Алина Адлер – Ты в порядке: Книга о том, как нельзя с собой и не надо с другими (страница 35)

— При чем тут это! При чем тут я! По-моему, ты меня с кем-то путаешь, а конкретно — со своей бывшей женой. Ваня, я — это я, Мила. Она — это она. И это она тебя «не мужиком» называла и не советовалась с тобой. А я просто сюрприз тебе сделать хотела.

Но и Милу заносило туда же — в «комнату кривых зеркал» между прошлым и настоящим.

Иван купил себе новые часы, Мила заметила не сразу.

— Но мы же договорились на отпуск копить! Ты взял деньги из общего бюджета, не обсудив со мной незапланированную покупку.

— Я взял деньги из своего личного бюджета, — защищался Иван.

— Ах, у тебя уже «свой личный бюджет» завелся! Ну-ну, знаю я, к чему это обычно приводит.

В тот же день Мила купила себе дорогие духи. Незапланированные. Назло!

Перед путешествием:

— Я сама оплачу сыну поездку.

— Мила, я что, ребенку на билеты не заработаю?! Просто поедем на пару недель позже, не проблема, — искренне не понимал Иван.

— Не надо, Ваня. И правда, мне несложно.

— Да почему?!

— Мы с тобой не муж и жена, ребенок не твой. И я не хочу, чтобы меня потом упрекали этими деньгами… — пояснила Мила.

Иван не кричал, он гремел:

— «Упрекали»! «Упрекали»?! Это кто такие? Ты сейчас про меня? Я хоть раз, хоть раз упрекнул тебя в тратах? Или, может, это твой прижимистый бывший муженек так делал, который вас с Димкой без копейки оставил, зато с кредитом? Мила Владимировна, не попутала ли ты? Да ё-моё, обидно даже!

Когда проекция прошлых отношений топчет реальность настоящих, партнеры видят друг друга как через мутное стекло.

В актуальных отношениях они защищаются не друг от друга, а от прошлых нанесенных ран. Неосознанно.

Партнеры могут так и не обнаружить искренность друг друга. Не прикоснуться к бездонности чувств, так и не встретиться даже через годы, просыпаясь каждый день в одной кровати.

Так случилось и у Милы с Иваном. Но им понадобилось расстаться, чтобы понять: Иван ушел от образа бывшей жены, а Мила отвернулась от образа бывшего мужа. Не встретили друг друга настоящих…

Устали. Поняли, что поторопились жить вместе. Расстались, чтобы подумать, почувствовать, понять. Раненные неудачными браками, решили крепко задуматься о смысле заключать новый.

Приятельские отношения Иван и Мила поддерживали, но не брали на себя обязательств. Так прошел год. Опять назвали себя парой после встречи на вечеринке у общих друзей: проговорили весь вечер в полумраке кухни, не отвлекаясь на веселящуюся компанию.

— Такое ощущение, что мы вчетвером жили — ты, я и наши бывшие, — шутила Мила.

— Давай попробуем начать сначала и их к нам не пустим, — не хотел расставаться с любимой Иван.

Ушли вместе.

***

— Сейчас мы уже стараемся следить за тем, как и что говорим друг другу. Но проблема в том, что я не могу вот так взять, перечеркнуть старое и начать заново, как этого хочет Иван. У него так получается, а у меня нет. Поэтому и на предложение я пока не отвечаю. Вань, еще раз — НЕ потому, что я НЕ хочу стать твоей женой, а потому, что я боюсь опять оказаться в прежней роли, — описала Мила суть проблемы и коснулась серебристыми ноготками плеча Ивана.

— Милаша, я вот только не понимаю, что мне надо для этого сделать… — нахмурился Иван.

Две пары глаз устремились на меня.

— Мила, а как у вас не получается? С какими переживаниями вы сталкиваетесь? Как вы понимаете, что можете опять оказаться в прежней роли? — пришло мое время разбирать проблему.

— Я обижаюсь на Ивана за сказанные в прошлом слова. Это чувство не отпускает меня. Я до сих пор злюсь и ловлю себя иногда на том, что хочу уколоть Ивана. Я стараюсь сдерживаться, до слез иногда… Но это же неправильно! Так не должно быть. Я понимаю, что правильно — это идти на новый этап отношений без заноз из прошлого.

— Так я ведь уже за все извинился пятьсот тысяч раз! — подскочил Иван.

— Вань, но я же тебя не обвиняю сейчас. Я про свои переживания говорю.

— Думаешь, мне не аукается прошлое? Я тоже не железный. Но я это как-то подавляю в себе! Хотя тоже порой из ушей лезет, и уколоть хочется. Мы, знаешь ли, оба были хороши.

Стоп. Я обнаружила у Ивана и Милы ошибку восприятия ситуации и себя в ней. «Расчехляю красную ручку», подчеркиваю:

Подавлять, выметать, забывать, перечеркивать негатив из прошлых конфликтов в отношениях — плохая идея.

«Негатив» — это переживания, которые остались непрожитыми. Множество макро- и микрочувств, сдержанных, неотреагированных, контейнированных и сигнализирующих болью.

Они подобны горсти нерасколотых грецких орехов, которые выпадают из ваших переполненных ладоней и не дают протянуть руки навстречу друг другу. А в ядрах — злость, обида, разочарование, досада.

