AlexIs – Магический Спецназ (страница 2)

Центр, как выяснилось, был весьма условным. Офис располагался в старом, дышащем на ладан здании, зажатом между чьим-то заброшенным особняком и магазином «Сувениры и карты Таро». Дверь была единственным чистым предметом во всем фасаде – полированное темное дерево с латунной табличкой «О.О.О. «Лунный Скиталец»».

Внутри пахло дорогим старым деревом, кожей и чем-то едва уловимо-кислым, словно кто-то забыл яблоко в ящике стола сто лет назад. Меня встретила секретарша с таким отсутствующим взглядом, будто ее мысли витали где-то в соседнем измерении.

– Вас ждут, – произнесла она монотонно, указывая на дверь вглубь коридора.

Кабинет руководителей оказался просторным, но обстановка сбивала с толку. За массивным столом, похожим на спил тысячелетнего дуба, сидели двое. Слева – импозантный мужчина в безупречном костюме, с пронзительным взглядом и странной, почти восковой бледностью. Справа – низенький, коренастый тип с бородой, заправленной за ремень, от которого пахло лампадным маслом и старой пылью. Он что-то недовольно бубнил, разглядывая мои распечатанные резюме.

– Итак, – начал бледный господин, и его голос был бархатным и властным. – Алорик. Мой партнер, Гримли.

– Кладовщик, говорите? – прохрипел гном, тыча пальцем в графу «Опыт работы». – «Оптимизация складской логистики на производстве зубных щеток». А как вы относитесь к… нестандартной номенклатуре? Например, предметы, чьи названия могут меняться в зависимости от лунных фаз?

Я почувствовал, как потеют ладони.

– Главное – четкая система кодирования, – выпалил я. – И регулярная инвентаризация.

Алорик улыбнулся, и его губы растянулись в слишком широкой улыбке.

– Прагматично. А насколько вы устойчивы к монотонной работе, которая может внезапно потребовать… скажем так, повышенной концентрации из-за фонового шума? Очень тихого, но настойчивого шепота, например?

– Я работал в колл-центре, – бодро соврал я. – Шепот меня не пугает.

Гном что-то пробурчал в бороду, похожее на «человечишка тощий, но врет убедительно».

Беседа длилась еще минут десять. Мне задавали странные вопросы:

– Ваше отношение к сверхурочным? Иногда может потребоваться задержаться на пару часов, если… товар проявляет признаки беспокойства.

– Есть ли проблемы с восприятием неевклидовой геометрии на бытовом уровне?

– Как вы отреагируете, если часть складского запаса внезапно… перестанет отбрасывать тень?

Я старался отвечать уверенно, делая ставку на свою единственную суперспособность – умение сохранять невозмутимое выражение лица, пока внутренний диалог кричит «Беги!».

В конце концов, Алорик кивнул.

– Прекрасно. Вы нам подходите. Завтра в восемь утра здесь. Не опаздывайте. Опоздание может стоить вам… бонуса за пунктуальность. Шутка, – он снова улыбнулся, и снова это не показалось смешным.

Меня проводили до выхода. Я вышел из кабинета с ощущением, что только что прошел квест на логику с элементами абсурда. Решение было однозначным: бежать отсюда, не оглядываясь. Пусть лучше счет в банке будет пуст, чем я буду учитывать тени от отсутствующих товаров.

Прихожая была пуста. Та самая секретарша куда-то испарилась. Я решительно направился к выходу, к той самой полированной двери, мысленно составляя список других, более адекватных вакансий. «Разнорабочий на свиноферму» звучало сейчас как райская музыка.

Рука легла на холодную латунную ручку. Я толкнул дверь, готовый вдохнуть воздух знакомого, пусть и грязного, подъезда.

И тут же мир поплыл. Не то чтобы за дверью была тьма. Скорее, пространство само по себе стало густым, как кисель, и абсолютно черным. Свет из прихожей не проникал в эту черноту, а будто в нее впитывался. Краем сознания я успел подумать, что кто-то пошутил и выключил свет в подъезде. Самая дурацкая и простая мысль.

«Кто выключил свет?» – пронеслось в голове.

Потом пол ушел из-под ног, а стены прихожей поплыли и растворились в чернильной мути. Последнее, что я почувствовал, прежде чем сознание отключилось, – это запах. Не серы и не озона. А корицы и старой пыли. Тот самый запах из кабинета.

Глава 3

Я очнулся от резкого запаха нашатыря, который кто-то сунул мне под нос с таким усердием, будто пытался прочистить им не только носовые пазухи, но и кармические каналы. Первое, что я увидел, – три пары глаз, пристально меня разглядывающих. Алорик с вежливым интересом, Гримли – с досадой, а их секретарша – с тем же отстраненным безразличием, с каким смотрят на мебель.

– Поздравляю с успешной межпространственной транспортировкой, – произнес Алорик, как будто сообщал о прибытии поезда. – Небольшие побочные эффекты в виде потери сознания – в пределах статистической нормы.

Я оттолкнул руку с ваткой и сел, ощущая, как мир качается. Мы находились в том же кабинете, но что-то было не так. За окном вместо знакомого грязного переулка висело лиловое небо с двумя лунами, одна из которых была ядовито-зеленой.

