Alexandr Buinicenco – Прости... Если сможешь (страница 2)
— Отдыхаю, — соврал он. Точнее, сказал правду, которая сейчас звучала как ложь. — Скучаю по вам.
Когда экран погас, Алекс долго сидел, глядя на своё отражение в чёрном зеркале смартфона. Вина липкой пленкой обволокла грудь. «Никаких новых знакомств, — твердо решил он, вставая под ледяной душ. — Никаких художниц с глазами цвета моря. Я здесь, чтобы привести нервы в порядок и вернуться в семью нормальным человеком, а не искать приключений».
Мария пила кофе на балконе, но вкус казался ей кислым. Она уже час пыталась начать набросок — вид на черепичные крыши был изумительным, — но рука не слушалась.
Телефон пискнул. Сообщение от мужа:
Ни вопроса «как ты спала?», ни просьбы прислать фото моря. Всё функционально, заботливо и... стерильно. Мария отложила телефон. Она знала, что Андрей любит её. По-своему. Делами, а не словами. Но почему-то именно здесь, среди этой избыточной южной красоты, его прагматичность ощущалась как сквозняк в тёплой комнате.
— Нужно выбраться отсюда, — вслух сказала она. — Подальше от отеля и от мыслей.
Она собрала этюдник, надела широкополую шляпу и решительно направилась к выходу, выбрав маршрут в старый город на соседнем холме — туда, где, по слухам, были лучшие виды и самые узкие улочки.
Полдень плавил камни мостовой. Старый город оказался ловушкой: узкие улицы-лабиринты были забиты туристами под завязку. Пахло жареной рыбой, дорогим парфюмом и разогретым мусором.
Алекс проклинал свою идею поехать на эту экскурсию. Гид, громкая женщина с зонтиком, кричала что-то про архитектуру XII века, но её голос тонул в гомоне толпы. Он попытался отстать от группы, чтобы просто отдышаться в тени, и, поворачивая за угол какой-то сувенирной лавки, врезался в человека.
— Осторожнее, пожалуйста, здесь же... — начал он раздражённо и замер.
Перед ним стояла Мария. Шляпа съехала на затылок, на щеках горел румянец от духоты, а в руках она неуклюже сжимала громоздкий этюдник, который явно мешал ей в этой толпе.
Секунду они смотрели друг на друга. Спрятаться было негде. Вселенная, казалось, обладала специфическим чувством юмора.
— Вы тоже решили насладиться уединением старого города? — усмехнулся Алекс, хотя внутри все сжалось от странного, запретного узнавания.
— Кажется, мы с вами гении планирования, — выдохнула она, поправляя лямку на плече. — Я думала, здесь будет тихо.
— Здесь тихо только на открытках.
Группа немецких туристов, гогоча, пронеслась мимо, буквально прижав Марию к Алексу. Он инстинктивно выставил руку, ограждая её от толчка, и на мгновение его ладонь коснулась её талии. Ткань платья была тонкой, горячей от солнца. Он тут же убрал руку, словно обжёгшись.
— Вам тяжело, — это был не вопрос. Он кивнул на этюдник. — Давайте помогу.
— Не нужно, я привыкла...
— Мария, — он посмотрел ей прямо в глаза. — Мы либо сейчас умрём здесь от клаустрофобии, либо сбежим. Я видел поворот наверх, к заброшенной церкви. Там никого нет. Я понесу этюдник. Вы не против?
Она колебалась ровно мгновение. Её «правильное я» кричало, что нужно вежливо отказаться и пойти в другую сторону. Но жара, шум и его спокойный, уверенный взгляд решили всё за неё.
— Я не против, — тихо сказала она. — Ведите.
Они поднимались минут пятнадцать по крутой каменной лестнице, заросшей диким виноградом. Шум города остался внизу, сменившись звоном цикад, от которого звенело в ушах.
Площадка у старой церкви действительно была пуста. Отсюда море казалось бескрайним, сливающимся с небом в единую синюю бездну.
Алекс поставил этюдник в тень кипариса и присел на нагретый камень парапета. Мария подошла к краю, жадно вдыхая ветер.
— Спасибо, — она повернулась к нему, снимая шляпу и встряхивая волосами. — Вы спасли меня.
— Это вы меня спасли. Я был готов начать кидаться путеводителями в людей.
Она рассмеялась, и этот звук показался Алексу самым чистым, что он слышал за последние дни. Она не стала раскладывать краски, просто села рядом на парапет, соблюдая приличную дистанцию.
— Знаешь, — вдруг сказала она, глядя вдаль, — я ведь не всегда была учителем ИЗО. Пять лет назад я мечтала открыть свою галерею. У меня даже было название — «Отражения».
— Что случилось? — тихо спросил Алекс.
— Жизнь, — она пожала плечами. — Ипотека, декрет, стабильность. Муж сказал: «Давай подождем, пока встанем на ноги». Мы встали. А мечта так и осталась лежать где-то в коробке. Теперь я учу детей рисовать яблоки и вазы. Это важно, я знаю. Но иногда мне кажется, что я предала ту девочку, которая хотела большего.
Алекс молчал, разглядывая носки своих кроссовок. Слова Марии ударили в больное место.
— Я писал стихи, — произнёс он неожиданно для самого себя. Он никому об этом не говорил уже лет десять. Даже Лене. — В университете. Думал, буду вторым Бродским или кем-то вроде. А потом... потом оказалось, что у меня талант продавать сложные решения сложным людям. И это приносит деньги. Хорошие деньги.
— Ты жалеешь? — Мария повернулась к нему всем корпусом.
— Я не знаю. Я люблю свою семью. Деньги позволяют нам жить хорошо. Но иногда... иногда я смотрю на свои отчёты и не понимаю, кто их написал. Словно это делает какой-то биоробот, а настоящий я заперт где-то глубоко внутри и кричит.
Повисшая тишина была плотной, звенящей. Они сидели рядом, два успешных взрослых человека, которые внезапно признались друг другу в своём поражении.
Внезапный порыв ветра подхватил шляпу Марии, лежавшую между ними. Они оба дёрнулись, чтобы поймать её. Их руки встретились на соломенных полях, лбы почти соприкоснулись.
Мир сузился до этой точки. Алекс видел золотистые крапинки в её радужке, видел капельку пота, бегущую по виску. Он чувствовал её запах — смесь морской соли и жасмина. Ему нужно было просто отстраниться. Просто сказать «поймал» и отодвинуться.
Но он замер. Мария тоже не двигалась. Её губы были чуть приоткрыты, дыхание стало прерывистым. В этом моменте не было прошлого, не было семей, обязательств и обратных билетов. Был только сумасшедший стук сердца и гравитация, тянущая их друг к другу.
— Алекс... — выдохнула она едва слышно. В этом шёпоте была и просьба, и предостережение.
Он с трудом сглотнул, усилием воли разжимая пальцы и отпуская шляпу.
— Ветер усиливается, — хрипло сказал он, отстраняясь. — Нам... нам пора возвращаться. Автобус скоро уходит.
Мария моргнула, словно просыпаясь от гипноза. Она быстро схватила шляпу и прижала её к груди, пряча дрожащие руки.
— Да. Конечно. Пора.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.