Алим Тыналин – Громовка (страница 40)
Расписался, поставил дату. Шлепнул маленькой прямоугольной печатью «Сердобскрого районного комитета по физкультуре и спорту», оставив в углу бланка фиолетовый и четкий след.
Протянул мне.
— Стартовый номер получишь при регистрации.
Я взял бланк. Тонкий, с чернильной подписью и казенной печатью.
Вот он, долгожданный допуск. Официальный, заверенный, с номером и датой.
— Спасибо, Александр Григорьевич.
Ефимов кивнул. Потом, помолчав и дождавшись, когда я убрал бланк в папку и завязал тесемки, — сказал:
— Палыча давно знаю. Двадцать лет. Он просто так протоколы не подписывает. Это он про тебя оказывается, говорил тогда…
Это не комплимент, напутствие или одобрение. Произнесено тем же ровным голосом, которым в прошлый раз инспектор сказал «таков порядок», разведя руками. Только на этот раз порядок уже устанавливал я по своим правилам.
Я поблагодарил, встал и вышел. Дверь на пружине закрылась за мной мягко, без хлопка.
Глубоко выдохнул, только очутившись в коридоре, стоя на потертом линолеуме у стендов. Календарный план лежа под треснувшим стеклом, молча смотрел как я торжествующе поднял кулак вверх. Я увидел на нем строчку про соревнования двадцатого сентября, ту самую, которую читал летом, водя пальцем по стеклу и оставляя след на пыльной поверхности.
Вышел на крыльцо. Дождь кончился, пока я сидел у Ефимова.
Небо рваное, серое, с голубыми прорехами, в которых проглядывало осеннее, низкое солнце, прохладное, но яркое. Лужи и мокрые листья блестели на тротуаре, как брошенные бриллианты, и весь Сердобск на секунду стал ослепительным, как открытка.
Долго радоваться я не стал. От спорткомитета до улицы Заводской десять минут пешком, через рынок и мимо автостанции.
Адрес я нашел еще на прошлой неделе, в районной газете «Сердобские вести», которую мать приносила из конторы: «ПТУ № 3 г. Сердобска объявляет добор учащихся на 1971/72 учебный год. Специальности слесарь-инструментальщик, токарь, электромонтер. Общежитие, стипендия, трехразовое питание. Обращаться: ул. Заводская, 8. Прием документов до 26 сентября».
Не основной набор, закончившийся в августе, а добор, то есть латание дыр в списках, закрытие плана по контингенту. В каждом ПТУ страны к сентябрю обнаруживались пустые строчки.
Кто-то не приехал, передумал или ушел в армию. Директора нервничали, за невыполненный план по набору маячила объяснительная в областное управление профтехобразования, а это означало последующий вызов на ковер к начальству.
После такого вызова задница у директоров болела много недель, как будто пороли розгами. Добор решал проблему, бери кого угодно, лишь бы соответствовал минимальным требованиям и имел нужные документы.
Улица Заводская начиналась за переездом и шла вдоль заводского забора, параллельно железнодорожной ветке. ПТУ № 3 представляло из себя одноэтажное здание из силикатного кирпича, длинное, приземистое, с пристройкой мастерских.
Из здания которых тянуло запахом столярного клея, машинного масла и горячего металла. Крыша из шифера, труба котельной из красного кирпича, оттуда тянулся жидкий, бледный и осенний дым.
Над входом висела вывеска: «Профессионально-техническое училище № 3 Пензенского областного управления профтехобразования. Система 'Трудовые резервы».
Сначала я даже не понял своей удачи. Я остановился перед вывеской и перечитал ее.
ДСО «Трудовые резервы». Добровольное спортивное общество при системе профтехобразования.
Свои секции, соревнования, тренеры и даже стадионы. Параллельная спортивная вертикаль, от училищного первенства через областные до всесоюзных.
В двадцать первом веке «Трудовые резервы» давно канули в лету, но в семьдесят первом работали на полную мощность. Тысячи секций по всей стране, десятки видов спорта, солидный бюджет, богатый инвентарь, повышенные ставки тренеров. Мощнейшая система подготовки спортсменов из рабочей среды, через которую прошли многие олимпийские чемпионы, призеры мировых первенств и рекордсмены.
Если поступить в ПТУ, я автоматически попадаю в «Трудовые резервы». Не в колхозный и деревенский «Урожай», без секций и тренеров, а в «Трудовые резервы», с налаженной инфраструктурой, готовой соревновательной системой, с выходом на область и так далее.
Членство бесплатное, просто по факту зачисления в училище. Спортивная база при заводе, возможно, им принадлежал тот самый бассейн, где Палыч принимал у меня зачет по плаванию.
Наверняка у них есть доступ к тому самому стадиону «Труд», где через пять дней пройдут районные соревнования. Все в шаговой доступности и все бесплатно.
Как ни крути, а в советское время государство мощнейшим образом поддерживало спортсменов. Не то что полвека спустя при рыночной экономике.
