Alexander Grigoryev – Черный камень (страница 3)

– Не бойся, это съедобно. Я Николай. А это мои братья – Пётр, Алексей, Дмитрий, Сергей, Михаил. И Иван – он старший.

Алиса робко улыбнулась.

– Очень приятно.

Николай улыбнулся в ответ – светло, открыто, совсем по-мальчишески.

– Не скучай. Мы здесь хоть и серые, но весёлые.

Где-то вдалеке загудела сирена, оповещая о конце смены. Жизнь на «Чёрном Камне» продолжалась.

Алиса и представить не могла, что эти семеро станут её единственной защитой в мире, где у неё не осталось никого.

Глава 4. Технологии труда

Утро на «Чёрном Камне» начиналось не с рассвета – здесь не было рассветов. Только резкий сигнал побудки, пронзительный и безжалостный, врывался в каюты ровно в пять ноль-ноль. Алиса подскочила на койке, не сразу сообразив, где находится. Гул вентиляции, запах металла, чёрная стена за иллюминатором – реальность вернулась слишком быстро.

Она оделась и вышла в коридор. Мимо уже шли люди – усталые, невыспавшиеся, но дисциплинированные. Никто не разговаривал, только топот ног по металлическим решёткам. Алиса направилась в столовую, надеясь увидеть знакомые лица.

Братья сидели за тем же столом. Иван уже был в экзоскелете – массивной конструкции, которая обхватывала его тело, как вторая кожа. Гидравлика тихо шипела при каждом движении. Иван жевал серую массу, одновременно проверяя какие-то показатели на голографическом экране, висящем перед его лицом.

– Присаживайся, – кивнул он Алисе. – Сегодня смена тяжёлая. Если хочешь посмотреть, как мы работаем – держись рядом, но не мешай.

Алиса кивнула и села рядом с Николаем. Тот улыбнулся ей, но тоже был занят – листал какие-то бумаги, испещрённые цифрами.

– Что это? – спросила она шёпотом.

– Отчёты, – вздохнул Николай. – Корпорация любит бумажки. Сколько руды добыли, сколько потратили взрывчатки, сколько часов отработали. Если хоть одна цифра не сойдётся – штраф.

После завтрака все двинулись в шахту. Алиса шла за братьями, стараясь не отставать. Коридоры становились всё уже, воздух – тяжелее. Где-то в глубине гудели механизмы, звук отдавался в груди низкой вибрацией.

Шахта встретила их полумраком и оглушительным грохотом. Огромные комбайны вгрызались в породу, выплёвывая обломки на транспортерные ленты. В воздухе висела пыль, искры сыпались отовсюду, а под ногами ходила ходуном металлическая платформа.

Иван шагнул вперёд, и экзоскелет ожил. Гидравлика взревела, металлические мышцы напряглись. Он подхватил многотонную глыбу, словно пушинку, и аккуратно опустил её на платформу. Алиса смотрела, затаив дыхание.

– Нейроинтерфейс, – прокричал Николай, перекрывая шум. – Чип в позвоночнике соединяется со скелетом. Думаешь – и он делает. Иван говорит, что чувствует глыбу, как продолжение руки.

– А если чип сломается? – крикнула Алиса.

– Тогда сам таскай, – усмехнулся Николай. – Только без скелета много не поднимешь.

Пётр возился рядом с комбайном. Машина была старой, вечно ломалась. Пётр, перепачканный смазкой, копался в её внутренностях, что-то подкручивал, соединял провода. Над ним висел голографический экран с инструкцией, но Пётр даже не смотрел – делал всё на ощупь, по памяти.

– Гений, – сказал Николай с гордостью. – Может из двух сломанных машин одну работающую собрать. Корпорация злится, потому что приходится меньше запчастей покупать.

Дальше по коридору Алексей, медик братьев, проверял чипы здоровья у рабочих. Каждый подходил, прикладывал руку к сканеру, и на экране появлялись показатели. Алексей кивал или хмурился, делал пометки.

– Слежка, – объяснил Николай. – Корпорация знает о нас всё: пульс, давление, уровень стресса. Если кто-то переработал – штраф. Если не вышел на смену – штраф. Если чип сбоит – штраф.

– А если чип специально сломать? – спросила Алиса.

– Сергей пробовал. Система сразу бьёт тревогу. Прибегает охрана.

Сергей сидел в углу мастерской, уткнувшись в несколько голографических экранов. Его пальцы летали над виртуальной клавиатурой, на лицах мелькали тени от бегущих строк кода.

