Алина Адлер – Ты в порядке: Книга о том, как нельзя с собой и не надо с другими (страница 38)
Так влюбленные оказываются на разных этапах, как на отдалившихся друг от друга платформах треснувшей льдины. И, как я уже говорила, переход на новый этап в отношениях — это процесс подсознательный, партнеры не видят дна происходящего, поэтому не могут на него опереться. «Ты давишь на меня», — злится Влад, когда Эля пытается задержать его на этапе «близость». «Ты не любишь меня? У тебя кто-то появился?» — Эля в растерянности. «Хочу побыть один, но знаю, что она нужна мне. Я запутался…» — досадует Влад, сидя в кресле напротив меня.
Некоторым людям слияние в принципе не по душе, у них нет такой потребности в силу темперамента. У других, наоборот, характер требует близости в двойных дозировках. (Помните, мы говорили про темперамент в главе 18?)
Так как же остаться в отношениях и сохранить свои границы? Как, находясь на разных этапах, без невроза, конфликтов и необоснованных подозрений, без «перетерпеть» или «нам надо расстаться» пережить переходный период?
Потребность в близости регулируется вашими личными границами.
Своими границами управляете вы.
Границы — гибкие: вы можете приближать и отдалять партнера, он вас тоже.
Но как партнер узнает о том, в каком расстоянии вы сейчас нуждаетесь? Вам уже давно слишком близко? Дефицит контакта с супругой заставляет вас чувствовать себя одиноко?
Скажите партнеру об этом — не оставляйте пространство для догадок.
О дозах близости и желании расширить свои границы можно и нужно разговаривать.
Обсуждая свою потребность отдалиться или сблизиться, вы «легализуете» ситуацию и вносите ясность. «Давай эти выходные проведем вместе, а следующие раздельно». «Мне важно побыть наедине с собой, закрывшись в комнате».
Так вы проявляете уважение, даете право на потребность в отстранении своему партнеру. И без сомнений, стыда и чувства вины пользуетесь своим правом тоже.
Теперь, владея информацией про этапы сближения/отдаления в отношениях, вы знаете, что устать можно не от отношений, а от расстояния в них.
И напоследок: ПОЖАЛУЙСТА, ДАЙТЕ ПОЧИТАТЬ ЭТУ ГЛАВУ СВОЕМУ ПАРТНЕРУ!
Резюме главы
Даже любимого человека может стать много.
Так же, как для природных явлений, для отношений характерна цикличность.
Пять этапов сближения и отдаления.
Любовь — это система отношений.
«Слияние» — самый опасный этап.
Как сохранить и отношения, и свои границы.
ГЛАВА 22
«Я не могу простить свою маму…», «у меня сложные отношения с родителями»
Обида на родителей
— А теперь я готов говорить о своей маме, — Матвей медленно и решительно опустил руки на подлокотники. Матвей уже сидел в этом кресле — год назад он завершил семимесячный курс психотерапии, а сейчас вернулся.
— У меня много обиды на родителей. Но… Я пока не хочу говорить об этом. Возможно, в следующий раз, — Нина откладывает болезненную тему уже не первую сессию.
— Сложные… — ответила Таисия на мой вопрос «Какие у вас отношения с мамой?» и распечатала упаковку с салфетками.
Я не настаиваю. Не подталкиваю и не пытаюсь заглянуть под пластырь, защищающий ранку клиента. У каждого есть право быть неготовым открыть саднящее место и заговорить о том, что, возможно, никогда не озвучивал вслух.
Сейчас, в начале этой главы, я тоже топчусь со строки на строку, волнуюсь, разминая мышцы деликатности. Ведь здесь о родителях… О самых близких людях. И чем ближе, тем больнее, если в отношениях когда-то что-то пошло не так. Ведь это произошло не по вашей вине, ведь вы — дети, они — родители.
Отношения с родителями — на всю жизнь.
Даже если вы уже сами родитель с сорокалетним стажем, а ваш внук отпустил бородку. И даже если родителей уже нет в этом мире, они с вами — и в приятных воспоминаниях, и в тех, что хочется зашвырнуть обратно в детство, в тех чувствах, которые греют, и в тех, что царапают душу.
***
Таисия пришла на консультацию с проблемой самореализации. Но психотерапия — это как маленькая жизнь внутри большой жизни человека. Не получится отдельно проработать одну проблему, не затронув остальные. Отношения с родителями — одна из тем, которые мы рассматриваем из сессии в сессию, обсуждая и проживая по шагам.
Так и Таисия в поисках себя нащупала потребность проработать отношения с мамой.
— Общение с мамой каждый раз приносит мне дискомфорт. У нас натянутые отношения. Я вижу, что она хочет больше контактировать со мной, чаще видеться, но при этом без конца высказывает претензии: не так подстриглась, не тем занимаюсь, дочку неправильно воспитываю, муж плохой. Я раздражаюсь из-за этого, защищаюсь. Она часто обижается. А я злюсь!
