Алина Давыдова – Развод в 45. Не дай мне уйти (страница 8)

– Но ты УЖЕ сделал это.

Тишина повисает между нами. Тяжелая и неприятная.

За дверью слышатся шаги – Маша возвращается. Она останавливается в дверном проёме, глядит на нас с отцом с детским непониманием. И такой яркой обидой, как будто ей не восемнадцать лет, а десять.

– Что вы творите?! Вы в своем уме так поступать?! – внезапно она осекается и спрашивает тише: – Вы… вы что, правда, разводитесь?

Тимур и я переглядываемся.

– Мы ещё не решили, – отвечает он.

– Если что, я не против… Просто… Мне надо знать, могу ли я водить сюда своего парня. Или вы опять меня опозорите.

Сказав это, Маша осуждающе качает головой, потом поворачивается и уходит в свою комнату, по традиции хлопнув дверью.

Такими темпами нам придется покупать новые дверные косяки.

Тимур смеживает веки.

– Я не представляю, что делать…

– Для начала – извинись перед дочерью. Она не заслужила родителей-скандалистов, которые закатывают сцены перед её друзьями.

Он не отвечает. Но медленно кивает.

Я встаю и выливаю остатки чая в раковину.

– И ещё. Я подам на развод, Тимур. И ты ничего не сможешь с этим сделать. Потому что твои слова меня не трогают.

Он молча смотрит мне в спину, пока я ухожу.

Глава 5

Утро начинается с хлопка входной двери – Тимур ушёл на работу. В другой день я бы собрала его, приготовила бы завтрак, заварила бы кофе, но сейчас специально лежу в кровати и делаю вид, что крепко сплю.

Стоило ему уйти, я поднимаюсь и выхожу на кухню. Застываю у окна, наблюдая, как машина почти что бывшего мужа исчезает за поворотом, когда телефон в кармане халата начинает вибрировать.

Незнакомый номер. Короткое смс:

«Кира, нам нужно поговорить. Пожалуйста, не говори Тимуру. Катя»

Я чуть не роняю телефон – он кажется мне ядовитой змеей. Клянусь, у меня все зубы разом заболели, стоило дочитать сообщение до конца.

Откуда она знает мой номер?! Что это за шутки? Теперь любовницы моего мужа будут со мной переписываться?

Может, мы ещё сделаем график посещения? Понедельник, среда, пятница – семья; вторник, четверг – походы налево.

– Ма, кто это? – раздается голос за спиной.

Маша, вся растрепанная, заспанная, тянется за коробкой хлопьев на верхнюю полку шкафа.

Меня вновь колет секундным угрызением совести: что я за мать, даже не сварила дочери кашу. Но я напоминаю себе: этой самой дочери не пять лет, она способна добыть себе завтрак самостоятельно.

Хватит быть курицей-наседкой. Куда меня это привело?

Только к упрекам. От той же самой дочери.

– Никто, – машинально сую телефон обратно в карман.

– Просто ты так выглядишь, как будто у тебя несварение желудка.

– Глупости. Просто спала плохо.

Она хмыкает, сыплет хлопья в миску, но молоко не льет – просто берет ложку и начинает жевать всухую.

– Марк вчера спросил, всё ли у нас дома нормально, – бормочет дочь, избегая моего взгляда. – Типа, не нужна ли мне помощь какая-то?

– И что ты ответила?

«Что скоро переедешь к любовнице папы?» – зудит внутри меня от обиды за сказанные Машей слова.

Но вслух я ничего не говорю. Не хватало еще окончательно переругаться с дочерью. В конце концов, она всего лишь подросток-максималист. Сказала, не подумав.

– Что это не его дело. Он мне даже не парень, чтобы лезть в нашу семью. Он не может осуждать моего папу.

Я вздыхаю. Наши с Тимуром проблемы всерьез задели дочь – а это уже плохо. В дальнейшем нужно научиться выяснять отношения в тишине и за закрытой дверью.

– Маш…

– Ма, не надо. Я не хочу об этом. Просто давайте больше не закатывать истерики на людях? Позавтракаю за ноутом, ладно?

Она хватает миску, достает из холодильника упаковку апельсинового сока и выходит из кухни.

Убедившись, что дочь меня не видит, я достаю телефон и перечитываю сообщение. Пальцы дрожат, когда я набираю короткий ответ:

«О чём?»

Сообщение приходит мгновенно. Такое чувство, что Катя караулила у экрана.

«О Тимуре. И о том, чего ты не знаешь»

Сердце рушится в ноги и разбивается в осколки. Что ещё может быть?

«Где?» – отправляю я.

«Пекарня на углу твоей улицы. Через два часа»

Дождавшись, когда Маша убежит в институт, я тоже начинаю сборы. Как одеться? Как причесаться?

Меня радует, что я сделала новую стрижку и облагородила ногти. Теперь я не выгляжу так уж… плохо. Посвежевшая, с модной прической. Не загнанная домохозяйка.

Решив заходить с козырей, я надеваю новый брючный костюм, купленный вчера в магазине. Как сказала Женя: «Он обтягивает твои ягодицы так, будто тебе снова восемнадцать».

Отлично. То, что доктор прописал. Наверное, я этого хочу. Быть моложе и красивее в глазах юной любовницы Тимура.

Не выглядеть рядом с ней жалко.

Плохо ли это?

Сложно сказать.

Я замечаю Катю сразу. Она сидит за столиком у окна и вертит в пальцах маленькую чашку кофе. В простой белой рубашке и джинсах, без макияжа, она выглядит… обычной. Никакого топика, открывающего пупок, никаких вызывающих взглядов.

Но, стоит ей заметить меня, как этот самый взгляд становится острым, словно у хищницы, высматривающей добычу.

– Спасибо, – чуть улыбается она, когда я подхожу. – Боялась, что не придёшь. Советую заказать сэндвич с лососем. Он здесь обалденный.

«А я советую тебе пойти в…» – лаконично думаю я.

– Чего ты хочешь? – опускаюсь в кресло напротив, без приветствия и светских улыбок.

Катя наклоняется вперёд, положив локти на стол. Она тоже понимает, что церемониальная часть окончена. Значит, пора выкладывать карты.

– Я хочу, чтобы ты перестала цепляться за Тимура.

Я начинаю громко смеяться. Наверное, даже слишком громко, потому что на нас оборачиваются другие посетители.

– О, милая, ты ошиблась с выводами. Я как раз собираюсь с ним развестись.