Alexander Karacharov – Практическое руководство: Психологическая помощь участникам боевых действий, ветеранам и беженцам (страница 7)

Тело воина претерпевает поразительные изменения, превращая его в машину для выживания:

● Повышается бдительность, ускоряется принятие решений.

● Увеличивается сила и выносливость, позволяя выполнять тяжелую работу в режиме "бей или беги".

● Ускоряется свертываемость крови, что может спасти жизнь при ранении.

● Поддерживается температурный баланс в организме.

● Возрастает уверенность в себе и в товарищах.

При этом организм активно работает: учащается пульс и дыхание, повышается температура тела, кожные покровы краснеют или бледнеют, усиливается потоотделение, появляется сухость во рту и мышечный тремор. Могут измениться внешняя активность и частота мочеиспускания. Эти реакции – не признак слабости, а нормальный физиологический ответ на ненормальные обстоятельства.

Боевой дистресс: предел возможностей

Однако, когда сила и продолжительность действия боевых стресс-факторов увеличиваются, а ресурсы организма начинают иссякать, механизмы адаптации перенапрягаются. Восстановление сил становится затруднительным, и в деятельности военнослужащего появляются ошибки. В этот момент конструктивный стресс трансформируется в боевой деструктивный стресс, или дистресс.

Симптомы дистресса включают:

● Физиологические: гипервентиляция, учащенное сердцебиение, холодный пот, жажда, головокружение, утомление, тошнота, рвота, ознобоподобная дрожь.

● Эмоциональные: нервозность, беспокойство, тревога, нерешительность, раздражительность.

Эти реакции сопровождаются резким снижением уверенности в себе, в боевых товарищах и командире, что может привести к еще более деструктивным явлениям. Специалисты выделяют два основных типа дезадаптивного поведения при дистрессе:

● Импульсивный тип: характеризуется падением организованности, хаотичными и несвоевременными действиями (гипердинамия, "двигательная буря"), блокировкой сформированных навыков, снижением надежности из-за повышенной чувствительности.

● Тормозной тип: проявляется замедлением действий и движений вплоть до ступора, подавлением процессов восприятия и мышления (например, пропуском сигналов или нарушением приоритетов), трудностями с принятием решений.

Нарастание деструктивных процессов может сопровождаться более серьезными нарушениями:

● Эмоционально-сенсорные нарушения: искажение восприятия боевой обстановки (снижение четкости, точности восприятия размеров и расстояний), приоритетное восприятие второстепенных элементов, перенос внимания с внешних стимулов на внутренние, ощущение нереальности происходящего, возникновение иллюзий. Например, стрелок не может совместить мушку с целью, оператор не видит цель на экране, у летчика возникают пространственные иллюзии.

● Эмоционально-ассоциативные нарушения: ошибочные умозаключения, принятие неверных решений, нарушения памяти и воображения, снижение логичности и критичности мышления, мыслительный ступор.

● Эмоционально-моторные нарушения: снижение согласованности и точности действий (например, дергание курка, "вырывание рычагов"), снижение волевого потенциала, развитие "предстартовой лихорадки" или "боевой апатии", нарушение эффективности взаимодействия.

Боевой травматический стресс: точка невозврата

Боевой травматический стресс возникает, когда на воина воздействуют стресс-факторы такой разрушительной силы, что у него просто нет ресурсов для их преодоления. Это та самая "критическая точка", о которой мы говорили ранее.

Травматический стресс определяется специалистами как "специфический класс критически изменяющих обыденную жизнь событий, которые, обладая ярко выраженной новизной, чрезвычайно негативным воздействием (по причине серьезной угрозы собственной жизни) и высокой интенсивностью, являются крайне нежелательными для человека". Эти события, как правило, превышают возможность самоконтроля, обладают малопредсказуемой динамикой и приводят к многочисленным медико-социальным последствиям, о которых мы поговорим в следующих главах.

Понимание этих стадий стресса позволяет нам не только глубже осмыслить человеческий опыт на войне, но и разрабатывать более эффективные методы поддержки и реабилитации для тех, кто прошел через эти нечеловеческие испытания.

Итак, мы подошли к критической точке, где адаптация ломается, и стресс переходит в качественно иное состояние. Главное отличие боевого травматического стресса от его конструктивных и деструктивных собратьев заключается в том, что механизмы саморегуляции воина временно выходят из строя. Это словно предохранитель, который не выдержал напряжения и "выбило". Человек теряет способность ориентироваться в боевой обстановке, а порой и в собственной личности, и, что самое страшное, утрачивает контроль над своим поведением.

