Алеся Троицкая – Обреченная (страница 24)

– Лилит, – все же я заговорила первой, – спасибо, что показала мне свой дивный маленький мирок. Но, может, я все-таки позавтракаю у себя в комнате? Или в столовой? У тебя, наверное, много дел.

Она посмотрела на меня, как на полоумную.

– Айвена, сиди, пожалуйста. Я уже распорядилась, и завтрак нам подадут сюда.

От ее не терпевшего возражений тона мне стало не по себе. Я не хотела, чтобы мне указывали, что делать. Сначала это пытался сделать Велиар, а теперь и его сестра подключилась. От этого я почувствовала себя мышкой, загнанной в мышеловку.

Пересилив себя, я не стала нарываться на конфликт: попыталась расслабиться и устроилась поудобнее. Духота причиняла мне сильный дискомфорт. Проведя ладонью по лбу, я поняла, что сильно вспотела. Но, похоже, эта проблема нисколько не беспокоила хозяйку: она выглядела так, как будто только что вышла из душа.

– Итак, Айве, я хочу услышать рассказ о том, что произошло до того момента, как ты у нас появилась. – Лилит пристально посмотрела на меня.

– Да, конечно.

Глубоко вдохнув, я начала свой рассказ. Я пыталась говорить сухо и без каких-либо эмоций, упуская кое-какие детали, связанные с ее братом и, тем самым, пытаясь избежать неудобных вопросов. Лилит слушала меня внимательно и ни разу не перебила, чтобы переспросить или вставить комментарий. А дослушав, заговорила:

– Значит, ты вообще ничего не помнишь?

– Нет.

– Ммм… Хорошо.

Не понятно, что хорошего она в этом увидела, но уточнять я не стала.

– Ты не помнишь своих родных и где ты жила?

– Нет.

– Ни друзей, ни знакомых?

– Нет.

– Может, у тебя были какие-то прояснения в памяти? Какие-нибудь отрывки, которые помогли бы тебе вспомнить?

Я тут же подумала о преследующих меня мыслях об осени, но говорить об этом Лилит не стала.

– Нет. Я ничего не помню из прошлого.

Меня начала раздражать эта тупая игра в следователя. К чему она завела этот разговор? По девушке не было заметно, что ее интересует что-то еще, кроме ее нарядов, прически и цветов. Поэтому, взяв инициативу в свои руки, я попросила:

– Расскажи мне лучше о себе.

– Мне практически нечего о себе рассказывать, – грубо ответила она.

– Почему? – настаивала я. – Расскажи, давно ли вы с Велиаром живете в этом прекрасном месте? И где ваши родители?

Видно, что нехотя, но Лилит все же ответила:

– В этом доме Велиар долгое время жил один. Я совсем недавно здесь поселилась.

– Недавно? – удивилась я. – А по твоему саду не скажешь.

Она отмахнулась от меня и продолжила:

– Я всю жизнь жила с отцом. Ну, а теперь захотела пожить с братом.

– А где ваша мама?

При упоминании о матери глаза Лилит на секунду вспыхнули яростью. Или мне показалось. Но ответила она каким-то механическим голосом:

– Она мертва, и очень давно. И не говори, что сожалеешь. Потому что я уверена, что тебе на это наплевать.

– Прости, я не думала…

– Конечно, не думала! – зло перебила меня девушка.

Между нами опять возникла неудобная напряженность.

– Прости, я, наверное, пойду.

На это Лилит ничего не ответила. Она замерла как истукан, только ее нервно сжимающиеся кулаки говорили о том, что она с трудом сдерживает в себе ярость.

Я поднялась, уже собираясь уйти, но вдруг услышала, как кто-то очень быстро идет по проходу.

Низко опустив голову, в паре шагов от нас остановилась прекрасная незнакомка с огромным подносом в руках. Ее опущенное лицо было прекрасно. Любая фотомодель просто нервно покуривала бы в сторонке. Каштановые волосы незнакомки крупными волнами струились по плечам, обрамляя идеально правильные черты. Ее точеной фигуре могла позавидовать сама Нефертити. Цвет кожи девушки был потрясающего темно-медового оттенка – такой цвет всегда привлекает случайные взгляды. А грацию, с которой она подошла к нам, можно было сравнить с величественной грацией пантеры.

Одеяние девушки было менее экстравагантным, чем наряды Лилит, но не намного скромнее. Ремешки из белой кожи переплетали ее тело, то ли закрывая, то ли еще больше открывая его. Неимоверно короткая юбка имела по бокам разрезы, при ходьбе открывавшие ее загорелые бедра. Но не это было самое поразительное: по всему телу девушки, тянулись витиеватые бледно-красные татуировки. Они начинались от ее правой щиколотки, доходили до плоского животика и резко перепрыгивали на левую руку, уползая все выше, и остановились, лишь очертив контур ее левой груди. Я, наверное, не должна была так откровенно пялиться на принцессу амазонок (как я ее про себя окрестила), но ничего не могла с собой поделать.

