AlexanderMay – За гранью вечности (страница 14)

Троица вышла из камеры. Асмодианин всё же убрал клинок и правой рукой притянул девушку к себе. Он схватил её за талию и перекинул, словно мешок с зерном, через плечо. Эви вскрикнула, Даэв тут же дёрнул плечом, что, определённо, значило: «Замолчи!». Но переставать кричать элийка не собиралась. Она отчаянно стучала кулаками ему по спине, визжа:

— Отпусти меня! Выродок! Оставь!.. — и тому подобное.

Догадавшись, что пленница не умолкнет, асмодианин грустно вздохнул и рванул с места вперёд, ещё сильнее сжав свои стальные тиски. С двумя элийцами на плечах, Даэв выбежал за металлическую дверь и, убедившись, что стражи нет, побежал вверх по крутой лестнице. Осмотреть помещение девушка не успела — воин двигался быстро, словно пуля.

Впереди тянулся длинный тёмный коридор. Мужчина быстро его преодолел и, с ноги распахнув дверь, выбежал на улицу. Снаружи была ночь. От свежего прохладного воздуха у пленников, несколько дней пробывших в сырой темнице, закружилась голова. На удивление девушки, были они не в Асмодее — кругом цвела трава и не было снега. А по рассказам и книжкам на северной половине Атреи лежат вечные снега и холод такой, что за секунду вымораживает насквозь.

Мужчина побежал к просёлочной дороге. У края её стояла карета с плотно зашторенными окнами. Он остановился около неё и, небрежно скинув девушку наземь, отворил дверцу. Асмодианин ловко закинул мальчугана в салон, а затем таким же образом поступил с непослушной Эви. Она успела лишь увидеть, что неподалёку было большое прямоугольное каменное строение. Дверца захлопнулась. Всё ещё визжащая девушка пыталась открыть её, но не получалось.

«Снова запер», — негодовала она.

Справившись с элийцами, мужчина облегчённо вздохнул: стены повозки не пропускали звук, и можно было отдохнуть от громкого крика девушки. Он неспешно подошёл к лошадям и занял место извозчика. Рявкнув что-то на своём, он пришпорил животных, и упряжка рывком помчалась вдаль.

Салон повозки был отделан дорогой коричневой кожей — было понятно, что этот асмодианин — большая шишка. Хотя этого следовало ожидать: все Даэвы Элиоса — «большие шишки», девушка полагала, что у северян всё то же самое. Экипаж двигался очень быстро — колёса бешено стучали по неровностям — воин куда-то спешил. Кай сидел напротив Эви на мягком диване и молчал, лишь тараща по сторонам свои глазёнки. Девушка, наконец, успокоилась и прекратила истерику. Она села около окошка и одёрнула занавеску — за окном мелькали ночные силуэты деревьев. Эви глянула на небо — на нём не было привычных огней городов противоположной половины мира, не было видно основания Башни Вечности и искажённого свечения Бездны. По тёмному небосводу было рассыпано тысяча маленьких светящихся точек — далёких звезд, чье сияние так тускло доходило до их Айоном забытого мира.

— Мы на внешней стороне… Это Балаурия… — догадалась девушка. — Но, если это не Ингисон, значит… О, Айон! — ахнула она. — Мы в Келькмаросе!

Мальчик услышал, о чём говорит его спутница, но это не вызвало у него никакого удивления — Келькмарос так Келькмарос. Главное — живыми остаться, а где — неважно.

Для Эви же это было шоком. Из Ингисона её бы смогли вызволить элийские легионеры, она так ждала этого, но отсюда… из оплота асмодиан… девушка вмиг потеряла надежду увидеться с родными. Кто знает, что взбрело в голову этому серокожему…

Земли Келькмароса были оккупированы асмодианами, равно как Ингисон — элийцами. Природа этих провинций была схожа — здесь почти всегда было тепло и сухо. Равнин в Балаурии практически не было, кругом — холмы и горные хребты. Зато какая красота! Куча высоких водопадов и бурных рек, красивые овраги, крутые скалы, густые леса и потрясающие горные пейзажи.

Но рассмотреть всю эту прелесть не было времени — асмодианский Даэв как можно скорее хотел добраться до лагеря Ромбуса, дабы сесть там на какой-нибудь корабль шиго и по воздуху попасть в Асмодею. Конечно, в крепости Келькмароса, крупнейшему поселению асмодиан здесь, суда останавливаются чаще, да и плата меньше, но являться туда под мышку с двумя вражескими пленными — попахивало идиотизмом. В городке, куда направлялась повозка, никто не стал бы спрашивать, кто такой, откуда и с кем. Дал деньги — добро пожаловать на борт.

