Алина Аркади – Сова (страница 10)

– Сова звучит как-то обезличено.

– Алексей Евгеньевич. – Его губ трогает скупая улыбка. – Если так больше нравится.

И как только он произносит имя, становится для меня реальным человеком со своей историей, потерями и плохим настроением.

– Юля, – зачем-то произношу, совершенно забыв, что два дня назад он обратился ко мне по имени. – Но вы и так знаете.

– Я много о вас знаю.

– Откуда?

– Мы же не могли вас не «пробить». Молодая женщина, подавшая заявку через полицейского на доставку в Чехию, – в этой фразе странно всё. К новым лицам мы относимся осторожно.

– Это из-за того инцидента, о котором вы упомянули?

– В том числе. Об Организации знают только те, кто нуждается в подобных услугах. Вы не услышите о нас из открытых источников. По этой причине новые люди тщательно проверяются, но если поручится тот, кого мы давно знаем, процесс публикации заявки и её выполнения будет быстрее.

– Просто у меня не было других возможностей. Подать заявку, – поясняю, чтобы он понимал. – Меня предупредили, что могут не ответить.

– Вы сделали всё, чтобы привлечь наше внимание. – Вновь едва уловимая улыбка. – Можно сказать, взяли настойчивостью.

– Просто понимала, что мне больше никто не поможет.

– Помощь за деньги – это работа. Кстати, о них. Вы должны внести задаток.

– Ой, – хватаю рюкзак, чтобы вытащить заготовленную сумму. – Вот, – немного придвигаюсь, чтобы положить на переднее сиденье. – Восемьдесят.

– Шестьдесят. Моя ставка именно такая.

– То есть вы не из элитной категории? – Вопросительно вздёргивает бровь. – Вы сказали два дня назад, что Перевозчик, к которому я хотела обратиться, из элитных и берёт восемьдесят.

– Он работает давно. Лет пятнадцать. Может, больше. Я оставил эту работу пять лет назад, и тогда моя ставка была шестьдесят.

– То есть… – обдумываю его слова. – Вы не Перевозчик?

– Как и сказал при первой встрече, я заместитель босса.

– А почему тогда…

– Почему сейчас я везу вас в Чехию? – Мой неуверенный кивок. – Причина банальна – ваш заказ никто не пожелал взять.

– А почему взяли вы?

И ответом мне служит тишина. Он не спешит пояснять мотивы. Да и какая разница, если сейчас я направляюсь туда, куда стремилась? Возможно, ему нужны деньги, или же существуют скрытые причины, понятные лишь ему.

– Вы сказали «больше никто не поможет», но ведь у девочки есть отец. Он не пожелал принять участие?

Отвечать на вопросы Алексей не планирует, но интересуется моей жизнью. И я понимаю, что объяснить придётся, если рассчитываю на его помощь. Честность – залог того, что мужчина поможет отыскать Анфису. Да и что мне скрывать? Наоборот, стоит делиться, чтобы у него было понимание, во что он вляпался на добровольной основе за небольшую, по его меркам, плату.

– У него другая семья.

– Но ведь это не исключает участия в жизни своего ребёнка?

И вот что ему сказать? Что Артёму плевать на Фиску, потому как он помешан на сыне?

– Для него нет, для его новой жены – да. Именно она определяет правила в семье и время общения с моей дочерью.

– Интересно, – ухмыляется, а я чувствую, как машина набирает скорость, окутывая мягкой вибрацией. – А он сам не проявляет инициативы?

– Артём – воскресный папа. Или видимость этого самого папы. Максимум, на что он способен: вывести Анфису на детскую площадку и, уткнувшись в телефон, делать вид, что заинтересован в дочери. Спустя два часа дочка возвращается домой и выясняется, что от папы она услышала два слова: «привет» и «пока».

– Насколько я понял, вашей дочке четыре, а если у вашего мужа уже есть ребёнок в новой семье, вы не прожили в браке и пары лет?

– Пару и прожили. – Грустная усмешка как реакция на неприятные воспоминания. Бросив на него взгляд, понимаю, что он ждёт продолжения. Только зачем ему это? – Встречались пять лет, ещё с института, когда я забеременела, расписались. А спустя два года Артём признался, что влюбился в другую женщину. Было обидно и неприятно, но я понимала, что невозможно удержать того, кто уже болен кем-то другим. Разошлись мирно, а спустя несколько месяцев я узнала, что ребёнку в новой семье почти столько же, сколько и Анфисе.

