Алеся Троицкая – Возрождённая (страница 24)
— Только после второго акта.
— Что? — Я непонимающе моргнула. Асмодей беспечно указал пальцем мне за спину.
Я резко обернулась и увидела еще одного матроса, идущего на меня. Тот, который валялся под ногами, перестал скулить и рыкнул:
— Хватай ее, Крыса!
— Крыса?! Серьезно?.. Парни, вам срочно нужна помощь в придумывании нормальных имен!
Мужчина, который внешне был больше похож на медведя, оскалился. Было заметно, что он имеет какое-то психическое отклонение. Издав неприятно булькающий звук, он вытянул перед собой руки и медленно пошел на меня. Я просто остолбенела.
— Боже, парень, да ты просто мечта всех девиц!
Я сделала шаг назад и повернулась к Асмодею, ища поддержки. Но тот был занят: увлеченно рассматривал свои ногти.
— Что, собираешься посетить маникюрный салон по прибытии?!
— Возможно. Мирослава, не отвлекайся.
Эту ситуацию можно было бы назвать комичной, если бы она не была такой странной. Я даже бояться перестала: ловко перепрыгнула через сидящего на полу человека, который до сих пор был не в силах подняться, и, встав за спиной Асмодея, похлопала его по плечу:
— Взять его!
— Мира, я тебе не собака.
— Однозначно, ты лучше. Ты ведь не гадишь, где попало.
Асмодей послал в мою сторону убийственный взгляд.
— Или гадишь? — Я невинно похлопала ресничками.
— Разве я не говорил, что покидать комнату не безопасно? — Асмодей с упреком покачал головой. Его явно не заботил матрос, который с безумными глазами и вытянутыми вперед руками размеренно шел по направлению к нам. Может, в этот момент он считал себя Терминатором?
— Отдай эту сучку нам! — взревел первый мужик, поднимаясь с пола. — Я научу ее хорошим манерам!
— Тебе девушка вроде намекнула, что у тебя смердит изо рта.
— Да-да, — подтвердила я, выглядывая из-за широкого плеча Асмодея.
И тут мужика словно поразило током. Он внимательно присмотрелся ко мне и ахнул:
— Чтоб я сдох!
— Воняешь ты как настоящий труп! — быстро вставила я своих пять копеек.
— Я узнал тебя… то есть, вас… Черт, ты та сука, которая вместе со своей чокнутой мамашей рушит наш мир!
Его глаза налились кровью, и он, вытянув костлявые руки, попытался схватить меня, но кулак Асмодея раз и навсегда оборвал любые его попытки. Смердящий матрос без чувств рухнул на пол.
— Отдохни, приятель! — радостно выкрикнула я. Асмодей только вздохнул.
Второй матрос по прозвищу Крыса и по совместительству больной на голову остановился в замешательстве и посмотрел на распластавшееся тело.
— Что замер? Ты следующий!
Понимания во взгляде Крысы было столько, что я разубедилась в его отклонениях, но ровно на две секунды, пока он не развернулся и не побежал прочь, издавая ужасные звуки и размахивая руками над головой.
— Боже, и из таких идиотов состоит вся команда?! — Я уперла руки в бока и оказалась перед лицом Асмодея. — Ладно, об этом я подумаю позже. А теперь пришло время для разговора. Выкладывай.
— Мирослава…
— Ш-ш-ш, не хочу слушать глупые отговорки! Они меня уже раздражают и начинают пробуждать мою внутреннюю тьму. — Асмодей как-то странно на меня посмотрел, и я пояснила: — Я говорю о своей темной сущности, которая жаждет, чтобы я вцепилась в твое горло зубами.
— Расскажи, что еще за сущность…
— Нет, пока ты не расскажешь мне, что творится с Землей!
Асмодей тяжело выдохнул и резко провел рукой по волосам, проявляя нервозность.
— Может, поговорим в каюте?
— Нет. Говори быстро, здесь и сейчас.
— Хорошо! Хорошо. Если тебе будет легче, я скажу. Но ты должна пообещать, что будешь держать себя в руках.
— Говори же! — угрожающе прошипела я.
Слова давались Асмодею с явным трудом, они как будто застряли на полпути в горле. И только тогда, когда выражение его лица превратилось в маску сочувствия и жалости, он произнес:
— Планеты под названием Земля больше не существует.
В этот момент корабль сильно качнуло.
— Черт, это не к добру! — Асмодей грубо выругался и подхватил мое тело, которое вмиг отказалось мне подчиняться, ослабло и намеривалось рухнуть на пол, словно тряпичное. — Как это все не вовремя!
Покачиваясь, мужчина отнес меня в нашу каюту и осторожно, словно хрупкий цветок, уложил на кровать. Прикрыл покрывалом и улегся рядом, бормоча что-то успокаивающее.
За маленьким иллюминатором сверкнула яростная изломанная молния, притянув следом оглушающий грохот. Волны стали неистово биться о борт корабля, надеясь то ли пробить его, то ли потопить, а если не получится, то хотя бы потрепать. И если бы не могучее тело за моей спиной, я бы уже не раз скатилась с лежака.
