Alexey Tuzov – Дорофея Оммад: дщерь научного атеизма (страница 3)

Она повторяла это, раскачиваясь на краю кровати, вбивая эти слова в свой разум, пытаясь заглушить ими тот тихий, ядовитый гул одиночества, который поднимался из низа живота. Она молилась самой себе, не понимая, что пустота, к которой она обращается, уже начала смотреть на нее в ответ.

Утро Дорофеи начиналось не с пробуждения, а с инвентаризации.

Ещё не открыв глаз, она проверяла внутренним взором границы своего тела. Ноги — параллельно, руки — вдоль швов ночной сорочки, голова — ровно в центре подушки. Хаос сна должен был быть купирован немедленно.

Она села на край кровати. Пятки коснулись тапочек, стоявших под углом ровно в сорок пять градусов к ножке кровати. Дорофея закрыла глаза и начала свою утреннюю «настройку» — ту самую молитву без адресата, вбивающую волю в податливое мясо.

— Я — монолит. Мой разум — чистая линза. Мои действия — следствие железной необходимости. Я управляю своим днём. Я управляю своей судьбой...

Она шептала это, раскачиваясь, и в этом движении было что-то от радения сектантов, которых её отец так ярко разоблачал в своих монографиях. Но Дорофея не видела сходства. Для неё это была психогигиена, чистка когнитивного фильтра.

Затем начался обряд облачения. Блузка — третья слева в шкафу. Чулки — без единой морщинки. Каждая пуговица застегивалась с сухим, окончательным щелчком, запирающим Дорофею внутри её образа.

Она вышла в коридор. В квартире царила та особенная утренняя тишина, в которой отчетливо слышно, как оседает пыль. Дорофея заглянула в кабинет отца. Анатолий Климентьевич уже ушел на кухню — там слышалось дребезжание ложечки о стакан.

Она подошла к его рабочему столу. Здесь, среди папок и гранков, лежал главный оберег их семейного благополучия. Обычная тридцатисантиметровая деревянная линейка с истертыми делениями.

Линейка должна была лежать строго параллельно краю стола. Если её кончик хотя бы на миллиметр отклонялся вправо — день был обречен. Дорофея точно знала: в прошлый вторник, когда линейка лежала под углом, отец во время лекции о «Происхождении христианства» вдруг замолчал. Он застыл перед аудиторией, потеряв нить, забыв целую главу текста, и смотрел в окно пустыми, растерянными глазами, пока Дорофея из первого ряда не подсказала ему ключевое слово.

Она верила в это абсолютно. В её атеистической вселенной не было воли Божьей, но была симпатическая магия вещей. Линейка отвечала за память отца. Чашка, повернутая ручкой на север — за благосклонность деканата. Стопка чистой бумаги — за отсутствие мигрени. Она не замечала, что её жизнь превратилась в минное поле из предметов, которые нужно было бесконечно обезвреживать.

Дорофея аккуратно, кончиками пальцев, поправила линейку. Теперь она лежала идеально. Геометрия спасения была восстановлена.

На кухне отец допивал свой пустой чай.

— Ты готова, Даша? — спросил он, не оборачиваясь.

— Да, папа. Линейку на столе не трогай, я её выровняла для работы.

— Хорошо, — просто сказал он. Он привык к её «странностям», считая их проявлением исключительной аккуратности, необходимой истинному учёному.

Выйдя из дома, Дорофея включила второй режим ритуала. Маршрут.

Она шла к метро «Университет» строго по одной линии плит. Тридцать две плитки до поворота, семьдесят четыре — до перехода. Она никогда не срезала путь через сквер. Срезать — значило нарушить ритм, а нарушение ритма вело к распаду смысла. Город вокруг неё бурлил: кооператоры в вареных джинсах кричали у лотков, пахло пережаренным маслом и бензином, гремела какая-то вульгарная музыка из кассетников. Дорофея прорезала этот хаос, как ледокол, не видя и не слыша ничего, что не вписывалось в её маршрутную карту.

Она не замечала, как этот панцирь мешает ей дышать. Ей казалось, что это и есть свобода — когда ты точно знаешь, на какую трещину в асфальте наступить, чтобы завтрашний день прошел по плану. Она была самой несвободной женщиной в Москве, но считала себя единственным человеком, овладевшим законами реальности.

У входа в вуз она остановилась, поправила сумку и привычно проверила верхнюю пуговицу.

Застегнута. Мир был в безопасности еще на несколько ч

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.