Так что это не просто ПТУ. Это гребаный ключ к моей цели.
Доска объявлений у входа висела на фанерном щите под козырьком. Расписание вступительных испытаний — математика и диктант по русскому, собеседование двадцать четвертого и двадцать пятого сентября.
Еще список необходимых документов: заявление, свидетельство о рождении, справка из школы с оценками, медсправка, четыре фотографии 3×4, согласие родителей. Отдельной бумажкой, пришпиленной кнопкой, в углу сиротливо притаилось пожелтевшее объявление: «Учащиеся ПТУ участвуют в спортивных мероприятиях ДСО „Трудовые резервы“. При училище работают секции: легкая атлетика, бокс, лыжные гонки, стрельба. Руководитель физвоспитания Крюков В. И.»
Целых четыре секции. Пятиборья нет, но четыре дисциплины из пяти с натяжкой перекрывают мои запросы.
Бег входит в легкую атлетику. Есть стрельба. Лыжи это выносливость, замена кроссу. Бокс дает координацию и реакцию, пересекается с фехтованием на уровне базовой моторики.
Наверняка еще есть доступ к бассейну при заводе. Верховая езда отдельный вопрос, но с этим успеем разобраться.
Я вошел внутрь. Узкий коридор, с крашеными стенами, на полу неизменный линолеум.
На стенах стенды: «Лучшие учащиеся», «Наши выпускники на производстве», «Правила внутреннего распорядка». Еще конечно же черно-белые, групповые фотографии, улыбающиеся парни в спецовках и беретах, у станков, с разводными ключами и с грамотами.
Отдельный стенд гласил «Спортивная слава ПТУ № 3», тоже фотографии, грамоты и вымпелы. Команда по легкой атлетике завоевала областное первенство «Трудовых резервов», взяла третье место, тысяча девятьсот семидесятый год.
Стрелковая секция, районные соревнования ДОСААФ, первое место. На фотографии шестеро парней в спортивных костюмах, на фоне стадиона, с кубком у того, что стоял в центре.
Канцелярия находилась в конце коридора, табличка на двери «Учебная часть» и с ФИО заведующего. Постучал.
— Да-да, входите, — раздался энергичный женский голос, хоть и с ноткой некоторой занятости.
Маленький кабинет, заваленный бумагами. У стены шкаф с папками, в углу сейф, у окна стол с пишущей машинкой «Москва», графин с водой, портрет Ленина на стене.
За столом сидела полная женщина лет пятидесяти, в строгом темном платье, в очках на цепочке, склонившаяся над журналом. Завуч Нина Георгиевна Козлова, как значилось на табличке у двери.
Она подняла глаза от журнала, увидела меня, и на лице проступило быстрое удивление.
— Здравствуйте. Я Громов Алексей, из Покровской средней школы, девятый класс. Хотел бы узнать про добор на этот учебный год.
— Девятый? — Она сняла очки, посмотрела без них, потом надела обратно, как будто без очков я выглядел иначе. — Из девятого к нам редко приходят. Обычно после восьмого.
— У меня есть свидетельство об окончании восьми классов. Формально я могу поступить к вам.
— Формально можешь, — согласилась она, потянулась и достала другой журнал, толстый, в коленкоровой обложке, с закладками из газетных полосок. Полистала. — На какую специальность?
— Слесарь-инструментальщик.
— Три года обучения. Полное среднее образование входит в программу, по вечерам, блок общеобразовательных дисциплин. Диплом и аттестат одновременно. — Она провела пальцем по строчкам журнала. — Общежитие есть, место найдется, в этом году недобор на шесть человек, комнаты четырехместные. Стипендия восемнадцать рублей. Трехразовое питание, завтрак, обед и ужин, столовая при училище.
Восемнадцать рублей стипендии, не восемь, как в проспекте ПТУ № 12, который мать показывала мне в августе. И трехразовое питание, горячее, казенное, с мясом, с кашей и с компотом. Калории и белок, которых в Громовке надо искать специально.
— А спортивные секции? — спросил я. — Я видел на стенде, у вас есть легкая атлетика и стрельба.
Нина Георгиевна посмотрела на меня чуть внимательнее. Вопрос про секции от пятнадцатилетнего абитуриента не совсем обычный.
— Секции есть, через «Трудовые резервы». Руководитель физвоспитания Крюков Виктор Иванович, он же ведет легкую атлетику. Стрельбу через ДОСААФ, совместно. Соревнования районные, областные, по системе «Трудовых резервов». Если парень толковый, хорошо выступает за училище, мы даем освобождение от занятий на время сборов и соревнований. У нас в прошлом году Сенькин Валера на область ездил по бегу, третье место занял.
Освобождение от занятий на время сборов и чемпионатов. Официальное, по приказу директора, через спортивное общество. Не прогул или самоволка, а законное освобождение, с бумагой, печатью и официальной записью в журнале.