Alex Coder – Невеста Стали. Дочь гнева (страница 15)

Он приблизил свое лицо к её лицу, обдав запахом вина:

– Ты кто такая? Отвечай! Не дури мне голову! Уж не девка ли ты порченая, которую отец скрывал? Или умом скорбная?

Весняна почувствовала, как земля уходит из-под ног. Внутри все сжалось в ледяной комок. Если он узнает – это конец. Яма. Кнут. Смерть.

Страх парализовал на секунду, но следом вскипела та самая злость, что помогла ей выжить в нищете. Злость загнанной крысы.

Она не отвела взгляд. Она нагло, широко улыбнулась ему прямо в лицо, оскалив зубы.

– Болезнь, батюшка, – сказала она громко, даже с вызовом, сбрасывая его руку. – Лихорадка у меня была по осени. Жар такой, что мозг плавился. Три дня в бреду лежала. Память-то и отшибло. Слова забыла, буквы забыла, манеры все выветрились. Лекари еле с того света вытащили.

Она схватила со стола кубок и залпом осушила его.

– Отец, видать, постеснялся тебе, другу старому, сказать, что дочь его теперь… с придурью. А я, вишь, живучая. Так что терпи, муж мой. Какую взял – такая и есть. Другой Ярославы у тебя не будет.

Светозар отшатнулся. В этой наглости было столько правды (или безумия?), что он растерялся.

Лихорадка… Это объясняло многое. Повреждение ума от жара – дело нередкое. Но червь сомнения уже прогрыз в его душе дыру.

– Болезнь, значит… – протянул он, глядя на неё с брезгливостью и подозрением. – Память отшибло?

Он развернулся и пошел прочь из гридницы, бросив на ходу:

– Проверим твою память. Я отпишу твоему отцу. Пусть расскажет мне про эту "лихорадку". А пока… жри. Раз манер нет – хоть жиру набери для сына.

Дверь захлопнулась. Весняна сползла на лавку, трясущимися руками хватаясь за край стола.

Она выиграла время. Но она понимала: как только гонец доедет до вотчины Мстислава и вернется – ей конец.

Время пошло.

Глава 20. Письмо раздора

Терпение боярина Светозара лопнуло не с криком и битьем посуды, а с тихим, зловещим треском ломаемого гусиного пера.

Он сидел в своей рабочей клети при свете масляной лампы. Перед ним лежал чистый лист дорогого пергамента. Он смотрел на него долго, хмуря кустистые седые брови, собираясь с мыслями.

Сомнения, копившиеся неделями – неуклюжесть жены, её дикое чавканье, незнание грамоты, странный блеск в глазах, когда она видит золото, – переросли в уверенность. Его обманули.

Друг детства Мстислав либо выжил из ума, либо решил посмеяться над старостью Светозара, подсунув ему порченый товар. "Лихорадка", о которой говорила эта девка, могла объяснить потерю памяти, но она не могла превратить благородную кровь в водицу, а манеры княжны – в ужимки портовой девки.

Светозар обмакнул новое перо в чернильницу. Он писал медленно, выводя каждую букву с яростной аккуратностью. Тон письма был вежливым, как полагается меж равными, но каждое слово в нем сочилось ядом.

«Другу моему старинному, боярину Мстиславу,

Мир дому твоему.

Пишу тебе с тревогой великой. Дочь твоя, Ярослава, кою я принял в свой дом с честью, вызывает у меня оторопь. Не узнаю я в ней того дитя, что помнил. Не знает она молитв святых, ни древних гимнов. Грамоты не разумеет, словно холопка дворовая. Речи ведет простые, грубые, а к вину и яствам жадна сверх меры.

Ссылается она на болезнь тяжкую, что разум якобы повредила. Но сдается мне, друг мой, что болезнь эта глубже сидит. Или же девка, что приехала ко мне – не того полета птица. Уж не порченую ли ты мне прислал, скрыв изъян ума или чести? Уж не подмена ли это в пути случилась, или, прости боги, твой злой умысел?

Развей сомнения мои. Ибо если обман вскроется – не посмотрю на дружбу нашу. Позор смою кровью, а род твой прокляну до седьмого колена».

Светозар посыпал чернила песком, сдул его, свернул пергамент в тугую трубку.

Накапал на шов горячим красным воском. Прижал тяжелым перстнем-печаткой.

Красная клякса на белом пергаменте смотрелась как капля свежей крови.

– Неждан! – крикнул он.

В комнату вошел верный человек – не холоп, а начальник гонцов.

– Возьми лучшего коня. Гнедого, арабских кровей. Скачи к Мстиславу, в Северскую землю. Не ешь, не спи, коней меняй на поставах, но письмо доставь лично в руки. И ответ привези. Сроку тебе – две седмицы.

– Будет исполнено, боярин, – гонец спрятал свиток за пазуху и поклонился.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.