Альфред Бестер – Тигр! Тигр! (страница 10)
— Он слева от фонтана, видите? Это самозванец, мадам. Я его прощупал. Он явился без приглашения. Он в колледже учится. Побился об заклад, что проникнет к вам на вечеринку «зайцем». Намерен похитить ваше изображение в качестве доказательства.
— Мое изображение! — Мария разглядывала юного Червила и окошки в его одежде. — А какого он мнения обо мне?
— Гм, мадам, его крайне сложно прощупывать. Однако мне кажется, что он не ограничится попыткой похитить только ваше изображение.
— Правда? — удовлетворенно хмыкнула Мария.
— Правда, мадам. Вышвырнуть его?
— Нет. — Мария еще раз посмотрела на мускулистого молодого человека, потом отвернулась. — Он получит свое доказательство.
— И ему даже воровать его не придется, — заметил Рейх.
— Ревнючка! Ревнючка! — пискнула она. — Пойдем перекусим.
Рейх на миг отошел в сторонку, увидев настойчивый жест Тэйта.
— Рейх, придется все отменить.
— Какого черта?
— Тут же малец Червилов.
— А что в нем такого?
— Он второклассный.
— Блин!
— Он талантлив не по годам. Вундеркинд. Я его встретил в прошлое воскресенье у Пауэлла. Мария Бомон никогда не приглашает к себе эсперов. Меня пропустили только потому, что я сопровождаю вас. Я исходил именно из этого.
— И надо ж было этому щупачонку проникнуть на вечеринку. Блин!
— Рейх, закругляйтесь.
— Может, получится обойти его стороной?
— Рейх, я в состоянии прикрыть вас от секретарей по связям с общественностью. Они всего лишь третьеклассники. Но я не гарантирую, что управлюсь и с ними, и со второклассником, пускай и пацаном. Он молод. Не исключено, слишком взволнован, чтобы прощупывать как следует. Однако я ничего не гарантирую.
— Я не оставлю затеи, — вскипел Рейх. — Я не могу! Никогда больше мне не представится такого шанса. Если бы даже мог, не вышел бы из игры. А я не могу. Нюхом чую, д’Куртнэ здесь. Я…
— Рейх, вам ни за что не…
— Не спорь со мной! Я все преодолею. — Рейх презрительно глянул в тревожное лицо Тэйта. — Вижу, ты ищешь предлога соскочить, э? Не прокатит. Мы тут повязаны. Мы пройдем этот путь вдвоем до конца, до Разрушения, если не повезет.
Он усилием воли превратил свою гримасу в застывшую улыбку и вернулся к хозяйке вечера, заняв место за одним из столов. На таких приемах у пар все еще было в обычае угощать друг друга, но, порожденная восточной учтивостью и гостеприимством, эта традиция деградировала до эротической игры. Кусочки пищи предлагали, одновременно касаясь языком пальцев, а иногда губами. Вино переливали из уст в уста. Сладостями угощали еще более интимно.
Рейх, крайне раздраженный, с нетерпением дожидался сигнала Тэйта. В разведывательные обязанности эспера входил поиск места в доме, где скрывается д’Куртнэ. Рейх наблюдал, как маленький щупач перемещается от стола к столу, пробует, зондирует, выискивает; в конце концов Тэйт вернулся, отрицательно покачав головой, и показал на Марию Бомон. Очевидно, Мария — единственный источник информации, но она так возбуждена, что прощупать ее нелегко. Очередная преграда из бесконечного ряда, и ее надлежало обойти, повинуясь инстинкту убийцы. Рейх поднялся и пошел к фонтану. Тэйт заступил ему дорогу.
— Рейх, вы что делаете?
— А разве не очевидно? Я собираюсь отвлечь ее от пацана Червила.
— Как?
— Непонятно, что ли?
— Рейх, ради всего святого, не приближайтесь к мальчишке.
— Убирайся. — От Рейха к щупачу метнулась волна яростной решимости, вынудившая того отскочить. Он сжался в страхе, и Рейх с трудом взял себя в руки.
— Я понимаю, это рискованно, однако не настолько опасно, как тебе кажется. Во-первых, он молод да зелен. Во-вторых, он тут нелегально и напуган. В-третьих, он наверняка еще не достиг полного умения, раз эти пидорковатые секретутки его так быстро нащупали.
— Вы освоили какой-нибудь прием сознательного контроля? Владеете двоемыслием?[7]
— У меня в голове завязло помимо этой приставучей песенки достаточно неприятных тем, чтобы двоемыслие стало развлечением. А теперь кыш. Оставайся здесь и следи за Марией Бомон.
Червил в одиночестве сидел у фонтана и ел, неуклюже делая вид, будто он тут в своей тарелке.
— Пип, — сказал Рейх.
— Поп, — сказал Червил.
— Бим, — сказал Рейх.
— Бам, — сказал Червил.
Закончив с этим новомодным вступлением к разговору, Рейх присел рядом.
— Я Бен Рейх.
— Я Галли Червил, то есть… Гален. Я… э-э… — Юношу явно впечатлила персона собеседника.
— Чертова песенка, — проворчал Рейх, — пару дней назад впервые услышал, до сих пор в башке крутится. Червил, тут такое дело: Мария знает, что вы проникли на вечеринку «зайцем».
— О нет!
Рейх кивнул.
— Мне пуститься в бегство?
— Без картинки?
— Вы и об этом знаете? Наверное, в доме щупач.
— Двое. Секретари по связям с общественностью. Ловят таких, как вы.
— Что же мне делать без картинки, мистер Рейх? Я побился об заклад на пятьдесят кредитов. Вы знаете силу пари. Вы сам игрок… тьфу, финансист.
— Рады, что я не щупач, э? Пустое. Я не обиделся. Видите вон ту арку? Ступайте прямо под нее и направо. Там будет кабинет. Стены его все в портретах Марии в синтетических камнях. Плевое дело. Она ни за что не хватится одного случайного.
Мальчишка вскочил, рассыпав еду.
— Спасибо вам, мистер Рейх. Как-нибудь постараюсь отблагодарить.
— Например?
— Вы удивитесь. Так получилось, что я… — Он осекся и покраснел. — В общем, узнаете, сэр. Еще раз спасибо. — Он запетлял в толпе, направляясь к указанному кабинету.
Рейх вернулся к хозяйке.
— Ах ты негодник, — сказала та. — Ты кого там кормил? Я ей глаза выцарапаю.
— Мальчишку Червила, — ответил Рейх. — Он спрашивал, где хранятся твои изображения.
— Бен! Ты же ему не сказал?
— Сказал, конечно, — ухмыльнулся Рейх. — Он как раз двинул за одним из них. А потом уйдет. Ты же знаешь, я ревнив.
Мария вскочила с кушетки и уплыла в направлении кабинета.
— Бам, — молвил Рейх.
К одиннадцати часам ритуал угощения так разгорячил компанию, что гости мечтали только о том, чтобы уединиться в темноте. Мария Бомон никогда не обманывала ожиданий, и Рейх надеялся, что эта вечеринка не составит исключения. Она наверняка сыграет в «Сардинки». Он понял, что так будет, когда вернулся Тэйт с донесением о точном местопребывании схоронившегося д’Куртнэ.