Алина Ланская – Не брак, а так (страница 28)
Алиса взяла в руку мобильный и в ворохе непрочитанных сообщений увидела одно. От Игната.
“Ты как? Помощь нужна?”
Остановив машину, она набрала Сабурову. Даже не раздумывала, так хотела услышать его голос, голос человека, который не манипулирует ей, не использует как разменную монету, который…
— Алиса! — в машине раздался встревоженный бас Игната. — Ты как? Все нормально? Где ты?
— Привет! — Алиса блаженно откинулась на спинку сидения. — Я в машине. Поехала домой, а потом поняла, что не хочу туда.
— А Гера где? — настороженно спросил Сабуров.
— Не знаю! Где-то с Ольховской, наверное, обнимается, — выдохнув свое раздражение, Алиса почувствовала, что стало чуть легче и даже не стыдно, что помахала тут “грязным бельем” своей семейной жизни.
В динамике воцарилась тишина. Казалось, Игнат переваривал услышанное.
— Давай я сейчас за тобой приеду, — наконец предложил он. — Скинь локацию.
Алиса грустно улыбнулась, смахнув с лица проступившие слезы.
— Спасибо, но… не надо. Давай… давай я лучше приеду. Ты где?
— Дома, — чуть помедлил Игнат. — Точно приедешь?
Алиса понимала его сомнение. Уже было довольно поздно, а он живет один…
— Приеду! — решительно ответила она. — Присылай адрес.
А почему нет? Игнат — ее друг. И пусть сегодня между ними возникло что-то новое, это не повод прятаться от него. Наоборот, лучше все прояснить, посмотреть прямо в его карие внимательные глаза. И… наверное рассказать все, что у нее происходит с Германом. Раз уж Литвинов постоянно задирает Сабурова, он имеет право все знать.
Если, конечно, захочет.
Через час Алиса въезжала на территорию закрытого жилищного комплекса, где Сабуров снимал квартиру.
Глава 40
— Ну вот такая я жена. Бороться и предъявлять законные права не стану. Отлично смотритесь вместе.
Ни одна женщина никогда не смотрела на Германа так, как это только что сделала его жена. Никто так не пренебрегал им, не унижал его. Даже повисшая сейчас на его шее Ольховская со всеми своими проклятиями и оскорблениями никогда оглушала Литвинова такими откровениями. Наверное, потому что он знал, что для Яны истерики и скандалы это часть игры любовный игры. И очень часто Ольховская первой приходила мириться. Ей нужен был адреналин, она по-другому не умела.
Но Алиса, похоже, не играла. Да и какой из нее игрок?!
— Пусть валит! Туда ей и дорога. Всегда знала, что она слабая овца. Ни характера, ни…
— Алиса! — громко выкрикнул Герман, хотя за женой уже закрылась дверь. — Алиса!
Он было рванул за ней, но Яна не отпустила. Вцепилась в него так, что сразу и не стряхнуть с себя.
— Гер, ну ты чего? — Яна уже стояла прямо перед ним, загораживая собой дверь. Держала его лицо в своих ладонях и смотрела прямо в глаза. А Герман ничего не видел. — На кой она тебе сдалась?! Что вообще происходит? Ты как собачка теперь за ней бегаешь? Она тебе, что, дала? Так и знала, что раздвинет перед тобой ноги! Вот же шлюха! Ты обещал, что не станешь с ней спать!
Герман отодвинул от себя Яну и вышел, наконец, на улицу. Алисы, конечно, уже не было, он лишь заметил как уезжала ее машина. Первой мыслью было погнаться за ней, но удержался. Она же плохо водит, психанет еще, если его увидит на трассе.
— Герман! — Янка уже стояла рядом. Гневная и обиженная. Беспомощная, какая-то и… жалкая.
Как же давно он вбил себе в голову, что они с Ольховской всегда будут вместе. Со взаимными изменами, скандалами, расставаниями и примирениями, но вместе. Потому что по-другому невозможно, они ведь… Да кто они? Заигравшиеся в любовь подростки, которые никак не могут принять, что детство кончилось.
— Давай расстанемся, Яна.
Эти слова вырвались как-то сами собой из Германа. И не собирался вроде как окончательно рвать с Ольховской, но решение, оказывается, созрело мгновенно. И вот глядя на ошеломленное лицо своей многолетней любимой женщины, Герман не жалел о сказанном. Стало необычайно легко, как будто с плеч упал огромный мешок, который многие годы прибивал Литвинова к земле. И Янка уже не вызывала глухое раздражение, а именно это он почувствовал, когда она появилась здесь.
— В смысле? — Яна непонимающе нахмурилась, а потом насмешливо улыбнулась. — А… ну давай! Да легко, Гера! Ты же знаешь, я слезы лить по тебе не стану.
Не поверила. Но давать заднюю было уже поздно. Да и Герман успел за эти несколько секунд прожить целую свободную жизнь.
— Ян, десять лет почти… Хватит. И тебе, и мне, — он покачал головой. — Все равно какая-то хрень у нас получается.
— Ты… ты что серьезно?! — Яна вцепилась пальцами в меховой воротник своей шубы. Будто ей что-то мешало дышать. — Гера… ты… ты что бросаешь меня?!
