Алина Брюс – Тени Альвиона (страница 63)

Надев браслет, он тихо поблагодарил меня и пошел к двери, где столкнулся с Кьярой.

– А… – заметив на его руке хризалии, она часто заморгала и бросила хмурый взгляд в мою сторону. Мне почудилось, что в этот момент она пожалела, что не смогла сама предложить браслет Нейту. Пропустив его, сестра помялась на пороге кухни и наконец сказала: – Пойду в Оранжерею, узнаю, как там ребята.

Я мгновенно напряглась.

– Тебе лучше не ходить одной. Сай…

Кьяра отмахнулась.

– В это время он наверняка где-нибудь спит.

– А вдруг нет? Тем более с ним Рисса. И потом, – торопливо добавила я, видя ее упорство, – сегодня и так непростой день. Думаешь, Нейт не начнет переживать, если ты пойдешь одна?

Возможно, с моей стороны было нечестно так говорить, но мне на самом деле не хотелось отпускать сестру одну, зная, что где-то в Квартале прячутся неуравновешенные дремеры. Заметив, что Кьяра колеблется, я сказала:

– Я останусь тут и присмотрю за всем, а с тобой пусть сходит Ферн.

При звуках его имени Кьяра мгновенно ощетинилась.

– Нет уж!

Я почувствовала, что теряю терпение, и резко проговорила:

– Если ты и правда хочешь в Оранжерею, то вынесешь и компанию Ферна. А соберешься идти одна – я разбужу Нейта.

Целую минуту мы с сестрой молча сверлили друг друга взглядами. Наконец она сдалась:

– Ладно. Но если он откажется, пойду одна, а ты никому ничего не скажешь.

Я грустно улыбнулась.

– Он не откажется.

Кьяра хотела как будто что-то спросить, но передумала. А уже через десять минут я увидела ее с Ферном из окна гостиной. Они держались друг от друга на расстоянии, и через какое-то время Кьяра зашагала впереди. Но даже отсюда было видно, что Ферн неотрывно смотрит ей вслед.

Я ощутила укол ревности, на смену которой пришла щемящая боль, и не сразу поняла, что это: боль за себя или боль за каждого из них?

Будем ли мы все когда-нибудь счастливы?..

Ближе к вечеру я разбудила Нейта, как и обещала. Остальные еще не вернулись, а Тайли отдыхала у себя в комнате, поэтому я составила ему компанию за ужином. Сон с хризалиями пошел Нейту на пользу – он выглядел посвежевшим и бодрым.

– Отличная вещь, спасибо, – сказал он, отдавая мне браслет.

Я только улыбнулась. Видя его спокойствие и пользуясь удобным случаем, я решила передать рассказ Тайли о Риссе. Нейт слушал сосредоточенно и с каждым моим словом всё больше и больше мрачнел – я даже пожалела про себя, что вообще завела этот разговор.

– Значит, – сказал он, когда я замолчала, – Тайли считает, что Рисса пыталась отравить вас, а потом еще и портреты испортила… И всё из-за ревности?

– Скорее, зависти… Прости, – проговорила я, – тебе, наверное, неприятно о таком слышать. Ты ведь… встречался с ней?

Нейт рассеянно кивнул.

– Да, я… – Он коснулся золотой полусферы в ухе и замер, а на его лицо набежала тревога.

– Нейт?

Он посмотрел на меня невидящим взглядом и внезапно хрипло спросил:

– А Кинн еще не пришел?

Сбитая с толку, я покачала головой.

– Думаю, скоро должен…

– Это хорошо, хорошо.

Нейт резко поднялся и без объяснений вышел из кухни. Убирая за ним тарелку, я заметила, что мои руки дрожат. Не успела я сполоснуть посуду, как послышался звук открываемой двери – кто-то вернулся. В передней послышались голоса, и, пока я заканчивала с делами, дверь захлопнулась.

Поспешив в переднюю, я наткнулась на Кинна. Нахмурившись, он смотрел в сторону входной двери.

– Что такое? – спросила я.

Вздрогнув, Кинн обернулся.

– Нейт… Он… Он попросил меня посмотреть камень в его серьге.

– Камень? И… ты посмотрел?

– Да, но… – В его взгляде отразилось замешательство. – Это был феанит. Не очень сильный, но в спячку еще не впал.

– Феанит? – растерянно переспросила я.

Насколько я помнила, феаниты, символы Нумма, способствовали чадородию, но зачем Нейту?.. Я не успела додумать, когда Кинн продолжил:

– Нейт еще переспросил: «Феанит, не теадарит?» И когда я заверил, что уверен, он спросил, в чем сила феанита. Я ответил, а он ужасно побледнел и… ушел. Я не понимаю, что…

У меня перед глазами возникло улыбающееся лицо Лиллы, и я начала задыхаться. Кинн коснулся моей руки.

– Вира, в чем дело?

Сквозь шум в ушах я едва расслышала собственный голос:

– Эта сережка принадлежала Лилле, она…

Подняв взгляд на Кинна, я увидела, как понимание в его глазах сменилось потрясением. Внутри у меня всё заледенело.

Теадарит – камень, который не давал женщине забеременеть. Но у Нейта был феанит.

Лилла позволила Теням поглотить себя, когда поняла, что беременна.

Глава 16

Целую минуту мы с Кинном неподвижно смотрели друг на друга. Наконец я встрепенулась: Нейт! Стараясь, чтобы голос звучал твердо, я произнесла:

– Оставайся с Тайли, а я пойду за Нейтом. Если что, скажи ей, что я решила помочь с поисками.

– Но…

– Ферн с Кьярой еще не вернулись, неизвестно, когда их ждать, а закат скоро, и Нейт…

Я не договорила, но Кинн меня понял и просто сказал:

– Будь осторожна.

– Ты тоже.

Он посмотрел на меня так, будто пытался что-то прочесть в моих глазах, и затем кивнул.

…Как можно быстрее я добежала до перекрестка, где в смятении остановилась. Нейт ушел не так давно, но куда он мог отправиться? В старую квартиру, где висели портреты Лиллы? Или в Оранжерею?..

Были бы здесь Ферн с Кьярой, мы бы быстро нашли Нейта. Но нельзя ждать их появления, надо решать самой.

Внезапно меня осенило, и, сорвавшись с места, я устремилась вглубь Квартала. Возможно, я ошибаюсь, но чутье подсказывало, что Нейт пошел туда, где Лилла провела свои последние минуты, – в сквер, который она так любила.

По дороге я пару раз падала, но тут же вскакивала и продолжала бежать, не обращая внимания на ноющие колени. Когда я вылетела на улицу, огибающую сквер, в груди что-то оборвалось: здесь никого не было. Но вдруг за бордовыми кустами лозинницы я разглядела темную фигуру, идущую к центру, где возвышался молчаливый фонтан.

В боку кололо, каждый выдох разрывал горло, но я крикнула изо всех сил:

– Нейт!