Альфред Шклярский – Томек среди охотников за человеческими головами (страница 34)

Взяв штуцер и малокалиберку, Томек свистом подозвал собаку. Динго подбежал к нему.

– Ищи, Динго, ищи!.. – скомандовал ему Томек.

– Если тебе потребуется помощь, дай сигнал выстрелами из штуцера, – предупредил на прощание Смуга.

– Хорошо, хотя сомневаюсь, удастся ли мне найти такого крупного зверя, которого без посторонней помощи я не унесу, – ответил Томек и, не теряя времени, отправился вслед за Динго.

Вскоре Томек отошел от каравана настолько, что перестал слышать шаги носильщиков. Опытный в таких делах Динго выбежал вперед. Он поднимал уши, нюхал воздух, кружил по джунглям; вдруг он остановился, шерсть на его загривке вздыбилась, словно он почуял крупного зверя.

Томек удивился поведению пса. Закинув малокалиберное ружье за спину и взяв в руки заряженный штуцер, он направился в глубину зарослей вслед за собакой. Сделав несколько шагов, Динго опять остановился и оглянулся на Томека. Юноша осторожно раздвинул рукой ветки, мешавшие ему смотреть. На небольшой болотистой полянке паслись огромные птицы. Это были казуары – птицы, лишенные крыльев, но обладающие мощными ногами. Казуары бродили по болоту и усердно ловили жаб.

Во время путешествия по Новой Гвинее путешественники уже не раз видели казуаров, но эти птицы, издалека почуяв толпу людей, убегали с необыкновенной быстротой. И только теперь Томеку представился случай наблюдать вблизи этих сухопутных птиц. Томек убедился, что в диком состоянии, на свободе, эти птицы ничем не отличаются от виденных им в зоологических садах. Оперение у взрослых экземпляров почти черное, голова и верхняя часть шеи – неоперенные. Шкура в местах, лишенных оперения, собранная в складки, была фиолетово-голубовато-черного цвета. Спереди на шее виднелись две особенно длинные складки. На своих трехпалых ногах серовато-желтого цвета казуары рысью бегали по поляне, причем их туловища, лишенные хвостов, оставались в горизонтальном положении. Около самок бродили смешные детеныши со светло-коричневым пушистым оперением и несколькими полосами черного цвета на спине. Они с необыкновенной жадностью бросались на жаб и ящериц или поедали плоды деревьев, сбрасываемые их матерями. Самки не всегда могли достать клювом плоды, поэтому стряхивали их, ударяя ногами в ветку или ствол дерева.

Томек недолго наблюдал за казуарами. Он уже знал их обычаи. Он знал также, что птицы отличаются прекрасным зрением и слухом, да и нюх у них был развит лучше, чем у других пернатых. Поэтому, не желая быть преждевременно обнаруженным, Томек наклонился к Динго, показал ему головой на казуаров и дал знак зайти с другой стороны поляны. Умный пес вздыбил шерсть, махнул хвостом и исчез в кустах. Томек стоял, держа штуцер в руках, готовый выстрелить в любой момент. Взглядом он выбирал птиц помоложе, потому что мясо старых казуаров твердое и невкусное.

Динго много раз участвовал в подобной охоте и превосходно понял немой приказ. Через несколько минут он выбежал на поляну с противоположной стороны. Хрипло лая, Динго пытался направить птиц к месту, где стоял Томек. Испуганные вначале казуары скоро поняли, что враг слабее их. Охваченные бешенством, они бросились на бедного пса, стараясь ударить его клювом или мощными ногами. Но Динго, опытный в охоте на разного зверя, ловко увертывался от ударов, которые могли поломать ему кости. Томек не хотел рисковать и подвергать лишней опасности своего любимца. Он уже высмотрел двух молодых казуаров. Как только они показались в поле его зрения, Томек моментально спустил курок и послал в казуаров две пули одну за другой. Сразу же выстрелил третий раз, давая тем самым Смуге условный сигнал.

Две птицы упали на поляну, остальные исчезли с необыкновенной быстротой. Томек послал Динго навстречу друзьям, а сам сел на кочку, поросшую травой, и стал ждать.

Не прошло и четверти часа, как в лесу послышались громкие крики. Томек сразу узнал зычный голос капитана Новицкого и весело ответил:

– Ау-у! Я здесь! Убил двух казуаров!

Через несколько минут выбежали из кустов сначала Динго, а потом запыхавшийся капитан Новицкий.

– Умнейший пес! – воскликнул Новицкий. – Сразу повел нас к тебе!

– Благодаря ему мне удалось кое-что подстрелить на ужин, – ответил Томек.

– На безрыбье и рак рыба! – сказал моряк, взглянув на убитых птиц с неохотой.

– Не очень аппетитно выглядят эти птицы… – буркнул Балмор.

Капитан Новицкий шепнул Томеку на ухо:

– Ты заметил, что наши носильщики с тревогой оглядываются в лесу? Они ни за что не хотели отойти от каравана! Они, видать, чего-то боятся!

