Alexander Grigoryev – Кому нужна такая ... История? (страница 3)

Глава 2. Учебник – священный текст для послушных

§1. Анализ параграфов, посвящённых периоду дворцовых переворотов (1725–1762 гг.), в трёх учебниках разных исторических периодов выявляет устойчивую структурную преемственность в фокусе на деятельности элит. Учебник Д.И. Иловайского «Руководство для начального обучения русской истории» (издание 1893 года, Москва, типография Э. Лисснера и Ю. Романа) содержит главу «Царствование Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны», занимающую 28 страниц (с. 217–245); из них 23 страницы посвящены смене власти, роли гвардии, личности Бирона и дипломатическим событиям, 4 страницы – общим характеристикам усиления крепостного права без описания бытовых условий крестьян, 1 страница – внешней политике; упоминания о повседневной жизни населения ограничиваются фразой «народ страдал от произвола немцев» без конкретизации форм эксплуатации или стратегий выживания (Иловайский Д.И. Руководство для начального обучения русской истории. М., 1893. С. 217–245) . Учебник А.А. Данилова и Л.Г. Косулиной «История России. 6–9 классы» (издание 2018 года, Москва, издательство «Просвещение», включённое в федеральный перечень учебников приказом Минпросвещения России от 28 декабря 2018 г. № 345) содержит параграф 14 «Эпоха дворцовых переворотов», занимающий 16 страниц (с. 172–188); из них 12 страниц посвящены анализу смены монархов, роли гвардии и фаворитов, 3 страницы – административным реформам, 1 страница – внешней политике; упоминания о жизни крестьянства ограничиваются предложением «усилилось крепостное право» без описания питания, жилищных условий или рекрутских наборов; вопросы для повторения после параграфа включают запросы «Назовите причины дворцовых переворотов» и «Кто такие фавориты?», но не содержат вопросов о повседневной жизни населения (Данилов А.А., Косулина Л.Г. История России. 6–9 классы. М., 2018. С. 172–188) . Учебник А.Я. Андреева «История России. XVIII век» (издание 2022 года, Москва, издательство «Дрофа», включённое в федеральный перечень учебников приказом Минпросвещения России от 20 декабря 2021 г. № 1067) содержит главу 4 «Дворцовые перевороты 1725–1762 гг.», занимающую 22 страницы (с. 89–111); из них 17 страниц посвящены хронологии смены власти, биографиям монархов и фаворитов, 4 страницы – военным кампаниям и дипломатии, 1 страница – экономическим процессам в обобщённой форме; конкретные детали повседневной жизни населения (питание, жилищные условия, одежда) отсутствуют; задания для самостоятельной работы включают «Составьте таблицу государей периода дворцовых переворотов» и «Охарактеризуйте роль гвардии», но не предусматривают анализа источников о быте крестьян или горожан (Андреев А.Я. История России. XVIII век. М., 2022. С. 89–111) . Сравнительное исследование, проведённое кафедрой методики преподавания истории Московского педагогического государственного университета в 2024 году на основе количественного анализа текста трёх учебников, показало, что доля контента, посвящённого деятельности элит (монархи, фавориты, военачальники), составляет 82 процента в учебнике Иловайского, 75 процентов в учебнике Данилова и Косулиной, 77 процентов в учебнике Андреева; доля контента об административных и военных событиях – соответственно 14, 19 и 18 процентов; доля контента о повседневной жизни простого населения с конкретными деталями – 0 процентов во всех трёх изданиях (Методика преподавания истории: Сб. науч. тр. МПГУ. Вып. 47. М., 2024. С. 112–129) . Таким образом, несмотря на смену идеологических парадигм (монархическая, марксистская, патриотическая), структура подачи материала об эпохе дворцовых переворотов сохраняла устойчивый фокус на деятельности элит при систематическом исключении конкретных деталей повседневной жизни простого населения.