– Можешь поставить сюда. – Лилит указала незнакомке на небольшой круглый столик, расположенный между нашими креслами. Девушка молча поставила поднос и покорно встала на прежнее место, так и не подняв глаз и ожидая дальнейших указаний.

Эта ситуация меня немного смутила, и я села обратно в кресло.

– Айве, познакомься, это Роэль. Наша… ммм… как бы понятнее объяснить?

– Домработница? – подсказала я.

– Да, что-то типа того. – Лилит брезгливо сморщила носик. – Ее забота – это все дела по дому. Если ты случайно встретишь ее, можешь даже не пробовать заговорить с ней. Она обучена только послушанию. Любые расспросы она будет игнорировать.

– То есть, вы запретили ей со мной разговаривать?

– Айвена, ты слишком много о себе думаешь. Роэль с детства так обучена. Она четко и беспрекословно выполняет свои обязанности, а все постороннее ее не заботит.

Сделав жест рукой, Лилит отослала девушку. Та, низко поклонившись, покинула нас, так и не подняв глаз.

Глава 11

Я лежала в своей комнате и думала о том, как я оказалась в такой ситуации. После сытного завтрака я, быстро пожелав Лилит приятного дня, убежала к себе. Наш разговор не клеился. Не знаю, что было тому причиной: наши разные взгляды на мир или постоянное раздражение Лилит от моего присутствия, но мне показалось, что каждый раз, общаясь со мной, она переступает через свою гордыню. Не знаю, ради чего она это делала. Могла бы просто меня игнорировать, я к ней в друзья не набивалась.

От безделья день тянулся на редкость долго. Не зная, чем себя развлечь, я приняла освежающий душ, потом обшарила свою комнату, заглянула во все, как мне казалось, потаённые уголки, надеясь найти хоть что-нибудь интересное – может, какие-нибудь вещички, принадлежащее ее предыдущему хозяину. Шерлок Холмс из меня не получился: примерно через час тщательного обследования я ничего подозрительного не обнаружила, немного расстроилась и улеглась обратно на кровать. Думала вздремнуть немного, но сон никак не шёл.

В конечном итоге, разозлившись на себя из-за того, что так покорно согласилась сидеть и ждать новостей, я стала продумывать план своих дальнейших действий. Мне нужно самой наведаться в город и обратиться к правоохранительным органам. Потому что Велиар четко дал понять, что сам туда обращаться не собирается.

После получасовых сборов я вышла на залитую солнцем улицу. Погода, как и вчера, была умопомрачительно знойной. Солнце беспощадно выжигало любое желание куда-то направиться. Но выбора у меня не было.

Я сразу направилась в конюшню – ведь не идти же мне пять километров пешком. Тем более я не надеялась, что где-то здесь найду остановку с маршрутным автобусом.

Ни Лилит, ни Роэль мне на пути не попались. Лилит, скорее всего, была в своей растительной обители. А вот где Роэль, я вообще понятия не имела.

Конюшня представляла собой небольшую деревянную постройку с аккуратной площадкой для выгула животных. Внутри было приятно и чисто, по функциональности и эргономичности здесь все было организовано очень разумно. Конюшня была рассчитана на восемь голов. Денники три на три метра, кормовая и амуничная комната.

Как я и ожидала, Наира в деннике я не обнаружила. Но зато здесь находилась пара других, не менее красивых животных. Первый – огромный гнедой жеребец, который беспокойно бил передней ногой, что говорило о его волнении. Может, это настроение вызывала у него кобыла, находившаяся в деннике напротив, а может быть, и я. Но мне это не помешало остановить свой выбор именно на нем, так как вторая лошадка, пегая кобыла, дремала, и мне не хотелось ее тревожить.

– Тише, малыш! Я не причиню тебе вреда. – Я подошла ближе к животному. Конь настороженно навострил уши, внимательно наблюдая за мной. – Смотри, я принесла тебе яблочко. Знаю, оно небольшое, но это все, что мне удалось стащить после завтрака с Лилит. После поездки я обязательно принесу тебе еще.

Взяв с моей ладошки угощение, конь стал проявлять ко мне большую благосклонность. Он тут же успокоился и нетерпеливо фыркнул, как бы приглашая меня на нем прокатиться.

Зайдя в амуничную комнату, я нашла все, что мне было необходимо. Не знаю, почему, но я хорошо ориентировалась во всем разнообразии инструментария. Здесь я отыскала вальтрап, седло с подпругой, уздечку и, не теряя времени, стала тщательно готовить коня к поездке. Пока я с ним возилась, он терпеливо стоял и ждал, хотя по исходившей от него вибрации я понимала, что ему хочется поскорее выйти на свежий воздух и броситься вскачь.

– Потерпи еще немного. Скоро ты сможешь продемонстрировать мне все свои умения. Прости, я не знаю, как тебя зовут… не хочется придумывать тебе глупые клички, наверняка у тебя есть красивое имя, я в этом даже не сомневаюсь. Но можно я пока буду называть тебя Морион? В честь моего любимого минерала, черного кварца.