Не место и не время для такого разговора, но другого уже не будет.
— Ты зря пришла сегодня сюда, — мрачно произнес он, пропуская вошедшую только что компанию шумных подростков, чуть подождал, когда стало тише и продолжил. — Я же просил не лезть к Алисе, не оскорблять ее, не задевать. Это что только что было?
— Так… так ты из-за этого? — опешила Ольховская. — То есть она тебя рога наставляет с Бурым, а виновата я?! Я?! А ты не попутал берега?!
— Попутал! — Герман устало провел ладонью по волосам. — Давно уже… Ян, не могу больше, да и не хочу. Давай по-нормальному…
— Пошел ты, урод! — Ольховская с яростью толкнула от себя Германа, да так, что он от неожиданности пошатнулся. — Думаешь, я страдать буду? Да это я тебя бросаю, понял?! У меня уже есть тебе замена, что б ты знал. Нормальный мужик, настоящий, а не такой слизняк как ты! Ты еще пожалеешь! И овца твоя тоже!
Не дав Литвинову опомниться, Яна пулей вылетела из бара. Останавливать ее Герман не стал.
Ему не было жаль. Внутри разливалась горечь, что все вот так закончилось, а ведь у них было и много хорошего. Вроде родной человек… был.
Литвинов еще постоял какое-то время у выхода из бара, раздумывая о том, не поехать ли ему и не напиться со старыми приятелями. За полгода, что прошло с его женитьбы, Герман виделся с ними раза три, не больше. Сначала обижался на подколы про “каблук”, но потом стало не до этого. И все же от заманчивой идеи пришлось отказаться. В другой раз.
А пока… Или домой, где разъяренная и обиженная Алиса, или в офис, где его ждут десятки документов. Он набрал жене. Исключительно для того, чтобы узнать, что с ней все в порядке. Не хватало еще чтобы она в аварию попала в таком состоянии. Алиса не отвечала. Ни на первый звонок, ни на второй, ни на пятый. Сообщения оставались непрочитанными. Литвинов выругался сквозь зубы и решил рвануть домой. С отцом как-нибудь договорится. Да и с Алисой не мешало все выяснить, не откладывая на потом. И научить не игнорировать его звонки!
Главное, чтобы не врезалась никуда.
Уже подъезжая к поселку и не встретив по пути ни одной аварии, Герман догадался набрать на пост охраны. И с удивлением выяснил, что “Алиса Федоровна еще не вернулась”.
Литвинова мигом прошиб холодный пот. Ни разу за все время их женитьбы Алиса никуда не пропадала. Кроме одного раза. Когда решила сбежать к родителям. Сейчас она к ним точно не поедет, тогда к кому? Близких друзей у нее не было, к родственникам вряд ли…
Следующая пришедшая в голову мысль Литвинову особенно не понравилась. Он со злостью ударил по рулю. Ему с трудом удалось удержаться и не позвонить сейчас Сабурову.
Воображение тем временем рисовало весьма недвусмысленные картины.
Герман снова и снова набирал Алисе и, когда уже совсем отчаялся, она ответила.
— Привет!
— Ты где?! — спросил он, едва сдерживаясь. — Где ты?!
— Я не приеду сегодня…, — негромко произнесла Алиса. И у Германа внутри все оборвалось.
— Я спрашиваю, где ты?!
— А тебе не плевать? — зло усмехнулась Алиса. — Яне привет!
Герман уже собрался сказать, что никакой Яны с ним нет, но тут услышал голос Сабурова.
Глава 41
Не будь Алисы рядом, Игнат, конечно, навалял бы старому другу по первое число. Литвинов всегда был слабее, и сейчас, конечно, не выстоял бы. Игнат и так уже сколько месяцев сдерживал себя. Но едва он взглянул в полные мольбы голубые глаза Алисы, злость сама собой схлынула. Достаточно девочке одного клоуна.
Да и не время пока.
Сабуров ушел, оставив Алису с мужем. Ехал домой, поглядывая на мобильный и готовый в любой момент вернуться и забрать ее. Литвинов не просто не достоин своей жены, он даже не знает, что с ней делать.
Маменькин сынок! Игнат зло усмехнулся, вспоминая те времена, когда он дружил с Германом. В их тандеме Сабуров считал себя главным, но никогда этого не демонстрировал. Они неплохо дополняли друг друга — веселый, без комплексов Игнат и красивый мажорчик Гера. Что было у одного, не было у второго и наоборот.
Иногда даже Сабуров жалел, что они так глупо разругались. Янка этого точно не стоила, но понял он это только со временем. Да и тогда не сказать, чтобы Ольховская затмила собой весь мир. Нет, она нравилась Игнату, настолько, что он даже перестал мутить с другими девчонками.
Можно сказать, что был даже влюблен, но головы никогда не терял. Игнат вообще никогда не терял головы. И уж от женщин тем более.
Да он бы сам отдал Ольховскую Герману, раз тому так ее хотелось. Может, не сразу, но через полгодика бы отдал. У Яны Игнат был первым, она была в него влюблена, но он чувствовал, что с ней могут быть проблемы даже у него. Хотя он и сам был безбашенным. Если бы Литвин просто бы пришел и сказал… но друг начал гадить исподтишка. И это Игнат уже не простил.