. — Я бы никогда не променял тебя на Ольховскую!