Альфред Шклярский – Томек в стране кенгуру (страница 5)
Мысль о том, что он вскоре увидит отца, о котором тосковал все эти долгие годы, взволновала Томека и наполнила все его существо радостью. Но он привык считать дядю и тетю своими близкими родными. Ведь они его так любили. Вот тетя непрерывно трет глаза платком, а обыкновенно молчаливый дядя обратился к нему прямо-таки с большой речью, которую произнес с волнением.
Томеку трудно было принять решение сразу. Что им сказать? Он обратился к Смуге:
— Вы уверены, что папа позволит мне приехать к тете и дяде, если я захочу их посетить?
— Я в этом совершенно уверен, — серьезно ответил Смуга.
— Если папа тоскует по мне, то я очень хотел бы к нему поехать, а к тете я буду часто приезжать, — решил Томек.
Гагенбек (Хагенбек), Карл (1844–1913) — немецкий дрессировщик, зоолог, коллекционер диких животных, основатель зоопарка в Штеллингене около Гамбурга — первого в мире, в котором животным были созданы естественные природные условия. В 1908 г. выпустил книгу «О зверях и людях», в которой подробно рассказал о выстроенной им новой системе акклиматизации и содержания диких животных в зоопарках и зоосадах.
Тетя Янина вновь расплакалась, потом обняла Томека и, вытирая глаза носовым платком, вышла из комнаты, чтобы распорядиться насчет ужина. Ирка, Витек и Збышек, узнав о скором отъезде Томека к отцу, вбежали в комнату. Поздоровавшись с гостем, старшая из детей и самая бойкая Ирка обратилась к нему:
— Скажите, пожалуйста, где сейчас папа Томека? Ведь мы даже не знаем, куда наш братик поедет.
— По просьбе вашей мамы я не сказал об этом Томеку раньше, во время нашей беседы. Мы предпочли, чтобы это не повлияло на его решение. Теперь уже нет нужды сохранять тайну.
— В самом деле, я совсем забыл спросить об этом! — воскликнул Томек. — Такое множество необыкновенных и важных новостей сразу. Где теперь папа, скажите, пожалуйста?
— Он ждет нас в Триесте, в порту, на берегу Адриатического моря, — пояснил Смуга.
— Триест принадлежит Австро-Венгрии[4], — заявила Ирена, довольная, что может похвастаться своими географическими познаниями.
— И мы будем там жить? — удивился Томек.
— Нет, в Триесте мы жить не будем, — ответил Смуга. — Чтобы ты все правильно понял, мне необходимо кое-что рассказать о судьбе твоего отца. После бегства за границу он очень тосковал по тебе и твоей матери. Он хотел взять вас к себе, но не успел собрать достаточную сумму денег, необходимую для этой поездки, а потом твоя мама неожиданно умерла. С этого времени отец стал путешествовать, только путешествия давали ему возможность забыть о своем несчастье. Случайно он познакомился с одним из служащих Гагенбека. Тебе надо знать, что Гагенбек владеет огромной фирмой, занимающейся поставкой диких животных в цирки и зоологические сады всего мира. Этот новый знакомый как раз собирался в длительную экспедицию в Южную Америку. Твой отец, будучи географом, решил присоединиться. С тех пор прошло уже шесть лет. За это время он стал известным охотником на диких животных. И стал большим другом того служащего фирмы Гагенбека, с которым случайно познакомился. Теперь они собираются на специально подготовленном для перевозки животных судне идти в Австралию. Гагенбек хочет основать большой зоологический парк в Штеллингене около Гамбурга. Различные животные будут жить там в условиях, очень близких к природным. Твой отец вместе со своим другом обязались привезти в этот зоопарк некоторых животных из Австралии.
— Неужели я тоже поеду в Австралию? — недоверчиво спросил Томек.
— Да! Ты вместе с отцом поедешь в Австралию ловить диких кенгуру.
Томек остолбенел от этой удивительной вести. То, что он услышал, превышало все его самые сокровенные мечты.
Витек и Збышек слушали слова гостя с открытыми от удивления ртами.
Только Ирена догадалась задать гостю вопрос:
— Скажите, а кто такой этот друг папы Томека?
— Не догадываешься? — вопросом на вопрос ответил Смуга.
— Это, конечно, вы! — с триумфом заявила Ира. — Как только вы вошли в прихожую, я сразу почувствовала запах джунглей. Именно так я и воображала себе великих путешественников.
III. Встреча с отцом
Несколько дней спустя после визита неожиданного гостя Томек находился словно во сне; ему казалось, что он вот-вот проснется и вернется к повседневной серой жизни. Томек с трудом мог поверить в то, что его ожидают столь разительные перемены! Несмотря, однако, на опасения, Смуга не исчезал. Наоборот, Томек постоянно чувствовал его присутствие и дружеское попечение.
