Алигьери Данте – Божественная Комедия. Новая Жизнь (страница 175)
Перузий с Мутиной, полны стенаний.[1296]
76 И до сих пор отчаяньем объят
Дух Клеопатры, спасшейся напрасно,
Чтоб смерть ей дал змеиный черный яд.[1297]
79 Он долетел туда, где море красно;[1298]
Он подарил земле такой покой,
Что Янов храм был заперт повсечасно.[1299]
82 Но все, что стяг, превозносимый мной,
Свершил дотоле и свершил в грядущем
Для подданной ему страны земной, —
85 Мрак и ничто, когда умом нелгущим
И ясным оком взглянем на него
При третьем кесаре,[1300] его несущем.
88 Живая Правда, в длани у того,
Ему внушила славный долг — сурово
Исполнить мщенье гнева своего.
91 Теперь дивись, мое услышав слово:
Он с Титом вновь пошел и отомстил
За отомщение греха былого.[1301]
94 Когда же лангобардский зуб язвил
Святую церковь, под его крылами
Великий Карл, разя, ее укрыл.[1302]
97 Суди же сам о тех, кто с их грехами
Помянут мной,[1303] суди об их делах,
Первопричине всех несчастий с вами.
100 Тот — всенародный стяг втоптал во прах
Для желтых лилий,[1304] тот — себе присвоил;
Чей хуже грех — не взвесишь на весах.
103 Уж пусть бы гибеллин себе устроил
Особый стяг! А этот — не для тех,
Кто справедливость и его — раздвоил!
106 И гвельфам нет надежды на успех
С их новым Карлом;[1305] львы крупней ходили,
А эти когти с них сдирали мех!
109 Уже нередко дети слезы лили
За грех отца; и люди пусть не ждут,
Что бог покинет герб свой ради лилий!
112 А эта малая звезда — приют
Тех душ, которые, стяжать желая
Хвалу и честь, несли усердный труд.
115 И если цель желаний — лишь такая
И верная дорога им чужда,
То к небу луч любви восходит, тая.
118 Но в том — часть нашей радости, что мзда
Нам по заслугам нашим воздается,
Не меньше и не больше никогда.
121 И в этом так отрадно познается
Живая Правда, что вовеки взор
К какому-либо злу не обернется.
124 Различьем звуков гармоничен хор;
Различье высей в нашей жизни ясной —
Гармонией наполнило простор.
127 И здесь внутри жемчужины[1306] прекрасной
Сияет свет Ромео, чьи труды
Награждены неправдой столь ужасной.
130 Но провансальцам горестны плоды
Их происков; и тот вкусит мытарства,
Кому чужая доблесть злей беды.
133 Рамондо Берингьер четыре царства
Дал дочерям; а ведал этим всем
Ромео, скромный странник, враг коварства.
136 И все же, наущенный кое-кем,
О нем, безвинном, он повел дознанье;
Тот на десять представил пять и семь.[1307]
139 И, нищ и древен, сам ушел в изгнанье; 
