AlexanderMay – За гранью вечности (страница 77)

Как ни странно, на Атрее возраст человека имел второстепенную роль. Главенствующим фактором являлись его поступки. Ранги и звания довольно справедливо отражали послужной список воина, и нередко бывало такое, что двадцатилетний парень стоял во главе гарнизона, а у него в подчинении находились бывалые бойцы, большинство из которых уже разменяли свой пятый десяток.

С трудом разбудив Териана, Лекас с горестью обнаружил, что упустил свой шанс посетить туалетную комнату до завтрака — очередь простиралась до середины коридора.

— Ну да ладно, — сказал он. — Зато в столовую придём первыми. Пойдём, я тебе покажу корпус.

Териан всё ещё был в полусне — не привык он так рано просыпаться. Но рука мальчика, схватившая его за предплечье и насильно тянувшая вон из комнаты, помогла ему немного прийти в себя.

— В конце коридора туалеты и душ, но нам в другую сторону, — довольно серьёзным тоном говорил Лекас, пока вёл своего товарища по помещениям главного здания академии. — Как кстати, что ты уже в одежде, — подметил он. — Теперь точно всюду успеем!

Мальчики быстрым шагом добрались до лестницы и спустились на второй этаж.

— Там дальше идут столовые. Мы на первом курсе, поэтому ходим с столовую с цифрой один на входом. Запомнил?

— Эм-м, да, а есть разница?

— Ещё какая! Ты же не хочешь, чтоб нас вышибли оттуда пинком, а потом наказали? Нет? То-то же! Тут строго. А ты как думал? Дальше, вон, идут залы с библиотеками, но они по утрам закрыты, — Лекас остановился и шепнул другу на ухо. — Просто библиотекарь с бодуна каждый день, поэтому и спит до полудня. Идём дальше.

Мальчики прошлись по всем нижним этажам главного корпуса. Они успели побывать в каждом крыле этого огромного здания. Конечно, Териан не запомнил с первого раза расположение всего того, чего ему с таким усердием показывал его сосед, но главное, где находились столовые, парень уяснил.

— Ты, кстати, к кому привязан? — спросил Лекас.

— Ты о чём?

— Ну, кто твой куратор? Ответственный за тебя.

— Эм-м, не знаю… Хотя нет, кажется, имя припоминаю… Как же его… Намус вроде…

— У-у-у, ты попал, парень. Зверь, а не мужик! Старик он, конечно, но ещё тот изверг. Строгий до мозга костей! Он и мой преподаватель, — грустно произнёс мальчик. — Ух, и намучился я с ним за эти полгода…

Териан очень удивился подобным словам.

— Да а чего я тебе мозг-то парю? Скоро сам всё увидишь! У нас как раз его урок.

Лекас посмотрел на настенные часы и ужаснулся.

— Айон Всемогущий! 3 минуты до завтрака! Бежим, нельзя опоздать! — громко выкрикнув эти слова, парень ломанулся в сторону лестницы. Териан поспешил за ним.

Но, к сожалению, успеть первыми не получилось. Пришлось встать в конец длинной очереди, как и всем.

— Единственное, что тут реально бесит, так это толкучка. Везде: в туалете, в столовке, на лестницах, в коридорах. Народу до балаура, да простит меня Айон! — негодовал Лекас.

Отстояв своё, мальчики, наконец, добрались до еды. Ассортимент был богат — кормили студентов, как царей. Но всё же чего-то не хватало… Наверное, домашнего уюта.

Понабрав всего, что только можно, друзья сели за освободившийся столик и приступили к трапезе.

— Расскажи о себе. Я ж ничего о тебе не знаю, кроме имени, — с набитым ртом сказал Лекас.

Териан, недолго думая, рассказал о своём детстве, о родителях, о том, как попал сюда.

Лекас слушал внимательно, иногда понимающе кивая. Затем заговорил он.

— Тебе повезло, конечно. У меня всё вышло печальней. Я сам родом из Теобомоса. У меня были мама, папа и брат с сестрой. Мирно жили, хорошо… А потом балауры пришли, сволочи поганые, чтоб им в Эфире раствориться. Они сожгли всю деревню… и людей пожгли, — голос ребёнка стал тише и печальнее. — Мои родители фермеры… были… ну, мы и похватали, что было, да и прочь из деревни. А потом… помню, огненный шар в нас влетел… Меня с братом выбросило из телеги, а остальных… В общем, так…

— Мне жаль, — Териан отложил еду и продолжил слушать историю мальчика.

— …Мы вдвоём убежали, и нас около заставы встретил гарнизон людей во главе с Даэвом. Так мы и спаслись. Потом Ксимус, мой брат, выяснил, что войско это отсюда — выпускники Санктума были там боевой единицей. Вот он и попросил Даэва пристроить нас сюда… тот согласился.

— А где твой брат сейчас? — спросил Териан.

У Лекаса как ком в горле встал. Он лишь отрывисто пробормотал:

— Погиб…

— Но как же? Когда?!

— Даэвы бессмертны… а люди — нет… Тот гарнизон там так и полёг… А я чудом выбрался и на корабле с беженцами уплыл сюда. Рэйвен, как ни в чём не бывало, меня встретил.

