Альфред Шклярский – Томек на тропе войны (страница 13)

Красный Орел повел Томека к агенту, без разрешения которого белым людям нельзя было посещать индейскую резервацию. Как раз сейчас был период распределения провианта среди индейцев. По взаимному договору правительство Соединенных Штатов было обязано поставлять индейцам, живущим в резервациях, продовольствие и одежду. Следует заметить, что эти товары поступали очень нерегулярно или в недостаточном количестве. А некоторые недобросовестные агенты грели на этом руки, лишая индейцев полагающегося им пайка.

В этот день правительственный агент резервации мескалеро-апачи был в затруднительном положении. Продовольствия поступило очень мало, а в резервации уже давно царил голод. Бесплодная каменистая почва не позволяла индейцам заниматься ни земледелием, ни скотоводством. Правительственный агент лично делил скромные запасы, наблюдая за тем, чтобы индейские стражники не злоупотребляли своей властью. Он знал, что голодные индейцы способны на все. Тем более что часть мескалеро, по-видимому, сочувствовала мятежному смутьяну — Черной Молнии.

Итак, агент занимался распределением провианта, когда Томек обратился к нему за разрешением посетить резервацию. Хорошо, что как раз в этот момент получал свой рацион один из старейшин племени. Выслушав объяснения Красного Орла, он согласился, и агент не стал отказывать гостю шерифа Аллана.

Как только Томек очутился на территории резервации, он сразу убедился, как мало знал до сих пор о быте и обычаях индейцев. У многих европейцев сложилось ошибочное представление об одежде и жилище североамериканских туземцев. Считалось, что индейцы носят длинные штаны и рубашки, закрывающие ноги и живот и расшитые бусами, мокасины и больше всего бросающиеся в глаза военные головные уборы, украшенные орлиными перьями. Томек также полагал, что индейцы живут исключительно в шатрах, обычно называемых вигвамами.

Увидев теперь первый характерный конусообразный индейский шатер, он тут же задержал лошадь, чтобы вглядеться в живописный рисунок на его покрытии из бизоньих шкур. Рисунки изображали погоню за вапити[24].

— Я и не знал, что вигвамы так хорошо украшены. Думал, что они вроде обыкновенных шатров. А теперь вижу: построить вигвам не так просто.

— Почему мой белый брат называет типи вигвамом? — удивленно спросил Красный Орел и тут же объяснил: — Многие белые не могут отличить вигвам от типи. То, что вы называете на своем языке шатром, мы знаем под названием типи, а оно пришло к нам от индейцев дакота. А ты знаешь, что с типи связана интересная легенда?

— Какая? Расскажи!

— Один индеец после охоты прилег отдохнуть в тени хлопкового дерева. Ветер швырял на него листья с веток. Индеец поднял один из них и нечаянно свернул воронкой. И тут же у него появилась идея построить жилье такой же формы. И так появились типи.

— Что же тогда вы называете вигвамом? — спросил Томек.

— Вигвамы отличаются от типи формой и материалом, из которого их строят. Вигвам не так легко переносить с места на место, как типи, поэтому у кочевых племен чаще бывают типи, а не вигвамы. Индеец ставит вигвам только тогда, когда намерен поселиться в этой местности надолго. Сначала из столбов и молодых деревьев делают каркас, который покрывают материалом, какой в этой местности есть под рукой. На дальнем севере вигвам покрывают шкурами карибу[25], на юге — пальмовыми листьями, корой, циновками из тростника или раствором глины со мхом; иногда этот остов просто обкладывают землей. Посмотри направо: этот молодой индеец собирается завести свой семейный очаг и уже начал постройку вигвама.

Томек внимательно рассмотрел примитивное строение, название которого ошибочно относил к типи, столь характерному для большинства кочевых индейцев, населяющих обширные равнины.

Они двинулись дальше. Красный Орел, как и обещал, охотно показывал своему другу всякие достопримечательности, попутно приводя пояснения. Томек понял, что его проводник уже прошел какое-то посвящение, так как был осведомлен в истории индейских племен. Смышленый и любознательный белый юноша охотно пользовался случаем, чтобы пополнить свои знания о коренных жителях Америки.

Из беседы с Красным Орлом он узнал, что до прибытия белых индейцы жили в селениях, разбросанных по всему Американскому континенту. Образ их жизни зависел от местности. Хотя все индейцы принадлежали к одной расе, они во многом разнились по обычаям, языку и уровню цивилизации. Одни были первобытными охотниками, другие — земледельцами, а в Мексике, Центральной Америке и Перу процветали густонаселенные города и государства с хорошо налаженным управлением. В государствах майя, ацтеков и инков индейская цивилизация достигла наивысшего развития[26].