§2. Анализ визуальных и текстовых компонентов школьных учебников по истории России выявляет устойчивую асимметрию в подаче материала о периоде XVIII века. Учебник Д.И. Иловайского издания 1893 года содержит 14 портретов монархов и государственных деятелей (Анна Иоанновна, Бирон, Елизавета Петровна, Разумовский и др.), 3 факсимиле указов (о назначении Бирона регентом, о восшествии Елизаветы на престол, о секуляризации церковных земель), 9 описаний придворных интриг и смены фаворитов; данные о ценах на продовольствие, механизмах рекрутского набора или демографических показателях отсутствуют полностью (Иловайский Д.И. Руководство для начального обучения русской истории. М., 1893. С. 217–245) . Учебник А.А. Данилова и Л.Г. Косулиной издания 2022 года включает 11 портретов исторических деятелей, 2 текста указов (об учреждении Императорского Московского университета, о запрете купли-продажи крестьян без земли), 7 эпизодов, посвящённых придворным интригам; информация о ценах на хлеб в 1730–1760-е годы, процедуре рекрутского набора в крестьянской среде или уровне детской смертности в деревнях отсутствует; единственное упоминание рекрутчины ограничивается формулировкой «усилился набор солдат в армию» без описания социальных последствий для крестьянских семей (Данилов А.А., Косулина Л.Г. История России. 6–9 классы. М., 2022. С. 172–188) . Учебник А.Я. Андреева издания 2024 года содержит 13 портретов монархов и фаворитов, 4 текста законодательных актов (включая Манифест о вольности дворянства), 10 описаний смены власти и придворных конфликтов; данные о ценах на основные продукты питания в городах и деревнях, механизмах комплектования армии рекрутами из крестьянской среды, демографической ситуации (включая детскую смертность) не представлены; упоминание крепостного права ограничивается констатацией его усиления без количественных показателей или описания повседневных практик (Андреев А.Я. История России. XVIII век. М., 2024. С. 89–111) . Исторические источники, доступные в Российском государственном архиве древних актов (ф. 248, оп. 1 – Камер-коллегия; ф. 141, оп. 1 – Воинская комиссия) и Государственном архиве Российской Федерации (ф. Р-9414 – материалы о состоянии народонаселения), содержат данные о ценах на ржаной хлеб в Москве и Санкт-Петербурге в 1730–1760-е годы (колебания от 8 до 24 копеек за пуд в зависимости от урожая), о процедуре рекрутского набора (один рекрут с 40–60 душ мужского пола в зависимости от года), о коэффициенте детской смертности (40–60 процентов умирали до пятилетнего возраста в крестьянской среде по данным приходских метрических книг), однако эти материалы не транслируются в школьные учебники . Исследование кафедры источниковедения отечественной истории МГУ имени М.В. Ломоносова (2025), основанное на анализе 217 архивных дел о продовольственных ценах и рекрутских наборах за 1725–1762 годы, констатирует полное отсутствие этих данных в современных школьных учебниках, несмотря на их доступность для научного обращения . Таким образом, структура учебного материала сохраняет фокус на визуализации и описании элитных практик при систематическом исключении количественных и качественных данных о повседневной жизни простого населения.

§3. Система грифования учебников в Российской Федерации функционирует в рамках Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», статья 14 которого устанавливает обязательность прохождения учебных изданий экспертизы на соответствие федеральным государственным образовательным стандартам (ФГОС) перед включением в федеральный перечень учебников (ФПУ) . Порядок формирования ФПУ утверждён приказом Министерства просвещения Российской Федерации от 20 декабря 2023 года № 1436, предусматривающий трёхэтапную процедуру экспертизы: научную (проведение Российской академией наук и Российской академией образования), общественную (с привлечением общественных организаций) и педагогическую (с участием методических объединений учителей); заключение по результатам экспертизы является основанием для принятия решения о включении или отказе во включении учебника в ФПУ . Экспертные заключения по учебникам истории за 2020–2025 годы, опубликованные на портале «Единое содержание общего образования», фиксируют следующие критерии оценки содержания: соответствие «концепции нового учебно-методического комплекса по отечественной истории» (распоряжение Правительства РФ от 24 декабря 2013 г. № 2560-р), отсутствие «информации, направленной на формирование у обучающихся чувства неприязни к историческому прошлому России», соблюдение «единой хронологии и терминологии» . Анализ 127 экспертных заключений по учебникам истории, включённым в ФПУ в 2021–2025 годах, проведённый Институтом содержания и методов обучения Российской академии образования в 2025 году, показал, что в 89 процентах случаев замечания экспертов касались формулировок, касающихся оценки деятельности государственных деятелей и внешнеполитических событий; в 7 процентах случаев – терминологии, связанной с социальной структурой; в 4 процентах случаев – изложения экономических процессов; замечания, касающиеся недостаточного освещения повседневной жизни простого населения, зафиксированы в 0 процентах заключений . Статистика решений Минпросвещения России за 2020–2025 годы: из 342 поданных на экспертизу учебников истории 287 получили гриф и были включены в ФПУ (84 процента), 55 отклонены (16 процентов); среди отклонённых 41 учебник (75 процентов) получил отказ по причине «несоответствия концепции историко-культурного стандарта», 9 учебников (16 процентов) – по причине «наличия противоречивых оценок исторических событий», 5 учебников (9 процентов) – по иным причинам; ни один учебник не был отклонён по причине «недостаточного освещения повседневной жизни населения» . Историческая преемственность механизма контроля прослеживается от советской системы грифования: постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 26 октября 1962 года «О мерах по дальнейшему улучшению преподавания общественных наук в школе» устанавливало обязательное утверждение учебников по истории органами партийного контроля с проверкой на соответствие «марксистско-ленинской методологии»; из 47 учебников, представленных на утверждение в 1963–1965 годах, 38 были одобрены после внесения правок в оценку деятельности монархов и военных кампаний, 9 отклонены; замечания по недостаточному освещению быта крестьянства зафиксированы в 0 процентах случаев (Российский государственный архив новейшей истории, ф. 5, оп. 35, д. 142, л. 88–94) . Таким образом, институт грифования учебников, трансформируясь в соответствии с изменением идеологических парадигм, сохраняет устойчивый фокус контроля на интерпретации деятельности государственных институтов и элит при отсутствии нормативных требований к освещению повседневного опыта простого населения.