alexz105 – Гарри Поттер и темный блеск (страница 165)
— За что? — чувствуя огромную неловкость, спросил тот.
— Я знаю, что часто невыносим, когда экспериментирую. Покойному директору, тоже бывало, доставалось. Кстати, ваше нелюбимое выражение «развесистый пень» было впервые произнесено именно про него.
— Я польщен! — засмеялся Гарольд, чувствуя облегчение.
— А вы, оказывается, очень терпеливы и очень темпераментны. Интересное сочетание. Необычное.
— Трудное детство.
— Хорошо, что тогда вы не умели колдовать беспалочково и невербально, а то вашим родственникам не поздоровилось бы. Что касается вашего сегодняшнего внутреннего монолога в мой адрес, то признаю все грехи кроме мытья и Мародеров. Волосы у меня не сальные, а защищенные от попадания брызг зелий. Специальное зелье втирается несколько лет, а потом кожа на голове начинает его вырабатывать самостоятельно. Если этого не делать, то к тридцати годам станешь лысым как Слизнорт. А Мародеров я трахал не меньше чем они меня. Этот процесс был симметричным. Не верите — спросите у Люпина!
— Вы меня тоже извините. Не понимаю, как эти мысли попали в запись.
— А чего здесь непонятного. Последнее перо вы, сами того не заметив, создали палочкой Блэков. Вот оно и …
Снейп встал с корточек и вернулся к Гарольду.
— Давайте еще разок. Надо поменять местами красный и черный цилиндры. Только очень аккуратно!
— Может не надо. Они и по одиночке вытворяют черт знает что, а вместе и подумать страшно.
— Ничего–ничего. Берите красный. Черный я сам.
Цилиндры выплыли из своих гнезд и, аккуратно миновав друг друга, поменялись местами. Пол под ногами у магов на мгновение исчез и вновь появился. Цвет и форма стен — все поменялось. Только Арка осталась на своем месте. Да и то стала выглядеть как–то… как–то… иначе.
Снейп схватил Гарольда за руку:
— Вы видите? Видите? Арка!
— Что Арка?
— Неужели не видите? Мы же теперь видим ее с другой стороны! С той, которая всегда скрыта пологом.
— И верно. Северус, а мы не умерли?
— Не смешно!
— Да я и не смеюсь. Сириус ведь погиб именно так.
— М-да… погиб… давайте подойдем ближе. Мне кажется, что я слышу какой–то шум или голоса.
— Из Арки и раньше всегда слышались голоса.
— Тем более, надо послушать вести из загробного мира!
Они подошли и прислушались. Сквозь непонятный постоянный шум или шелест слышались чьи–то писклявые восклицания или пение такое. Маги приникли почти к самой завесе:
— Ну что ж ты страшная такая!
Ты такая страшная!
Ты не накрашенная страшная
И накрашенная!!!
— Добби, противный! Я не люблю эту глупую песню! Спой лучше свою старую!
— Ну, ладно, не буду. Когда ты сердишься, то такая милая!
— И ты специально сердишь меня? Винки не любит сердиться.
— Ладно, спою старую:
Мне плинтус по колено
Мне стулья по плечо…
Доносится мне с берего–ов!
Мне плинтус по колено
Мне стулья по плечо
Но не выкинуть из песни сло–ов,
Но не выкинуть из песни слов!
Обалдевший Гарольд глядел в глаза не менее обалдевшего зельевара и видел в них свое обалдевшее отражение. Потом Снейп хлопнул себя по лбу:
— Как все просто! Пойдемте, Гарольд, мы в Поттер–мэноре! Вот она эльфийская переброска!
Они поочередно протиснулись в Арку и оказались в подвале у подземной реки. Эльф уже вскочил к ним на встречу, загораживая свою подругу.
— Спокойно, Добби, это я, — успокоил его хозяин. Добби подбежал, усиленно кланяясь, а Винки без устали приседала в реверансах, что при ее животе выглядело как футбольный мяч, прыгающий по полу.
— А Добби думал, что ему это слышится, хозяин.
— Что слышится?
— Ваши голоса, хозяин. Уже несколько часов. Ваш и мистера Снейпа. Добби думал, что от шума воды сходит с ума. Добби позвал Винки, чтобы разговаривать и не слышать эти голоса, а оказывается, это его хозяин там говорит. А что вы там делали?
— Гуляли, — Гарольд посмотрел на Снейпа. Тот подошел к Арке и наклонился к цоколю.
— Поттер, запишите расположение цилиндров в этой Арке! В первом гнезде красный, во втором — синий, третий пустой, четвертый пустой, в пятом — черный. Это условия перехода. И, похоже, перехода одностороннего. Черт! Пишите же, остолоп! Это важно! Как вы не можете понять это своей тупой башкой!
Гарольд вздохнул. Опять начинается. Самопишущее перо записало расположение цилиндров в гнездах и аккуратно приписало в конце: «Пошел ты в задницу, маньяк хренов!»