Индейские племена, обитавшие на территории нынешних Соединенных Штатов, были столь же разнообразны, как и в других местах Американского континента. Говорили они на разных языках. Иногда представители соседних племен не могли даже понять друг друга. Чтобы преодолеть эти трудности, индейцы изобрели язык жестов, который оценивают сейчас как великолепнейшую форму мимического языка. Первоначально язык жестов облегчал даже объяснения с белыми, пока большинство индейцев не выучились английскому языку.

Кроме того, племена краснокожих разнились одеждой, ремесленными изделиями, способом постройки жилищ и обычаями[27]. Лесные индейцы жили в селениях, укрепленных оградами из заостренных столбов. Каждое такое селение состояло из определенного числа вигвамов, отличающихся от типи индейцев из прерий, от длинных ирокезских строений с остроконечными крышами и от хижин племени оджибве, чем-то сходных с деревенскими хатами.

Племена разнились и одеждой. Некоторые индейцы, например калифорнийские, совсем или почти совсем не носили одежды. Индейцы племени пуэбло[28] шили одежду из хлопчатобумажных тканей, а индейцы в горах и живущие в прериях — из мягко выделанных шкур, украшенных бахромой и бисером.

Для большинства европейцев индеец — это житель равнинных прерий между Скалистыми горами и рекой Миссисипи. Потому что как раз эти индейцы, благодаря своей численности и героическим подвигам, больше других врезались в память белых. Так что часто европейцы всех индейцев считают похожими на них[29].

В Аризоне и Нью-Мексико, где находился Томек, обитали три группы индейцев: оседлые пуэбло, кочевые апачи и навахо. Все они теперь живут в той же самой местности, где их впервые обнаружили испанцы во время своих экспедиций.

В противоположность мирным пуэбло, которые занимались земледелием и жили в каменных селениях, построенных на возвышенностях, апачи и навахо промышляли охотой и собиранием диких ягод. Кроме того, эти воинственные племена пополняли свои запасы грабежом мирных трудолюбивых соседей. Когда мексиканцы захватили южную часть Северной Америки, апачи и навахо начали жестокую борьбу с мексиканскими колонистами, приносившую им богатую добычу. После того как Аризона и Нью-Мексико были поглощены Соединенными Штатами, оба племени вступили на тропу войны против американцев, которые бесцеремонно забирали лучшие земли. Апачи и навахо с особой решимостью противились заключению их в резервации, с необыкновенным мужеством борясь за свою свободу. Случалось иногда, что несколько апачей держали в страхе целые поселения колонизаторов. Нельзя удивляться ожесточенной борьбе краснокожих, ведь всякое ограничение свободного кочевья по прерии означало для них конец привычного образа жизни, который они вели на протяжении многих веков.

Заключение в резервации вызвало у апачей и навахо голод и невероятные лишения. Поэтому время от времени среди них возникали недовольство, смуты и восстания.

Теперь Томек своими глазами увидел бедственное положение индейцев. Апачи, как и прежде, в основном жили в полукруглых жилищах, а навахо — в чем-то напоминающем домики, которые они называли «хоган». Строился хоган так: стены складывали из бревен в форме шестиугольника, сверху — концами к центру — настилали балками потолок, оставляя небольшое отверстие для дымохода. Стропила покрывали толстым слоем адобы, то есть саманного кирпича[30]. Некоторые навахо довольствовались летом жилищем, состоявшим из одной сплетенной из травы или кирпичной стены, защищающей от ветра. Только немногие, принадлежавшие к старейшинам племени, строили настоящие типи, покрытые, как в старину, хорошо выделанными бизоньими шкурами.

Скот у обитателей резервации был убогий. Немного рогатого скота паслось на скудной траве. Зато совсем неплохо выглядел небольшой табун мустангов. Лошади, по словам Красного Орла, были гордостью его племени. Видно было, что прежние воины больше всего заботятся о своих скакунах.

После того как Томек достаточно насмотрелся на жилища, на мужчин, праздно валяющихся в тени, и на женщин, выполняющих всю хозяйственную работу, Красный Орел привел его в самое большое в резервации типи. Томек сразу догадался, что это жилище вождя.

Типи было куда больше других, а на его верхушке развевался флаг Соединенных Штатов.

В центре типи горел костер, обложенный камнями. В подвешенном над ним котелке варилось мясо. Под сводом шатра клубились серые облачка дыма и пара. Немногочисленная глиняная посуда, ружья, патронташи, луки, колчаны с оперенными стрелами, кожаные круглые щиты и томагавки лежали на деревянных козлах.