Алим Тыналин – Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2 (страница 2)

Вот только откуда у меня это воспоминание, такое яркое и живое? Я же ясно помню, что в моей жизни такого не случалось. Или все-таки случалось?

Секундант сунул капу мне в рот, ободряюще похлопал по плечу. Я встал, вскинул руки в стойке.

Неужели я действительно делаю это, стою на ринге? И это после стольких пропущенных, потерянных лет! Пусть даже в горячечном бреду, пусть даже в галлюцинации, но зато стою, мать его, на гребаном боксерском ринге! Как же давно я был лишен этого дикого, азартного удовольствия!

Противник стремительно приблизился, нанес удар. Хорошо, я успел уклониться. Странное дело, это новое незнакомое тело, тем не менее, отлично меня слушалось. Оно было молодым и ловким.

Маневрируя, я быстро вспомнил свои навыки. И свой стиль боя. Меня называли контрпанчером, великолепно умеющим хитрить и запутывать противника. «Ершом», любящим часто уходить в глухую оборону. Выигрывать по очкам. Строить защиту, отлично владея техникой. И только в редких случаях, когда противник терял голову, решать исход поединка нокаутом.

А вот мой нынешний соперник оказался панчером. Ну, это прозвище у всех на слуху. Панчер — это мощный ударник. Работает на средней дистанции, старается уронить соперника в нокаут. Физически великолепно подготовлен.

И еще он явно «рашер», то есть предпочитает агрессивный наступательный стиль боя. Вдобавок он явно не считал меня за серьезного соперника. Против таких у меня еще с давних времен было достаточно заготовок.

Я продолжал уклоняться от его резких атак. Иногда подныривал под атакующую руку, одновременно нанося контрудары снизу по корпусу. Так продолжалось весь раунд и вскоре мой противник выдохся.

Настроение зрителей и судей явно изменилось в мою пользу. Краем глаза я увидел, как мой тренер удивленно смотрит на меня. Никто не ожидал от меня хорошей техники.

— Давай, Витя, покажи им! — закричал кто-то из публики.

В самом конце раунда наш панчер пришел в неистовство от моей уклончивой манеры. Ну вот, настало время для расправы. Я улучил удобный момент и в очередной раз ушел от атаки противника.

Стремясь добить меня, он обрушил серию джебов, прямых ударов и хотел добить резким коротким хуком сбоку. Я успел сделать небольшой финт, а когда он открыл небольшое «окошко» между локтем и грудью, я ударил его в челюсть сильным апперкотом.

Эффект получился неожиданный для всех. Мой соперник, явный фаворит поединка, завалился на спину, раскинув руки. Рефери отогнал меня в угол ринга и начал отчет. Но я уже и так видел, что он не очухается.

Вот ведь удача, это нокаут. Какая, однако, хорошая у меня галлюцинация. Может, получится остаться в ней подольше?

Окончив счет, рефери вскинул руки. Молоточек звонко ударил в гонг, возвещая о моей победе.

Оглядев торжествующим взглядом судей и зрителей, я не увидел ничего, кроме недоумения. Даже мой тренер стоял с открытым от удивления ртом.

— Во дает, Витька, вырубил армейца! — крикнул кто-то из публики.

Вообще-то меня звали Алексей, но почему бы и нет? Видимо, в этом причудливом сне у меня поменялось не только тело, но и имя.

Я устало вернулся в свой угол. Несмотря на живость и азарт после победы, я чувствовал, что притомился.

— Ну ты и выкинул коленце, Витек! — сказал тренер, озабоченно почесывая подбородок. Он прищурился и глядел на судей. — Сейчас такая катавасия начнется…

Я обтерся полотенцем, поданным секундантом. Что-то не так. Какого дьявола они все переполошились?

— Что вообще творится? — спросил я и вдруг смутно припомнил, что вообще не рассчитывал выиграть этот бой.

Все думали, что Виктор Рубцов, то есть я, обязательно проиграет. Если бы здесь, в советское время, были букмекерские конторы, против меня поставили сто к одному. А может, и того больше.

Внезапно я понял, что это вовсе не сон. Не гребаная галлюцинация. Это все по-настоящему. Мое сознание странно раздвоилось.

С одной стороны, я помнил, что меня зовут Алексей Топорников, я списанный инвалид, хотя и был подающим надежды боксером. И меня застрелили на улицах Москвы.

С другой стороны, я помнил, что являюсь Виктором Рубцовым, парнем восемнадцати лет, который с пятнадцати годиков пошел в секцию бокса. Хотел научиться защищать себя и за три года постепенно втянулся. Особых успехов не достиг, был надежным середнячком.

Информация всплывала в моем подсознании, как из толщи мутной воды. Сегодня, как я вспомнил, шли отборочные поединки на городское первенство. Победители городского соревнования отправятся на зональные турниры.

Тут я вздрогнул, потому что понял, почему все так взволновались моей победе. Тот, кто выиграет в зональных соревнованиях, получит реальный шанс участвовать в чемпионате СССР по боксу.