– Они знают, что таваде близко… – тоже шепотом ответил Томек.

Он подмигнул другу и, желая придать папуасам смелости, сам подвел их к мертвым птицам. С тех пор как Томек показал папуасам фокус с «горением воды», он пользовался у них непререкаемым авторитетом. Несмотря на это, теперь папуасы тревожно поглядывали на окружающие поляну кусты и переговаривались только вполголоса. Не теряя времени, они быстро срубили две бамбуковые жерди, подвесили к ним убитых птиц и тронулись в обратный путь, взяв на плечи концы жердей. Вскоре они догнали караван. Вид убитых казуаров несколько улучшил настроение туземцев. Папуасы любят мясную пищу; кроме того, они очень ценят перья из крыльев казуаров, больше похожие, впрочем, на роговые иглы, из которых они изготовляли украшения, продеваемые через хрящ в носу.

К вечеру караван наткнулся на лесную полянку, лежавшую на пологом склоне горы. Смуга решил остановиться здесь на ночь. Для девушек разбили палатку, а мужчины решили переночевать у костра, чтобы отправиться в путь еще до рассвета, не теряя драгоценного времени на свертывание лагеря.

С наступлением темноты настроение у папуасов явно упало. Они встревоженно сбились в кучу вокруг костра и молча прислушивались к таинственным голосам, доносившимся к ним из близких, погруженных во мрак джунглей. По местным суевериям, ночью лес становится прибежищем духов, голоса которых слышались в шуме деревьев и в криках ночных птиц. Поэтому боязливые папуасы опасались даже смотреть в сторону темного леса. Чтобы избежать необходимости выходить в лес по естественным надобностям, они жевали листья какого-то растения; жвачка эта, видимо, замедляла обмен веществ в организме.

Белые путешественники отнюдь не считали, что находятся в безопасности. Правда, наивные рассказы о лесных духах их не пугали, но осознание, что таваде за ними следили, требовало соблюдения мер предосторожности. Смуга, Новицкий и Томек, сменяя друг друга, обходили лагерь кругом, выходили на опушку джунглей, внимательно наблюдая при этом за поведением Динго. Остальные белые мужчины держали ружья в боевой готовности, туземцы не выпускали из рук копья и палицы. В лагере никто не пытался затянуть песню, не слышно было громких бесед. Лагерь походил больше на военный бивак перед битвой, чем на мирную ночевку охотников.

Москиты не давали покоя путешественникам всю ночь, поэтому все с облегчением встретили наступление туманного утра. Прежде чем солнечные лучи разогнали влажную мглу, караван отправился в путь. К удивлению белых путешественников, носильщики изменили тактику. Теперь они не только не задерживались в пути, но, наоборот, ускорили шаг. Однако, как и накануне, старались идти сплошным рядом, не растягиваться в цепочку. Шли молча, не пели обычных песен.

– Видимо, спокойная ночь приободрила их, – говорил капитан Новицкий, который вместе с Томеком и Смугой шел впереди каравана.

– Вряд ли это так. Я опасаюсь, что дело обстоит совершенно иначе, – ответил Смуга.

– Вы полагаете, они захотят уйти от нас? – спросил Томек.

– А как же! – согласился Смуга. – Они, вероятно, решили бросить нас на берегу пограничной реки.

– Вы правы, как пить дать! – воскликнул Новицкий. – Шпарят вперед, чтобы как можно скорее отправиться назад!

– Я этого ожидал, – ответил Смуга. – Думаю, Томек, тебе опять придется стать чародеем…

– Я скоро исчерпаю все свои фокусы, – с беспокойством ответил молодой человек.

– Может быть, еще раз покажешь «горящую воду»? – предложил Смуга. – Это произвело на них сильное впечатление.

– Покажи им шутку с монетой, которая в свое время так понравилась африканскому шаману, – посоветовал Новицкий.

– Неплохая идея, – похвалил Смуга. – Можно также зажечь костер с помощью линзы. А может быть, ты сам придумаешь что-либо другое?

– Как видишь, браток, унывать нечего, – сказал Новицкий. – Вскоре ты станешь самым знаменитым колдуном во всей Океании!

Местность постепенно понижалась. Густые заросли бамбука, пальмовых деревьев, острой как нож осоки мешали движению каравана. Запах гниющих растений указывал на близость реки. Влажный грунт становился все мягче и мягче. Нередко приходилось идти прямо по обширному болоту, оставляя за собой следы в виде небольших лужиц черной жирной воды.

Тяжелая дорога через густые заросли вконец измучила путешественников. У всех болели ноги, порезанные длинными, острыми стеблями травы. Только к вечеру караван достиг низких, болотистых берегов реки.

Смуге пришлось немало потрудиться, пока он нашел место, подходящее под разбивку лагеря. Джунгли захватили здесь каждую свободную пядь земли. Мощные деревья, словно внезапно остановившиеся среди марша великаны, низко склонились над руслом реки, запустив в ее желтые воды путаницу своих корней.