– Что это? – я протер глаза. – Галлюцинации? Что вы мне скормили?

– Это реальность, коллега, – сказал Гримли, хмурясь. – А точнее, наша ее версия. Мир Арканум. Добро пожаловать.

В голове у меня что-то щелкнуло. Портал. Тьма. «Кто выключил свет?». Я вскочил на ноги, едва не падая от головокружения.

– Ладно, шутки шутками, – мои слова прозвучали резко. – Очень смешно. Театр абсурда. А теперь, будьте так добры, верните меня обратно. Сейчас же.

Алорик и Гримли переглянулись. В воздухе повисло неловкое молчание.

– Видите ли, – начал Алорик, поправляя манжеты. – Возникла небольшая техническая загвоздка.

– Загвоздка? – мой голос дрогнул. – Какая еще загвоздка? Открывайте свой портал и отправляйте меня домой!

Гримли тяжело вздохнул.

– Суть в том, парень, что путь между мирами – не лифт. Для обратного перехода нужен… скажем так, стабильный магический потенциал. Хотя бы минимальный. Некий якорь, чтобы тебя не разорвало на атомы в межпространственном вихре.

Я смотрел на него, не понимая.

– И?

– И у тебя, – гном развел руками, – с магическим потенциалом, если говорить прямо, полный штиль. Абсолютный вакуум. Ноль. Ничего. Ты, прости за выражение, магический инвалид. Мертвец. Пустое место.

Слова повисли в воздухе, тяжелые и безнадежные.

– Это… ошибка, – прошептал я. – Вы же меня нанимали! Кладовщиком!

– Мы нанимали логиста с устойчивой психикой, – парировал Алорик. – И мы его получили. Процедура проверки на магическую восприимчивость была запланирована на завтра. Но ты, выходя, активировал аварийный портал, который Гримли тут… э-э-э… тестировал.

– Он сбойнул! – рявкнул гном, краснея. – Я же говорил, что стабилизатор нужно менять! Но нет, «бюджет, бюджет»!

– Так значит, это ваша вина?! – закричал я, трясясь от ярости и страха. – Вы из-за своей халтуры заманили меня сюда и теперь не можете вернуть?! Вы понимаете, что у меня там квартира? Аренда! Молоко в холодильнике прокиснет!

В моей голове пронеслись картины апокалипсиса: просроченные счета, удивленный сосед, прокисшее молоко как символ всей моей рухнувшей жизни.

Алорик потер переносицу.

– Ситуация, признаем, неловкая. Но факт остается фактом: обратный путь для существа, полностью лишенного маны, невозможен. Это путь в один конец. Физическая константа. Закон мироздания.

– Нарушьте его! – почти взмолился я.

– Не можем, – развел руками Гримли. – Это все равно что попросить воду течь вверх. Можно, конечно, насосом, но тебя этот насос просто разорвет на молекулы.

Я медленно опустился на стул, ощущая, как почва уходит из-под ног в самом прямом смысле. Я был в ловушке. В другом мире. Навсегда.

– Что же мне теперь делать? – спросил я у пустоты.

– Работать, – пожал плечами Алорик. – У нас как раз вакансия кладовщика открыта. И, как ты видишь, жилье предоставляется. Пусть и с некоторыми… особенностями.

– А если я откажусь?

– Тогда ты останешься на улице, – без обиняков заявил Гримли. – Без денег, без знаний местных законов, без магии. Уверяю, прокисшее молоко в твоем мире – это сущие пустяки по сравнению с тем, что может случиться с тобой здесь. Хочешь познакомиться с уличными гопниками-орками? Или стать закуской для бродячей воронки слюнявой жажды?

Я закрыл глаза. Передо мной стоял выбор между безумием и верной смертью. Безумие выглядело хоть сколько-то перспективным.

– Ладно, – выдохнул я, смиряясь с неизбежным. – Но я требую страховку. Или чтобы мое прокисшее молоко там кто-то выкинул. И… – я посмотрел на них с внезапной вспышкой ярости, – …повышающий коэффициент за вредность. И за моральный ущерб. И за то, что вы, кретины, не можете починить свою дверь!

Алорик улыбнулся своей широкой, неестественной улыбкой.

– Впервые вижу, чтобы человек торговался о условиях собственного похищения в параллельное измерение. Мне нравится. Гримли, оформим ему двойной оклад. И найми кого-нибудь выкинуть молоко из его холодильника.

Гном что-то буркнул, но в его глазах мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее уважение.

Так началась моя новая жизнь. С потери сознания, угрозы стать закуской и требования компенсации за испорченные молочные продукты. Как оказалось, это было довольно точным предзнаменованием всего того безумия, которое меня ждало впереди.

Глава 4

Очнулся я уже в своей каморке при конторе, с языком, похожим на войлочный коврик, и с твердым убеждением, что две луны за окном – это ненормально. Гримли, обнаружив, что я не превратился в сахарную вату и не пытаюсь заговорить с мебелью, счел мою адаптацию успешной и в качестве поощрения повел меня в бар.