Альфред Шклярский – Томек в стране кенгуру (страница 45)

В плане экспедиции предусматривалась еще охота на кенгуровых крыс, известных здесь как потуру. Кроме того, надо было поймать вомбатов, похожих на наших сусликов и сумчатых лисиц[75], живущих на деревьях.

В перерывах между отдельными походами охотникам приходилось заниматься срочными делами. Надо было подготовить для пойманных животных соответствующие помещения, в которых они могли бы успешно прожить первый, самый тяжелый для них период неволи.

Участники экспедиции были очень довольны успехом охоты и, несмотря на изнурительную жару, находились в превосходном настроении. Жара стояла такая, что даже ночью не чувствовалось облегчения. Не удивительно поэтому, что все охотники с нетерпением ждали похода в горы, где температура воздуха и днем и ночью была значительно ниже. Когда они наконец стали готовиться к охоте на скальных кенгуру, Вильмовский был убежден, что Томек обрадуется этому известию наравне с остальными. Каково же было его удивление, когда мальчик заявил, что предпочитает остаться в лагере.

— Я буду ухаживать за животными, — пояснил он свое решение. — Некоторые из них плохо себя чувствуют в неволе, а ведь они так милы и забавны.

Вильмовский согласился. Ему казалось, что охота на кенгуру в горах, изобилующих отвесными скалами и глубокими пропастями, грозит мальчику различными опасностями, тем более что Томек, как известно, отличается импульсивностью и предприимчивостью. Томек, таким образом, остался в лагере, позволив товарищам взять на охоту Динго. Кроме Томека, ухаживать за животными остались еще два человека.

Если бы Вильмовский внимательнее присмотрелся к выражению лица сына, он, наверное, не так спокойно поехал бы на охоту в горы. Мальчик нетерпеливо посматривал на всадников и вьючных лошадей, нагруженных клетками для кенгуру. На его устах блуждала многозначительная улыбка.

Два матроса, оставленные в лагере для ухода за животными, были так заняты, что им не оставалось времени следить за поведением мальчика, который, впрочем, всегда пользовался большой свободой. Поэтому они не возражали, когда Томек заявил, что намерен совершить небольшую прогулку. Вскоре он со штуцером в руках вышел из лагеря. Быстрым шагом мальчик направился вверх по течению ручья, вытекавшего из глубокого ущелья.

Уже много дней Томек лелеял мысль о самостоятельном походе. Опыт, приобретенный во время охоты с Тони в буше, вселил в него уверенность в своих силах, поэтому он ждал только подходящего случая, чтобы осуществить свою мечту. По уверениям Бентли, они находились теперь на территории, исследованной некогда экспедицией Стшелецкого. Томек мечтал пойти по стопам знаменитого путешественника и сделать открытие, которое принесло бы ему славу. По его мнению, завоевать славу проще всего, совершив какой-либо героический поступок. Это и была причина его решения остаться в лагере и, дождавшись отъезда участников экспедиции в горы для охоты на кенгуру, отправиться в самостоятельный поход.

Без всяких опасений Томек углубился в ущелье, изобиловавшее многочисленными поворотами и поросшее высокими деревьями. Он шел вверх по течению ручья, который водопадами низвергался с многочисленных каменных уступов. Отвесные скалы преградили солнечным лучам доступ на дно ущелья, и здесь царили прохлада и полумрак.

К полудню Томек очутился уже довольно далеко от лагеря. Местность вокруг казалась дикой и необитаемой, лишенной даже животных, но мальчик смело шел вперед. Продвигаясь вдоль ручья, он не мог заблудиться. Ущелье становилось все уже и уже. И внезапно, когда Томек дошел до очередного поворота, дорогу ему преградил крупный обломок скалы. Мрачность места, полное безлюдье и тишина действовали на Томека угнетающе, так что он решил было возвращаться восвояси. Но тут ему показалось, что за обломком скалы раздалась человеческая речь.

«Кто может быть здесь, в этой безжизненной, пустынной местности?» — удивился Томек.

Ему казалось, что он должен, не теряя времени, возвратиться в лагерь, но любопытство заставило его изменить решение. Он прислушался. Да, нет сомнения. За скальной стеной находились люди.

«Посмотрю издали, кто это, и вернусь в лагерь», — решил Томек.

Он осторожно поднялся на вершину огромного обломка скалы. По-пластунски подполз к самому краю. Теперь он мог уже и увидеть, что происходит за поворотом ущелья. Томек высунул голову и замер. За поворотом ущелье заканчивалось отвесной стеной, замыкавшей его полукругом. Ручей вытекал из глубокой щели в скале, у подножия которой образовался довольно большой водоем. На его берегу Томек увидел палатку и костер. У костра сидели два человека и вели между собой резкую беседу или даже спорили. Сначала они показались ему очень похожими друг на друга. На грудь им падали длинные светлые бороды, а лица заросли волосами до самых бровей… Однако Томек вскоре заметил, что один из незнакомцев был значительно моложе.