Обратно в школу пришлось добираться без помощи Арки. То ли магию эльфов заклинило, то ли они просто не нашли способа обратного перемещения. А может, все дело было в том, что Арка в мэноре имела только три цилиндра из пяти. Правда, черный и красный среди них были, но как влияют на процесс остальные, разобраться не удалось. Пришлось попросить Добби подкинуть их до Хогвартса, что тот с гордость и исполнил в два приема, важно поглядев на свою подругу.
Очутившись в спальне, Снейп заявил, что возвращается в подземелье к Арке, чтобы систематизировать все, что «вы, Поттер, кое–как записали», а Гарольду он поручил осознать свою академическую безграмотность и заняться «тупыми повседневными делами, а именно: финансами, милитаристскими приготовлениями, учебным процессом, пропагандой, работой с персоналом школы и прочими рутинными делами, недостойными внимания истинного ученого». Гарольд в свою очередь пожелал Снейпу «не свернуть себе шею от азарта и не забыть поесть, попить и сделать тоже самое со знаком минус». Северус забрал утренние записи вместе со злополучным пером, заверив Гарольда, что сам про себя гадости думать не будет, и отбыл в подземелье. По дороге ему встретился Филч, который, оказывается, караулил с ключами все это время вход на подземные этажи, чтобы запереть двери, когда они уйдут. Завхоз проводил зельевара недоумевающим взглядом. Он точно помнил, что все это время был в подземелье и наверх еще не выходил. В беспокойную душу старика немедленно закралось подозрение, что из подвала существует второй выход, и он тихонько последовал за Снейпом в надежде обнаружить этот тайный ход и повесить на него замок. Во избежание.
Тем временем Гарольд прошел к себе и присел на кресло рядом с кроватью. Магический сон еще сковывал сознание Лавгуд. Лицо ее было спокойно, но упрямая морщинка снова появилась над переносицей.
Утром рядом с ней пару часов посидела Гермиона. Потом приходила мадам Помфри. Вместе со Снейпом они осмотрели пациентку и пришли к выводу, что она «легко отделалась». Но они сообщили, что полученная девушкой моральная травма гораздо серьезней и опасней, чем небольшие остаточные явления от ранений. Помфри ушла, Гермиона убежала на занятия. Гарольд наложил на Полумну заклятие сна и ушел со Снейпом в подземелье.
Правда, перед уходом он затребовал справку о наследстве Лавгуд из «Гринготса». Связь с банком была налажена очень четко. Никаких тихоходных сов. Автоматический многоразовый портключ с шлейфом глушения магии был безотказен. Ответ гоблинов уже дожидался его на письменном столе. Вставать было лень. Юный маг протянул руку — и запечатанный пергамент с внушительной печать банка влетел в его пальцы. Так, посмотрим. М-да, покойный натуралист оставил дела в полном беспорядке. Риктэм пишет, что по всем правилам он должен наложить арест на имущество, которое уже находится под двумя залогами. Причем, второй выполнен практически обманным путем, так как при его оформлении старший Лавгуд не указал наличие первого обременения. Но, учитывая запрос по имущественному положению этой семьи, который сделал уважаемый мистер Поттер, он, Риктэм, повременит с такими мерами, пока его союзник не сформулирует точнее свой интерес в этом вопросе. Оценочная стоимость дома близка к отрицательной величине, так как за снос этого сооружения придется еще и платить. А вот участок земли под домом и садом со временем может вырасти в цене так, что покроет больше половины долга. При этом осиротевшая мисс Лавгуд остается ни с чем — в прямом смысле этого слова — а банк все же понесет ущерб примерно в семьдесят тысяч галеонов.
Гарольд не стал сомневаться ни секунды. Он немедленно продиктовал Самопишущему перу текст поручительства, которым возместил банку убытки на сумму в сто пятьдесят тысяч золотых, и отправил его в «Гринготс». Не успел он пристроиться подремать в кресле, как пришел ответ от главного гоблина. С полусонным ворчанием Гарольд развернул очередную бумагу.
Главный гоблин сообщал ему, что все формальности улажены и просил распорядиться суммой в двадцать пять тысяч галеонов, которую банк считает возможным вернуть мистеру Поттеру в качестве премии за выкуп залогов Лавгудов. В ответ он дал поручение банку открыть для девушки персональный счет и положить на него эти деньги. Потом юный маг пробормотал: «Мелочь, но приятно!» — с хрустом потянулся и понял, что уснуть уже не сможет.
В дверь спальни деликатно постучали. Потом показались две рыжие головы, с нетерпением глядящие на Гарольда. Тот прижал палец к губам, призывая их хранить тишину, и махнул, чтобы заходили. Близнецы вошли на цыпочках, вытянув шеи, посмотрели на Лавгуд и знаками попросили уделить им время: Джордж ребром ладони просил перерезать ему горло, а Фрэд, приплясывая на месте, показывал, что весь чешется от нетерпения.
Юный маг безнадежно вздохнул и махнул махинаторам на дверь спальни Снейпа. Братья на цыпочках влетели туда, а следом за ними вошел Гарольд, плотно прикрыв за собой дверь.