— Мира, прости… Прости… прости…
Асмодей повторял это как мантру, как заклятие. Но никакие слова в данную секунду не могли пробить тот хаос из образов и картинок в моей голове, которые проносились со скоростью света. Воспоминаний о жизни на Земле. И в эту секунду я надеялась, что шторм — это своего рода благословение: он потопит корабль и поглотит меня, навсегда избавив мою душу от разрывающих ее страданий…
Глава 12.
Дурнота сменилась растерянностью, чернота — серостью, боль — холодом. Я не сразу сообразила, что со мной произошло, но быстро поняла, что я уже не в море, не на корабле, и рядом нет мужчины, который меня обнимает и нашептывает успокаивающие слова.
Я обнаружила себя в неизвестном месте, на промозглой земле, в окружении дикой северной природы. Осознание того, что я совершила прыжок под гнетом чувств ужаса и безысходности, пришло не сразу. Странно, но я уже забыла, что такое неконтролируемые прыжки, и не знала, как на это реагировать сейчас. Ведь там, где я очутилась, могло происходить все, что угодно. Я приподнялась с земли и внимательно осмотрела местность, в которой себя обнаружила.
Было раннее утро. Я находилась на крутом утесе, в окружении гор с припорошенными снежными вершинами, похожими на взбитые сливки. Ниже, под склоном утеса, располагалась плато. Очень уютное плоскогорье, с одной стороны окруженное густым хвойным лесом, а с другой — крутым обрывом. Оттуда сейчас можно было наблюдать восход солнца, который казался божественным таинством.
Да, такой неописуемой красоты я не видела очень давно. Огромный полукруг желтого цвета возвещал о начале нового дня. В такую секунду хотелось горько заплакать — не важно, от радости или от горя, главное — просто выказать дань уважения этому прекрасному явлению, происходящему на Земле… нет, подождите! НА ЗЕМЛЕ?!!
Но как такое возможно? Если Асмодей сказал, что Земли больше не существует, то почему я оказалась именно на ней? Может, я прыгнула в прошлое, до того, как планеты не стало? Блин, из-за своей истерики я не смогла выведать у Асмодея подробности. Вот теперь сиди и гадай, что да как…
Я нахмурилась. Подобрав озябшие ноги, я попробовала встать, но тут же поскользнулась на мокрой траве и шлепнулась обратно. Чертыхнувшись, я попыталась снова, чувствуя, что моя пятая точка в сером балахоне успела промокнуть. Это усилило мое стремление оказаться на ногах. Трясясь от холода, я не сразу заметила под утесом чудный бревенчатый двухэтажный домик, из трубы которого шел светло-серый дым.
— О, боже, там кто-то есть! Значит, я не умру от переохлаждения!
Цепляясь за голые ветки, я осторожно спустилась вниз, надеясь, что хозяева — милые люди, и не откажутся приютить у себя безумную гостью с растрепанными волосами, шальным взглядом и не по сезону раздетую.
На одних морально-волевых усилиях я преодолела крутой спуск и добралась до сказочного домика. Переборов смущение, я поднялась на крыльцо и занесла руку для стука. Но не успел мой кулак коснуться двери, как она отворилась, словно кто-то внутри предчувствовал мое появление.
Взгляд мой тут же уткнулся в широкую грудь, спрятанную под черным молодёжным свитером. Не успела я вымолвить и слова, как снизу на меня накинулся черно-белый шерстяной комок, звонко лающий и приветственно прыгающий. Я попятилась, но далеко отойти не успела, так как хозяин — парень лет пятнадцати — взял меня за руку и потянул на себя, заставив переступить порог дома.
— Луна, фу! — скомандовал он, но щенок, крутясь под ногами и махая хвостиком, не хотел оставлять подол моего балахона в покое. Мое неожиданное появление явно доставило ему радость.
— Простите ее, она еще совсем ребенок. — Руки парня накинули на мои плечи шерстяной плед, как будто заранее приготовленный для таких вот замерзших, промокших путников. Я подняла глаза, желая поблагодарить его, и застыла, глядя ему в лицо.
Я не верила увиденному. Передо мной были до боли знакомые черты. Черты, которые я похоронила в своих воспоминаниях, только еще не растерявшие подростковой угловатости.
— Велиар? — Я не поняла, что затаила дыхание и даже перестала ощущать холод. Мир вокруг меня как будто замер. Что происходит? Почему Велиар выглядит лет на пятнадцать?!
Невозмутимость парнишки сменилась лукавой улыбкой:
— Не хочу вас разочаровывать, но вы ошиблись. Меня зовут Кир.
Мне показалось или он подавился смешком? Я продолжала изумленно разглядывать парня. И лишь когда ему на лицо попал лучик восходящего солнца из окна напротив, я уловила разницу. Парень был как две капли похож на Велиара, но вместо ярко-синих сапфиров у него в глазах сияли изумруды.