Алигьери Данте – Божественная Комедия. Новая Жизнь (страница 188)
Хранительным щитом обороненный,
В котором лев принижен и подъят.[1459]
55 И в нем родился этот друг влюбленный
Христовой веры, поборатель зла,
Благой к своим, с врагами непреклонный.
58 Чуть создана, душа его была
Полна столь мощных сил, что, им чревата,
Пророчествовать мать его могла.
61 Когда у струй, чье омовенье свято,[1460]
Брак[1461] между ним и верой был свершен,
Взаимным благом их даря богато,
64 То восприемнице приснился сон,
Какое чудное исполнить дело
Он с верными своими вдохновлен.
67 И, чтобы имя суть запечатлело,
Отсюда[1462] мысль сошла его наречь
Тому подвластным, чьим он был всецело.
70 Он назван был Господним;[1463] строя речь,
Сравню его с садовником Христовым,
Который призван сад его беречь.
73 Он был посланцем и слугой Христовым,
И первый взор любви, что он возвел,
Был к первым наставлениям Христовым.
76 В младенчестве своем на жесткий пол
Он, бодрствуя, ложился, молчаливый,
Как бы твердя: «Я для того пришел».
79 Вот чей отец воистину Счастливый![1464]
Вот чья воистину Иоанна мать,
Когда истолкования правдивы![1465]
82 Не ради благ, манящих продолжать
Нелегкий путь Остийца и Фаддея,[1466]
Успел он много в малый срок познать,
85 Но лишь о манне истинной радея;
И обходил дозором вертоград,[1467]
Чтоб он, в забросе, не зачах, седея;
88 И у престола,[1468] что во много крат
Когда-то к истым бедным был добрее,
В чем выродок[1469] воссевший виноват,
91 Не назначенья в должность поскорее,
Не льготу — два иль три считать за шесть,
Не decimas, quae sunt pauperum Dei,[1470]
94 Он испросил; но право бой повесть
С заблудшими за то зерно, чьих кринов
Двенадцать чет пришли тебя оплесть.[1471]
97 Потом, познанья вместе с волей двинув,
Он выступил апостольским послом,
Себя как мощный водопад низринув
100 И потрясая на пути своем
Дебрь лжеученья,[1472] там сильней бурливый,
Где был сильней отпор, чинимый злом.
103 И от него пошли ручьев разливы,
Чьей влагою вселенский сад возрос,
Где деревца поэтому так живы.
106 Раз таково одно из двух колес[1473]
Той колесницы, на которой билась
Святая церковь средь усобных гроз, —
109 Тебе, наверно, полностью открылась
Вся мощь второго,[1474] чья святая цель
Здесь до меня Фомой превозносилась.
112 Но след, который резала досель
Его окружность, брошен в дни упадка,
И винный камень заменила цвель.
115 Державшиеся прежде отпечатка
Его шагов свернули до того,
Что ставится на место пальцев пятка. 