Симптомы "выбитого предохранителя"

На уровне психики боевой травматический стресс проявляется в удивительных и пугающих феноменах:

● Временная функциональная слепота или глухота: солдат может видеть происходящее, но его мозг не регистрирует угрозу, или он слышит звуки, но не способен их осмыслить.

● Анальгезия: частичная или полная потеря болевой чувствительности, что, хотя и кажется преимуществом в бою, является тревожным сигналом о глубоком нарушении.

● Зрительные и слуховые галлюцинации: человек может видеть или слышать то, чего нет на самом деле, погружаясь в мир, созданный его же травмированной психикой.

● Неспособность к концентрации, частичная или полная потеря памяти: травма может "стирать" воспоминания о критическом моменте или, наоборот, сделать их фрагментированными и бессвязными.

● Гиперестезии: аномальная повышенная чувствительность к обычным раздражителям.

● Нарушение логики и быстроты мышления, критического восприятия обстановки: воин не может адекватно оценить ситуацию или свои действия.

● Ослабление воли: неспособность принимать решения и действовать.

На поведенческом уровне симптомы проявляются в двух полярных формах:

● Гиперреактивная форма: метания в поисках укрытия, буйство, неконтролируемые вспышки истерического смеха, плача, крика, бешенства, раздражительности и злобы. Это словно внутренний ураган, вырывающийся наружу.

● Гипореактивная форма: состояние ступора, апатии, заторможенности движений, безразличия к опасности, "замирания под огнем", обморочные состояния. Здесь, наоборот, наблюдается полное отключение, паралич воли и реакции.

На телесном уровне боевой травматический стресс оставляет глубокие физиологические отпечатки:

● Чрезвычайно учащенное сердцебиение (свыше 160 ударов в минуту), давящая боль в области сердца и грудной клетке.

● Ослабление зрения и слуха, хотя физически органы чувств могут быть не повреждены.

● Неконтролируемые мочеиспускание и дефекация – проявление крайнего стресса и потери контроля над телом.

● Боли различного характера без видимой физической причины.

● Функциональные параличи рук, ног, всего тела.

Боевая психологическая травма: прорыв защитного барьера

Когда травматический стресс закрепляется в мышцах, в физиологической, когнитивной, эмоциональной, поведенческой сферах и в личности военнослужащего, проявляясь за рамками конкретной травматической ситуации, это уже боевая психологическая травма. Мы определяем её как прорыв защитного слоя психики (адаптационного барьера) военнослужащего, который сопровождается:

● Разрушением базовых ценностей: мир, безопасность, доверие – всё это может быть подорвано.

● Дезинтеграцией идентичности личности: воин может перестать понимать, кто он такой, потерять связь с прежним "я".

● Формированием разноуровневых патологических механизмов регуляции поведения: человек начинает действовать неадекватно в мирных условиях.

Боевая психологическая травма глубоко затрагивает базовые убеждения, ценности, личность, психику, нервную систему и тело военнослужащего. Она кардинально меняет его восприятие внешнего мира и самого себя, становясь мощным предиктором отсроченного боевого стресса.

Факт: По оценкам исследователей Н.В. Тарабриной и М.М. Решетникова, боевая психическая травма может развиться у 3,2% комбатантов, подвергшихся воздействию потенциально травмирующих событий. При этом 61,2% из них справляются с ней самостоятельно в течение двух лет, но у 38,8% прогнозируется развитие посттравматического стрессового расстройства (ПТСР).

За пределами ПТСР: новые горизонты

Важно понимать, что ПТСР – это не единственное отсроченное постстрессовое расстройство. В соответствии с последней Международной классификацией болезней (МКБ-11), в блок "Расстройства, непосредственно связанные со стрессом" входят:

● Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) (6B40)

● Осложненное посттравматическое стрессовое расстройство (6B41) – более тяжелая и стойкая форма.

● Затяжная патологическая реакция горя (6B42)

● Расстройство адаптации (6B43) и другие.

Однако в последние годы научная литература все чаще описывает феномен, который идет вразрез с привычными представлениями о травме – посттравматический рост. Это адаптивный отсроченный постстрессовый феномен, проявляющийся в том, что участники боевых действий, пережившие травматический стресс, не только выживают, но и обретают новую энергию, ресурсы и мотивацию для более активной и плодотворной жизни. Они словно "перерождаются" через боль, становясь сильнее и мудрее.