— Если с нами случится несчастье, то по твоей вине, — говорил младший, и голос его срывался на крик. — Как можно так сильно рисковать?

— В нашем положении риск уже не играет особой роли, — ответил старший. — Есть ли у нас какой-нибудь другой выход?

— Если бы Томсон был на нашем месте, он давно бы с нами покончил, — воскликнул младший. — С первого знакомства я заметил в его глазах подлость.

— Я никогда еще не запачкал рук человеческой кровью. Откуда у тебя уверенность в том, что Томсон хочет лишить нас нашей доли добычи? — спросил старший.

— А почему он так долго не возвращается? — вопросом на вопрос ответил младший.

— Он уже шесть раз ходил в поселок за покупками, и все было в порядке. Почему теперь должно быть по-другому? — озабоченно сказал старший. — Мне кажется, что мы слишком долго находимся в этой безлюдной местности. У нас сдают нервы.

— Это правда, пора покончить со всем этим, — уже спокойнее отозвался младший. — Один вид золотого песка плохо действует на умственные способности человека. Нам надо было раньше бежать отсюда, да черт принес этих звероловов.

— По-видимому, это порядочные люди, — успокоил его старший. — Но я с тобой вполне согласен. В наших интересах избегать всякой огласки.

— Вот в этом-то и дело, отец, — согласился младший. — Чем раньше мы расстанемся с Томсоном, тем для нас лучше. То, как он смотрит на золотой песок, заставляет меня опасаться его.

— Как только Томсон вернется, мы разделим золото на три части и разойдемся каждый в свою сторону, — решил старший.

— Мы плохо сделали, позволив ему пойти за покупками.

— Другого выхода у нас не было, — ответил старший. — Нас двое против одного. Ведь отец и сын не поссорятся из-за золота. Но если бы кто-нибудь из нас остался с Томсоном один на один, дело закончилось бы борьбой и человекоубийством. Ведь только то, что сила на нашей стороне, удерживает Томсона от нападения и грабежа.

Томек слушал эту беседу, затаив дыхание. Он понял, что на дне ущелья разыгрывается драма из-за обладания золотом. По-видимому, два бородача говорили о своем отсутствующем компаньоне. Томек не мог понять, почему трое мужчин не могут уладить дело мирным разделом золота? Почему хладнокровно говорят о борьбе и убийстве? Ведь они должны быть довольны, раз им действительно удалось найти золото, наверное, за ним они и забрались в это дикое ущелье.

«Ага, значит, так выглядят люди, нашедшие золото! — раздумывал Томек. — Какое счастье, что у меня нет ничего общего с ними. Надо как можно скорее бежать отсюда, пока не появится третий золотоискатель, которого так опасаются бородачи».

Томек еще раз заглянул в ущелье, желая запомнить расположение стоянки золотоискателей. Рядом с жестяным корытом на берегу ручья лежали в беспорядке какие-то плоские посудины и решёта. Под отвесной скалой стояла небольшая палатка. И это все.

— Брр… как здесь мрачно и печально, — пробормотал Томек, медленно, на четвереньках пробираясь назад.

Вдруг прямо над его головой раздался громкий смех. Томек испугался, вообразив, что его обнаружил третий золотоискатель, вернувшийся из отлучки. Томек вскочил, намереваясь бежать, но в этот момент протяжный смех раздался снова. Томека охватило изумление. Вместо мрачного золотоискателя он увидел птицу с мощным клювом, которая, склонив головку набок, издавала звуки, поразительно похожие на протяжный человеческий хохот.

«Это, вероятно, коокабурра»[76], — подумал Томек.

Но не успел Томек прийти в себя, как в ущелье раздался громкий крик.

Смех коокабурры обратил внимание бородачей на скалу, послужившую укрытием для Томека. Как только мальчик, испугавшись резкого смеха птицы, вскочил на ноги, солнечные лучи отразились от ствола штуцера. Бородачи заметили Томека. Один из них схватил старое ружье, второй — револьвер. Подбадривая себя воинственными криками, они стали быстро взбираться на скалу.

Крики золотоискателей настолько испугали мальчика, что он не мог сделать ни одного движения и стоял как вкопанный. И только когда оказались рядом с ним косматые руки и бородатое лицо чужого человека, ужас, охвативший Томека, вывел его из оцепенения.

— Спасите!.. Спасите, бандиты!.. — отчаянно закричал он и бросился наутек.

Крик Томека о помощи остался без ответа. Только эхо несколько раз повторило его. Бородачи увидели бегущего мальчика. Они начали преследование, делая огромные прыжки. Ведь кто бы ни был этот мальчик, его необходимо обезвредить. Золотоискатели знали, что он слышал их беседу. К счастью, старший золотоискатель быстро овладел собой. Он в последний момент подбил рукой дуло ружья, из которого его сын намеревался выстрелить в мальчика. Правда, ружье выстрелило, но пуля пронзила воздух высоко над головой Томека.