Путь занял довольно продолжительное время, а изголодавшиеся пленники не имели крошки во рту уже несколько дней. Повозка остановилась у входа в селение — здесь нужно было двигаться медленней. Асмодианин аккуратно повёл лошадей шагом и вскоре добрался до гильдии шиго. По улочкам тут же забегали на своих коротеньких ножках разумные мохнатые создания где-то с метр — метр-двадцать ростом, похожие на переросток белки или сурка. Они передвигались вразвалку на двух лапках и несли в тонких пушистых ручках коробки и ящики с грузом. За их спиной полз по земле длинный хвост, на который зверьки постоянно наступали и недовольно кряхтели от этого. Шиго были усердными работниками. Основной контингент торговцев на базарах, грузчиков, перекупщиков, курьеров состоял именно из этих пушистых разумных созданий. Они не гнушались любого заработка и старались везде найти выгоду. Оттого этим с виду милым мордашкам нужно было доверять с осторожностью, ведь могли и нагреть на пару монет, представив старый хлам за новую вещь. По природе своей шиго были очень вежливы и обходительны с людьми — таковы были повадки их расы. После начала войны в Бездне, где мечами и щитами сошлись элийцы, асмодиане и балауры, именно люди освободили этих существ от гнёта ящеров, дав им новый дом и возможности для полноценной жизни. Шиго очень ценили доброту людей и с тех пор воспитывали в себе уважение и почтение и к элийцам, и к асмодианам.

Даэв спрыгнул с кареты и подошёл к пушистому зверьку с блокнотом в мохнатой лапке.

— Кто это тут, нян-нян? — проговорило существо высоким, словно игрушечным, голосом.

— Не узнаёшь? — улыбнулся воин и сверкнул зелёными глазами.

— А, Даэв! Добро пожаловать снова, кярун. Чего пожелаешь?

— Мне и двум моим… друзьям нужно в Белуслан. Срочно, — добавил он. — Можем договориться?

— Мы летим в Морхейм, нян-нян. Но, если добрый Даэв заплатит чуть больше, мы можем сделать небольшой крюк, кярун.

На лице асмодианина засияла довольная улыбка.

— Чудесно… Этого хватит? — он достал из кожаного кармана небольшой звенящий мешочек с монетами и положил его в лапку мохнатому торговцу. Шиго помял мешочек и затараторил:

— Сполна, Даэв. Могу предложить тебе уютную каюту за такую щедрую плату, кярун.

— Предложи.

— Сию минуту, — существо кивнуло и потрусило куда-то маленькими лапками.

Не успел мужчина оглядеться, как оно вернулось.

— Прошу за мной, нян-нян.

Асмодианин подошёл к повозке и отпёр дверь. Грозным взглядом приказав пленникам выходить, он дал сигнал шиго минуту подождать — небольшая заминка. Когда мальчик и девушка выбрались, воин схватил их под локти и силой потащил за зверьком — времени прохлаждаться не было.

Куча шиго в смешных штанишках тащили на горбах ящики на борт крупного деревянного судна. Пускай по красоте и элегантности оно уступало асмодианским и элийским, но по надёжности — ничуть. Асмодианин затащил своих «друзей» по трапу на судно и, ногой распахнув перед собой дверь, бросил их в просторную каюту с большой кроватью около окошка. Мужчина кулаком пригрозил элийцам не высовываться, а сам вышел на палубу к своему пушистому товарищу.

— Можно ещё просьбу? — спросил он.

— Что ещё пожелает Даэв, нян-нян? — услужливо изобразил интерес зверёк.

— Нам бы покушать чего, и побольше.

— Я велю принести, кярун.

— Спасибо, — отсалютовал асмодианин и поспешил вернуться обратно в каюту — мало ли что учудят в его отсутствие.

Но на удивление внутри было тихо. Видимо, у пленников уже не оставалось сил сопротивляться. Он подошёл к шкафу, стоящему возле двери, снял с пояса без конца звенящее оружие и бросил его внутрь. Затем он скинул с себя лёгкую чёрную кирасу, сапоги, перчатки, щитки с плеч и бёдер и остался в тонком кожаном дублете и полуобтягивающих брюках. Мужчина потянулся от приятного чувства свободы и расстегнул все застёжки. Под дублетом была лёгкая белая рубашка с плотным воротником. Даэв всё это время был спиной к девушке и мальчику, поэтому Эви смогла вживую рассмотреть знаменитую асмодианскую гриву, спускавшуюся с шеи и переходящую в густую шерсть где-то под воротником. Это вызвало у неё чувство отвращения, она сморщила лицо и отвернулась.

Закончив с одеждой, мужчина важно сел на стул лицом к элийцам и начал пристально их рассматривать, как всегда слегка прищурившись. В каюте воцарилась тишина. Вдруг корабль тряхануло — судно оттолкнулось от земли и силой Эфира плавно поднялось в воздух. Асмодианин даже не моргнул — такие полёты были для него обычным делом.

В каюту без стука вошли двое зверьков-шиго и поставили на небольшой столик три подноса с едой и напитками. Пожелав на асмодианском приятного аппетита, они удалились. Серокожий бессмертный махнул головой — мол, налетай. Пленники переглянулись и робко подошли к столику. Там было всё: рыба, мясо, овощи, фрукты, вода, соки. Голодные Эви и Кай сначала неуверенно дотронулись до еды, но потом, словно голодные волки, набросились на блюда. Асмодианин молча наблюдал за ними, гордо восседая на своём воображаемом троне. Затем он подошёл к столику, где запасы съестного всё пустели, взял с подноса спелое яблоко и сел обратно. Громко надкусывая фрукт, Даэв продолжил следить за представителями южной половины Атреи своими ядовитыми глазами, почти не моргая. Что-то в них его забавляло, заставляло смотреть всё дольше и дольше.