— Кто?

— Перерождённый тот. Рэйвеном его звать. Такой же красивый, статный, в броне… Ему смерть не страшна, друг… Только моложе на вид стал…

После паузы обдумавший всё Териан произнёс:

— М-да уж, твоя история намного ужасней моей… Прости, мне очень-очень жаль.

— Да ничего… Теперь кантуюсь тут. Живу с мыслью о том, как отомщу этим проклятым балаурам за всё… — Лекас скрипнул зубами и сжал кулаки. — Они не достойны жизни за то, что отнимают её у других…

— Сколько тебе лет?.. — пробормотал Териан.

— Двенадцать, как и тебе, — Лекас подумал и спросил. — Будем друзьями?

— Будем, — попытался улыбнуться мальчик, но это вышло довольно убого.

Еда более не шла в горло, и ребята, отнеся приборы, направились к классам, которые располагались в северном крыле около башен. Они шли по длинным коридорам, не торопясь, — времени в запасе было много — и продолжали рассказывать друг другу о себе. С каждой новой историей Лекаса Териану становилось всё хуже и хуже — по сравнению с ним, его проблемы казались сущим пустяком, даже ссора с отцом. Мальчик удивлялся, как его ровесник успел за такую короткую жизнь пережить так много зла и потерь. Ребёнок открыл для себя, что жизнь порой бывает очень несправедливой.

Наконец, парочка добралась до нужного класса. Внутри уже сидела почти вся группа Намуса. Но самого преподавателя пока не было. Мальчики заняли два свободных места в конце и тихо стали ждать начала урока. Через минуту Намус вошёл в аудиторию. На нём была бежевая туника и странный высокий колпак, что вызывал смех у всех студентов без исключения.

Учитель встал возле своего стола и пересчитал ребят. В этот раз было на одного больше, чем обычно. Старик задумался, нахмурив брови, а затем выкрикнул:

— Кто новенький?

Лекас толкнул локтем Териана, чтобы тот встал. Мальчик помялся, а затем осторожно поднялся со своего места.

— Я… — произнёс он.

— Как тебя звать?

— Терианом, я из Фоэты…

Намус скорчил умное лицо, а затем воскликнул:

— Ах да, ты тот самый сын верховного жреца! Хорошо, сядь на место.

Териан кивнул и присел.

— Ты же говорил, что ты племянник священника, — шёпотом спросил Лекас.

Намус дёрнулся и ударил указкой по столу.

— Вы, встаньте оба!

Мальчики повернулись лицом к учителю и по его взгляду сообразили, что просьба была адресована им. Они тихонько поднялись со стульев.

— Не болтать! Ещё одно замечание, и я отправлю вас обоих туалеты зубами чистить! — голос старика был противным и кряхтящим. — Сесть!

Ребята плюхнулись обратно.

— Встать! — злобный возглас снова прозвучал над головами мальчиков. Они вновь вынуждены были послушаться.

— Да вы одинаковые! Не отличить… Больше не садитесь вместе, а то буду путаться. А вот теперь сесть и заткнуться!

«Откуда столько злобы в старике?» — пролетело в мыслях у Териана.

Мальчики, на самом деле, были немного похожи. Русые волосы, большие глаза, да и роста они были примерно одного. Отличал их только цвет глаз: у Териана они были ярко-зелёные, а у Лекаса — тёмно-карими.

Первый урок с другими детьми для Териана прошёл необычно. Преподаватель объяснял материал не только ему, а всему классу, поэтому нужно было понимать всё с первого раза, ведь переспрашивать или просить повторить не разрешалось. Конечно, для ребёнка, привыкшему к личному вниманию, пребывать на обычных занятиях было непривычно. Даже усидеть на месте, не разговаривая, в течение пятидесяти минут, а именно столько длился урок, было задачей отнюдь не из лёгких. То кто-то позовёт, то там что-то интересное, то вдруг спать захотелось… Но нужно было сохранять внимание на протяжении всего занятия. Затем наступал десятиминутный перерыв, а за ним снова урок. И так изо дня в день.

В группы редко приходили новые ученики. С первого занятия каждый класс закреплял свой состав, и его старались не менять. Дети должны были привыкнуть друг к другу. А после того, как они освоятся в своём небольшом «обществе», начинались испытания, направленные на сплочение коллектива. Преподаватели постоянно твердили, что учебная группа — это семья, единый организм, в которой каждый ребёнок — лишь частичка от целого и неделимого. Детей заставляли стоять друг за друга горой, быть не просто друзьями, а братьями, чувствовать друг друга на расстоянии. Одногруппники всегда ходили вместе, одевались похоже, имели одинаковые жесты и привычки, даже шли нога в ногу. После выпускного юноши становились воинами, способными меняться под любую ситуацию и дерущимися всегда вместе, а не в одиночку. Такой боец по определению не мог предать своих друзей и нарушить воинскую клятву — попросту струсить перед лицом врага. Это были идеальные солдаты и офицеры. За несколько лет такое объединение должно было случиться с каждым мини-коллективом.