В детстве я боялась маму. Она была строгой, требовательной, неласковой и отстраненной. Сейчас, будучи взрослой, я понимаю, что как-то по-своему она любила меня, конечно, но ребенком я не ощущала этого. Мне не хватало ее теплоты и поддержки и я пыталась быть ближе к маме, как любой нормальный ребенок. Но не получалось… А потом, в подростковом возрасте, что-то надломилось, и я захотела убежать подальше из дома, от нее. Я — недолюбленный ребенок.
Но сейчас я взрослая, а мама — человек в возрасте. И недавно я начиталась книжек про род, карму, прощение и решила попробовать пойти с мамой на сближение. Но — нет! Опять не вышло наладить контакт, — клиентка подперла щеку кулаком.
Тая походила на разочарованную девочку. Я не раз замечала: когда взрослые рассказывают о своих отношениях с родителями, они становятся немного похожи на детей.
— Тая, а как вы пытались сблизиться? Как реагировала мама? — поинтересовалась я.
— Я стала чаще звонить ей, старалась быть более открытой, делилась своими переживаниями. Подробнее расспрашивала про ее жизнь. Но мама, похоже, восприняла мои откровения как материал для критики и дала кучу советов, которых я не просила.
Как-то я сказала маме, что люблю ее, хотела приобнять. Но все это вышло ужасно неловко… Мама как ошпаренная отпрыгнула от меня, кинулась к плите перемешивать что-то в кастрюле и быстро перевела тему. Обратной связи я так и не получила, впрочем, как обычно…
— А какую обратную связь от мамы вы ожидали?
— Я хотела почувствовать ту самую близость с ней. Мы же мама и дочка. Я надеялась, что она откликнется на мой посыл, потянется, оттает, — расплакалась Тая. — Вы понимаете, я как ждала в детстве, что у нее что-то проснется внутри, так и надеюсь. А там — пусто! Пусто! Ну неужели так трудно обнять, сказать «люблю»? Я свою дочку постоянно тискаю, целую, говорю, как люблю ее и как она мне нужна! Это же так приятно, и дочка всегда знает, что любима…
Тая затихла, беззвучно заплакала.
— Скажите, я слишком многого хочу? Чего-то невозможного? Может, я не заслуживаю этой близости? — пыталась она разглядеть ответ в моем взгляде.
— Тая, вы заслуживаете. Абсолютно точно — и когда были ребенком, и сейчас. Заслуживаете по факту своего появления на свет!
Ребенок по своей природе не способен сотворить никакого умышленного зла, за которое родители могли бы осознанно лишить чадо любви и принятия.
Отстраненность матери — это ее внутриличностный процесс и, к сожалению, боль малыша…
Дети не в ответе за формирование близости в детско-родительских отношениях, они не умеют это делать и не должны уметь — ни в детстве, ни во взрослом возрасте. Это работа мамы и папы.
«Задача» детей — быть безусловно любимыми! Догнать близостью маму во взрослом возрасте невозможно. Ведь вы никогда не поменяетесь ролями.
— Я так понимаю, путь к сближению здесь только один: если мама вдруг сама этого захочет. А такое может случиться? — робко спросила Тая.
— Как я уже говорила, это мамин процесс, за который вы не в ответе. Сближение возможно, если она этого захочет так же, как вы. За пятнадцать лет моей практики был только один случай, когда на консультацию пришла «взрослая» мама, которая хотела перестроить отношения со взрослым ребенком и была готова для этого работать над собой.
— Негусто… — Тая прикрыла глаза и нахмурилась. — А как вы думаете, если я ей прямо скажу, что мне не хватало в детстве ее любви и что сейчас мне хотелось бы быть ближе с ней… Что ее критика и непрошеные советы только увеличивают расстояние между нами, а мне хотелось бы, наоборот, стать подругами… Это даст какой-то результат?
Я развела руками.
— Ни я, ни вы не можем угадать, как она воспримет ваши слова. Мама — человек другого поколения, женщина в возрасте, со своими устоявшимися взглядами. Здесь важно, чтобы вы осознавали свои ожидания и были готовы к любой маминой реакции, а не только к той, которую хотели бы получить… — не спешу что-то обещать «внутреннему ребенку» Таи.
С Таисией мы увиделись через неделю. В этот раз она решила сесть на диван, а не в кресло, как на предыдущих сессиях. Женщина несколько раз то отставляла, то пододвигала ближе к бедру гранатовую сумочку, перекидывала длинные волосы с левого плеча на правое и обратно, три раза переворачивала подушку. Достала салфетку. Вздохнула.
— Не получила. Опять… — начала Тая, похоже, с главного переживания последних дней.
Я молчала, внимательно слушая, как будет разворачиваться история.
— Мама даже не поняла, что я хочу донести. Или сделала вид, что не поняла. Перекрутила мои слова по-своему, еще и виноватой выставила! Сказала: «Напридумывала себе ерунды какой-то! Ты хочешь сказать, что я тебе не покупала игрушки и мороженое, не водила в цирк? Ты голодала, голая ходила, что ли?»