– То есть он жил на две семьи?

– Получается, так. Планировал разорвать отношения, но моя беременность отложила его намерения. Лучше бы сразу признался…

Вспоминаю, как Артём оправдывался, шаркая ножкой и не смея смотреть мне в глаза. В тот момент я увидела перед собой трусливого, слабого человека.

– Хотел совершить мужской поступок?

– Да, – фыркаю, – а получился подлый. Развелись, и он сразу женился на Светочке.

– Светочка? Звучит пренебрежительно.

– Нормально звучит. Он сам так её называет.

– А Светочка понимает, что мужчина, обманувший одну женщину ради другой, способен поступить так же по отношению к ней?

– В случае Светочки такой вариант не пройдёт. Потому как её отец довольно влиятельный человек, у которого имеются рычаги, чтобы заставить Артёма быть верным дочери.

– А ваш муж тоже значительный человек?

– Артём? – удивлённо на него смотрю. – Вообще нет. Из простой семьи, мама растила его одна. Кое-как окончил институт, жили в моей квартире и на мою зарплату. С поисками работы не спешил, а если и устраивался куда-то, надолго не задерживался, придумывая всевозможные причины для увольнения: не поладил с коллективом, предвзятое отношение со стороны начальства, низкая оплата, неудобный график, отсутствие перспектив и ещё сотня вариантов на любой вкус. Когда я ушла в декрет, ему всё же пришлось найти место. Как потом выяснилось, «зарплату» ему выдавала Светочка, а всё свободное время он проводил у неё.

– Впервые о таком слышу: любовница даёт деньги мужику, чтобы он содержал семью.

– Как есть, – развожу руками, когда-то вот так же, как и Алексей, удивившаяся подобному раскладу.

– А почему не ушёл? Понятно, попытка быть мужчиной провалилась, но ведь можно было признать поражение.

– Моя мама болела. Онкология. Я разрывалась между маленькой дочкой и родным человеком, которому требовалась моя забота. Пришёл к выводу, что не время уходить из семьи в тяжёлый для меня момент. Зато собрал вещи сразу после её похорон.

– Заботливый, – произносит с издёвкой.

– Лучше бы сразу признался, и не было бы этого фарса под названием «семья». Я бы Фиску всё равно родила и справилась в одиночку. В тот момент мама мне ещё могла помочь, да и Марина всегда на подхвате.

– Марина – сестра?

– Подруга. С дочкой сидела, когда нужно было по делам уехать, а потом, когда Анфиса в сад пошла, забирала в те дни, когда няня не могла.

– Друзья, если они настоящие, незаменимы в нашей жизни.

– Незаменимы… – смотрю в окно, пытаясь понять, где именно мы едем. – Но не сегодня…

– Почему не сегодня? – смотрит в зеркало заднего вида, ожидая ответа.

И если я решила, что произнесённое шёпотом, не будет услышано, ошиблась.

– Вчера сказала подруге, что мой заказ приняли и я отправляюсь в Чехию. Получила неоднозначную реакцию… – Мнусь, не зная, как объяснить. Что-то меня напрягло в словах Марины, но что конкретно, никак не соображу. – И вроде она по-дружески переживает за меня, за Фиску, которую знает с рождения, но было в её словах что-то…

– Что вас насторожило?

– Да. Но что именно, никак не могу понять. Что-то несвойственное ей и незнакомое мне. Ещё и гадкое предположение…

При взгляде на Алексея Евгеньевича с трудом верится, что он будет требовать интима или чего-то в этом роде. Я знаю его несколько часов, но он не похож на человека, который озабочен лишь тем, чтобы затащить в постель первую попавшуюся женщину. Хотя привлекательности ему не занимать. Есть в нём нечто притягивающее и заставляющее бросать короткие взгляды на его профиль. Я бы даже сказала, что мой водитель наделён скрытым шармом и завлекающей аурой, являющейся элементом притяжения для женского пола.

– Предположение? Какого рода?

– Что кроме оплаты в денежном эквиваленте вы можете потребовать дополнительную натурой.

– Удивительная ограниченность. То есть, по мнению вашей подруги, мужчину интересует исключительно возможность пристроить в кого-нибудь свой половой орган?

– Да. В общем-то, на этом аспекте и строятся все её отношения.

И, сколько я помню, Марина начинала отношения с постели, уверенная, что сначала необходимо проверить длину «инструмента», а уже потом разговаривать.