– Корпоративные логи, – пояснил Николай. – Он пытается найти дыры. Говорит, что все системы можно взломать, если достаточно долго сидеть. Корпорация, конечно, знает и ставит защиту. Но Сергей хитрый.

В небе над шахтой (если это можно было назвать небом) проплыл дрон-наблюдатель. Маленький, юркий, с красным мигающим глазом. Он завис над братьями на секунду и двинулся дальше.

– Это Кроссовы ищейки, – помрачнел Николай. – Виктор Кросс, начальник безопасности. Любит следить. Говорят, у него везде глаза. Даже здесь, на дне.

Алиса почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она вспомнила слова Кирилла: «Будь осторожна».

Михаил патрулировал периметр. На поясе у него висел бластер, в руках – сканер. Он шёл медленно, вглядываясь в темноту, проверяя каждый угол.

– Бывший военный, – сказал Николай. – Лучший снайпер в секторе. Кросс его боится, потому что Михаил знает все его фокусы.

– А ты чем занимаешься? – спросила Алиса.

Николай вздохнул и показал на стопку бумаг.

– Документация. Отчёты, накладные, графики. Я самый молодой, мне и достаётся бумажная работа. Зато хоть не в шахте.

Алиса посмотрела на братьев – на Ивана в экзоскелете, на Петра, копающегося в комбайне, на Сергея за экранами, на Михаила с бластером. И рядом с ними – на Николая с его бумагами.

– Вы не похожи на обычных рабочих, – сказала она.

– Мы не обычные, – усмехнулся Николай. – Мы Ковали. Наш отец… он нас научил выживать. И мстить, если придётся.

В его глазах мелькнула тень, но тут же исчезла.

– Пойдём, принцесса, – он легонько коснулся её плеча. – Покажу тебе остальное. Тут ещё много интересного.

Алиса пошла за ним, чувствуя, что эти семеро – не просто шахтёры. Они – семья. Семья, которая умеет защищать своих.

И, возможно, именно здесь, на этой серой, уродливой станции, она найдёт то, чего ей так не хватало на Глории.

Настоящих людей.

ЧАСТЬ 1. СМЕРТЬ

Глава 5. Тревога

Утро на «Чёрном Камне» началось как обычно – с пронзительного сигнала побудки, разорвавшего тишину жилого модуля. Иван уже стоял в экзоскелете, проверяя показатели на голографическом экране. Пётр возился с каким-то механизмом в углу мастерской. Алексей проверял аптечку. Дмитрий ушёл в ангар готовить «Стрекозу» к очередному рейсу.

Николай проснулся с ощущением, что что-то не так. Он лежал на койке, глядя в потолок, и пытался понять, что именно его тревожит. Тишина? Нет, станция никогда не бывает тихой – гудит вентиляция, шуршат механизмы, где-то далеко ухает дробилка. Что-то другое.

Алиса. Он не слышал её шагов.

Обычно она вставала раньше всех, тихо проскальзывала в душ, потом сидела в столовой с чашкой синтетического кофе и смотрела в одну точку, пока братья собирались на смену. Николай привык видеть её там. Сегодня её не было.

Он поднялся, накинул куртку и вышел в коридор. Прошёл мимо душевой – пусто. Заглянул в столовую – только несколько рабочих, равнодушно жующих серую массу. Алисы нет.

Сердце почему-то забилось быстрее. Николай направился к её каюте.

Дверь была закрыта. Он постучал – тишина. Постучал сильнее – снова тишина. Внутри зашевелился холодный страх.

– Алиса? – позвал он. – Ты там?

Молчание.

Николай нажал на панель экстренного открытия. Система отреагировала не сразу – что-то было не так с замком. Наконец дверь со щелчком отъехала в сторону.

Он вошёл и замер.

Алиса лежала в криокапсуле. Крышка была закрыта, внутри горел тусклый аварийный свет. Её лицо казалось спокойным, почти счастливым – глаза открыты, на губах застыла лёгкая улыбка. Но она не дышала. Совсем.

Николай рванул к капсуле, заколотил по крышке.

– Алиса! Алиса, очнись!

Пальцы нащупали аварийный открыватель. Крышка медленно поднялась, выпуская облако холодного пара. Николай схватил её за руку – холодная, безжизненная. Прижался ухом к груди – ни удара.

– НЕТ! – закричал он, но крик застрял в горле, превратившись в хрип.

Через минуту в каюте уже были все братья. Иван оттащил Николая в сторону, сам склонился над телом. Алексей проверил пульс, посветил в глаза фонариком.

– Мертва, – сказал он тихо. – Часов шесть-семь назад.