«Переживания-орехи» так и будут перекатываться из ссоры в ссору, не давая развиться вашим отношениям.

Как бы вы ни пытались усилием воли контролировать свои чувства, из-за незавершенности психика будет вынуждать вас озираться на прошлое.

Я рассказала Ивану и Миле про свойство психики ассимилировать только завершенный опыт. О том, что чувства воспроизводятся в действиях, разговорах, фразах, которые не закончены. (Подробно о незавершенности я писала в главе 4.)

— Про орехи — это вы в точку. Похоже очень, — оценил Иван мою метафору.

— А что же нам делать? Как это все разрулить?

— РАЗГОВАРИВАТЬ. Вам нужно обсуждать те самые «занозы прошлого», вместо того чтобы пытаться игнорировать. Только так, через открытость и попытки понять друг друга вы сможете закрыть, завершить, «допрожить» прошлое. В ином случае обида, злость, разочарование, боль так и будут воспроизводиться. Что, впрочем, уже происходит, и вы «заталкиваете занозы глубже».

— Вот, Вань, я же говорю: нам надо больше разговаривать! — оживилась Мила, услышав, видимо, то, что хотела.

Иван сцепил пальцы рук на затылке, задумчиво повел плечами. Мила в ожидании рассматривала профиль своего богатыря, кокетливо наклонив голову.

— Эм-м-м… Вы понимаете, я человек военный, грубоватый, суровый в чем-то. Мне все эти разговоры задушевные непривычны. У меня все просто, конкретно: поставлена задача, и к ней надо прийти любой ценой. Че тут рассусоливать и прошлое ворошить?

— Собственно — вот! — всплеснула руками Мила. — Такая его реакция типичная. У меня не получается донести до человека, что проблемы нужно обсуждать.

— Иван, между постановкой задачи и ее достижением есть путь. Правильно? Предполагаю, что в армии и на войне его проходят любой ценой. Но вы не на поле боя, а в отношениях. «Кто кого» здесь не работает. Сходство с войной лишь в том, что цена за насилие одна — потери. Отношений, партнера, себя в отношениях.

Мила — ваша любимая женщина. Вы выбрали друг друга. Она — человек с тонкой душевной организацией, чувствительная и впечатлительная. И те способы, которыми движетесь к цели вы, не всегда подходят ей. Я не призываю вас отказываться от своих, но учитывайте и ее. Чтобы достичь цели — построить отношения и создать здоровую глубокую привязанность в них — о способах нужно договориться, — говорю я с клиентом на его языке.

— Понял. «Орехи» эти колоть надо. Ну вот вы нам скажите: что, прямо все-все надо обсуждать? Каждую нашу прошлую ссору? Рехнуться же можно! — разволновался Иван.

Мила опередила меня:

— Конечно, нет! Только самое острое, наболевшее. То, что повторяется. Ну, например: проблема в том, что ты на меня давишь.

— Мила, да не давлю я на тебя! Ну где, в чем я давлю-то?! — брови Ивана подскочили.

Я останавливаю диалог пары, вижу: опять решили пройтись по наболевшему. Вместо этого предлагаю рецепт: «Как разговаривать так, чтобы прийти к взаимопониманию и опять не поругаться?»

Общение с партнером по принципу «Я-высказываний».

Как это работает:

— Мила, вы говорите Ивану: «Ты. На меня. Давишь». А Иван так не считает, потому что уж точно не ставил себе цель «давить» на вас. В его внутреннем мире мотивация иная: «Давай все забудем и начнем сначала!» По сути, хорошее дело предлагает!

Как слышит Иван ваши слова? Как обвинение: «Она считает меня плохим. Я делаю неправильно». Но так как ничего плохого он не делает, то встает на защиту своей идеи: «А ты…», — и дальше вам тоже прилетает обвинение. Мила, в ответ вы реагируете своей защитой. Вот вы и оказались вдвоем в ловушке непонимания, словесной перепалке, в худшем варианте — в конфликте. Это скелет конфликта.

Мила, а если сказать только о своих ощущениях, заменив «ты» на «я»? Что вы чувствуете, когда Иван неоднократно предлагает вам то, на что вы не можете пока согласиться?

— Я чувствую давление. Нет, не совсем так… Я чувствую внутреннее сопротивление, неприятие. Как будто мне чего-то не хватает… Ощущаю свою ограниченность, беспомощность… — Мила говорила с паузами, словно поднимала чувства из глубины на поверхность. — Да-а… Звучит совсем с другим привкусом, чем «ты на меня давишь». Для меня. Вань, а тебе как такое слышать? Вот в такой форме?

Вместо ответа Иван придвинулся к Миле и сгреб ее в могучие объятия. «Бабочка» склонила голову на плечо своего «льва».

— Иван, теперь попробуйте вы. Какую фразу вы часто говорите Миле, и она реагирует на нее агрессивно или начинает оправдываться?

Мила перехватила инициативу, вытянувшись в струнку:

— Давай я скажу! «Ты тратишь время на то, чтобы ковыряться в старом, вместо того чтобы начать все заново» часто звучит. И это как раз та фраза, в ответ на которую просыпается моя беспомощность. Оттого и злюсь…