Я был единственным кандидатом в своей весовой категории и выступал от имени спортивного клуба «Орленок». Еще до боя тренер говорил, что все уже давно расписано. Мой соперник, представитель ДОСААФ, должен был идти на городское первенство.

Никто не сомневался в его победе. И вдруг он проиграл нокаутом такому аутсайдеру, как я. Все планы спортивных чиновников коту под хвост.

Когда объявили мою победу и рефери поднял мою руку, в зале раздались жидкие аплодисменты. Судьи сидели с каменными лицами. Завалить меня по очкам им не удалось.

Сойдя с ринга, я отправился в раздевалку. Тренер и двое наших парнишек из боксерской секции «Орленка» торопливо шли рядом и указывали дорогу. Для меня все происходящее было, как в тумане.

— Ладно, — сказал тренер. — Им деваться некуда. Проглотят и подотрутся. Правда, тебе на соревнованиях трудно придется, но ничего. Что-нибудь придумаем.

Они оставили меня возле двери, а сами ушли посмотреть выступление другого бойца. Я вошел в раздевалку, тряся головой. Там находились парни из других клубов и секций, они обсуждали прошедшие поединки.

Мне тоже не мешало бы обсудить происходящее. Слишком много всего случилось в последнее время. Надо осмыслить это.

Я постарался вспомнить, где мои вещи. Подошел к шкафчику и достал одежду. В это мгновение кто-то похлопал меня сзади по плечу и зло спросил:

— Слышь, гнида, ты чего устроил на ринге?

Я обернулся и увидел перед собой троих крепких парней, угрюмо смотрящих на меня.

Глава 2. Ласточка над волнами

Чтобы выгадать время и понять, чего надо пришельцам, я состроил удивленную физиономию.

— Это вы мне, парни?

Чуть ближе остальных стоял высокий парень в штанах и свитере. Уже успел одеться. На лоб падал непокорный чуб.

— Ты из себя овечку невинную не строй, — ответил он. — Мы считаем, что выиграл ты нечестно. Манера боя у тебя крысиная.

— Подлая и низкая, — добавил второй. — Это не советский бокс, это удары исподтишка.

Внутренне я усмехнулся. Эх, ребята, какие вы наивные. Вы еще не видели, что такое трэшток. Посмотрел бы я на ваши лица, если бы мы с противником устроили перепалку перед боем.

— После драки кулаками не машут, — поучительно ответил я, не желая спорить.

— А мы бы с удовольствием помахали, — сказал третий. — По твоей мерзкой роже.

В раздевалке толпилось с десяток спортсменов. Как я заметил, представители других клубов и секций. Наших, орленковских, мало, почти нет. Да и те не спешили прийти на помощь.

Я еще раз оценивающе посмотрел на провокаторов. Вероятность схлопотать от них по морде очень высока. А оно мне надо?

— Ну, положим, у вас рожи тоже не самые милые и симпатичные, — ответил я. — Что касается моей манеры боя, то давайте встретимся на ринге. А там пусть судьи решают. Они и сегодня сказали свое слово.

Высокий и чубарый оглянулся и поглядел на товарищей. Те синхронно покачал головами, как близнецы.

— Не пойдет, — сказал высокий, снова посмотрев на меня. — У нас с тобой разные весовые категории.

— Да и когда еще бой будет, — добавил второй.

— Давайте ему здесь вломим, — сказал третий. — И пойдем жрать, я проголодался.

Другие боксеры с интересом прислушивались к нашей беседе. Я почесал подбородок и оставил ладонь на лице. Вроде как продолжая почесывать, но на самом деле, чтобы защитить лицо от внезапного удара в челюсть.

Впрочем, парни явно не собирались бить неожиданно. В эти времена в драке еще соблюдали этикет, не били лежачего и не нападали втроем на одного. Не всегда, конечно, но неписаные правила старались соблюдать.

— Тогда давайте сразу после соревнований, когда зал опустеет, — предложил я. — Решим, кто из нас самый лучший. Раз на раз, с каждым.

Мои соперники недоверчиво переглянулись.

— Или вы хотите на меня разом напасть? — спросил я. — Подло и по-шакальи?

— Ты за языком следи, — сказал высокий и покачал головой. — Чего откладывать, мы сейчас с тобой разберемся. Не бойся, разом не нападем, только по одному.

Он принял боксерскую стойку, выставив кулаки перед собой. Я вздохнул и оставив сумку, отошел подальше от шкафчика. Не хватало еще разбить его во время драки.

Остальные бросили все дела и окружили нас. Нам отодвинули скамейки, чтобы освободить место, какая любезность. Я посмотрел на руки. Эх, как бы не повредить, когда буду драться голыми кулаками.

— И-эх! — крикнул чубарый и бросился на меня в атаку.

Он совсем забыл про защиту снизу. Думал, что мы будем драться по правилам бокса. Нет, конечно, зачем мне это надо?

Руки у него длинные, вес поболее моего. По всем параметрам он выиграл, если бы мы боксировали. Но я вовсе не собирался давать ему преимущество.