Оказалось, что Смуга принадлежит к числу весьма предприимчивых людей. Благодаря его энергии Томек уже через три дня получил документы, необходимые для поездки за границу. Правда, это потребовало больших стараний и значительных расходов, но новый наставник Томека, казалось, с этим совсем не считался. На упреки Карских в излишней расточительности он с улыбкой отвечал, что содержание в Триесте судна со всем экипажем, ожидающего их приезда, обходится значительно дороже, чем дополнительные расходы, связанные с ускорением срока отъезда. По-видимому, путешественник пользовался немалым влиянием, если даже директор гимназии Мельников не только не препятствовал, но даже помогал ему. Еще до окончания учебного года Томеку выдали свидетельство о переводе в следующий класс.
Динго достигает величины овчарки среднего роста. Тело его приземистое, голова большая, с тупой мордой, стоячие уши на конце закругленные, ноги короткие; не очень густой мех — бледно-желтовато-рыжего цвета. Считаясь врагом домашних животных, особенно овец, динго усердно преследуется колонистами и потому, наученный горьким опытом, всячески избегает человека. По образу жизни и привычкам он напоминает более лисицу, нежели волка; днем прячется, а ночью выходит на добычу небольшими сворами, вероятно одной семьей.
Несмотря на блестящие перспективы, открывшиеся перед Томеком, дядя Антоний и тетя Янина не скрывали беспокойства о будущей судьбе мальчика, которого они привыкли считать своим сыном. Особенно переживала тетя: она заламывала руки и плакала, когда Смуга по просьбе Томека и его двоюродных братьев рассказывал об условиях жизни в далекой и так мало известной Австралии.
Рассказы путешественника о пятом континенте для горожан, выросших в Варшаве, звучали устрашающе. И правда, как можно сравнить тихие улицы родного города с сожженными испепеляющим солнечным жаром необозримыми австралийскими скрэбами[5], густыми чащами колючих кустарников, дебрями дремучих лесов, высохшими руслами рек, после дождей молниеносно заполняющимися ревущими потоками воды, а спокойную смену времен года с песчаными бурями и резкими колебаниями температуры? А невиданный животный мир — дикие собаки динго, кенгуру, птицы эму — и множество других, совершенно неизвестных в Европе чудес и опасностей угрожали Томеку во время его путешествия.
Тетушкины опасения и неприкрытое восхищение рассказами Смуги, появлявшееся в глазах братьев и сестры, приводили к тому, что Томека прямо-таки распирало от гордости. И все же по мере приближения дня отъезда он с тоской и иногда даже со страхом думал о расставании со всем, что ему до сих пор было дорого.
Косцюшко (Костюшко), Тадеуш Анджей Бонавентура (1746–1817) — национальный герой Польши. Участник Войны за независимость США (1776–1783). Руководитель польского восстания (1794), в бою был ранен, взят в плен и заключен в Петропавловскую крепость. В 1796 г. помилован Павлом I, эмигрировал в США. В 1798 г. вернулся в Европу, жил во Франции и Швейцарии.
Прощание с дядей и тетей состоялось на перроне варшавского вокзала. Томек с волнением обнял дядю Антония, который был еще молчаливее, чем всегда, и расплакался, увидев слезы на глазах тети Янины. Он долго прощался с Иреной, Збышеком и Юреком Тымовским, пришедшим проводить его вместе со своим отцом. Заняв место в вагоне, мальчик внезапно почувствовал себя одиноким и всеми оставленным. Он с трудом понимал слова обращавшегося к нему Смуги. В первые часы путешествия был рассеян и даже не смотрел на других пассажиров, находившихся в вагоне. Оживился Томек только на границе, когда Смуга шепнул ему, что теперь он не скоро увидит ненавистные мундиры царских жандармов. Через два часа они прибыли в Краков, где Смуга решил остановиться на короткий отдых. Здесь Томек избавился от гнетущего чувства тоски. С волнением смотрел издали на Вавельский замок — древнюю резиденцию польских королей, — в котором разместились казармы австрийской кавалерии[6], взошел на величественный курган, насыпанный соотечественниками в память Косцюшко, польского национального героя, ознакомился со многими памятниками старины, сохранившимися в городе — колыбели польской культуры.
Отдохнув два дня, Томек со Смугой выехали поездом в Вену. Огромный чужой город, кипящий жизнью и движением, привел Томека в радостное настроение, он повеселел, к нему вернулась его всегдашняя смелость.
Обрадованный хорошим самочувствием молодого товарища по путешествию, Смуга решил заночевать в Вене. Таким образом, в поезд, направлявшийся в Триест, они сели только утром следующего дня.
Сначала Томек смотрел в окно мчащегося поезда с большим интересом, ведь они ехали по одной из самых живописных в Европе железных дорог. Дорога то извивалась на крутых поворотах горной трассы, то взбиралась на склоны гор, то пропадала в темных туннелях, то повисала на мостах, переброшенных через пропасти, и мальчик любовался постоянно меняющимся живописным пейзажем.