Алеся Менькова – Алхимия одной жизни. Молекулярная реальность. (страница 7)
Второй критерий — повторяемость. Продуктивная мысль, будучи замеченной, либо побуждает к действию, либо отпускается. Пустой фрагмент возвращается снова и снова в различных вариациях, не приближая вас ни к какому результату. Цикличность без движения — верный признак того, что перед нами не сигнал к действию, а инерционный процесс.
Третий критерий — наличие или отсутствие реальных изменений. Продуктивная мысль в конечном счёте ведёт к трансформации ситуации. Пустой фрагмент может воспроизводиться годами, не меняя ровным счётом ничего. Отсутствие каких-либо изменений при регулярном возвращении одной и той же мысли свидетельствует о том, что она лишена реальной побудительной силы и лишь имитирует психическую активность.
Эти три критерия в совокупности идентифицируют пустые фрагменты и позволяют их изучить.
Поверхностные, незавершённые мысли не возникают случайно. Их появление связано с особенностями функционирования перегруженного ума, вынужденного непрерывно обрабатывать избыточные информационные потоки. Когда внутренний ресурс истощён, а внимание рассеяно, именно такие фрагменты выходят на первый план. Их учащение нередко служит сигналом о необходимости остановиться и восстановить ясность мышления.
Вместе с тем для подлинного понимания природы внутреннего монолога необходимо обратиться к более глубоким уровням психики. На поверхности находятся сами обрывки: «снова эти проблемы», «почему так получилось», «у меня не выйдет». Непосредственно под ними располагаются убеждения, из которых эти обрывки произрастают: «жизнь полна препятствий», «окружающие несправедливы», «я недостаточно способен». Ещё глубже — соматические зажимы, удерживающие данные убеждения в теле: хроническое напряжение в определённых группах мышц, ощущение тяжести или пустоты во внутренних органах. В самом основании этой структуры обнаруживаются первичные импульсы — сильные желания или острые отвержения, некогда пережитые, но не нашедшие выхода. Они застыли, и теперь питают все вышележащие уровни.
Именно поэтому попытки работать с внутренним монологом посредством простого подавления мыслей или замены «негативных» установок «позитивными» оказываются, как правило, малоэффективными. Это напоминает срезание сорняка при сохранении корневой системы: надземная часть исчезает, однако вскоре появляется вновь.
Корни — это телесные зажимы и нереализованные импульсы. Пока они остаются непроработанными, монолог будет воспроизводиться в прежних формах.
Внутренний монолог не является строго непрерывным. Между его фрагментами существуют краткие интервалы — они длятся доли секунды, однако вполне реальны. В эти мгновения ум ненадолго замолкает, не успев подхватить следующий фрагмент. Обычно эти паузы остаются незамеченными, поскольку внимание целиком поглощено содержанием мышления.
Однако способность их замечать открывает доступ к качественно иному состоянию сознания. Для того чтобы обнаружить эти паузы, можно воспользоваться следующим приёмом. Приняв удобное положение и закрыв глаза, следует сосредоточить внимание на дыхании. Через некоторое время неизбежно возникнет мысль. Не углубляясь в её содержание, нужно перенести внимание на то, что происходит после её завершения — до того момента, когда появится следующая. Именно там, в этом промежутке, обнаруживается нечто примечательное: мыслей нет, однако осознавание присутствует. Кто-то здесь есть — тот, кто фиксирует, что одна мысль закончилась, а другая ещё не началась. Этот «кто-то» и является Наблюдателем. Он не производит суждений, не строит планов, не испытывает страха. Он просто присутствует — всегда, хотя обычно и остаётся незамеченным за непрерывным потоком внутреннего монолога.
Достаточно лишь перевести внимание с содержания мыслей на промежутки между ними, чтобы обнаружить его присутствие. В контексте работы с собой эта пауза рассматривается как точка входа в подлинную свободу. Находясь в позиции Наблюдателя, человек перестаёт отождествлять себя с тем, что говорит внутренний голос. Он способен слышать его, но не принимает на веру каждое слово. Он может замечать пустые фрагменты и отпускать их, не вовлекаясь. Он получает возможность различать, что действительно несёт в себе импульс к действию, а что является лишь инерционным фоновым процессом.
Данная глава позволила рассмотреть состав внутреннего монолога и выявить критерии, разграничивающие его продуктивные и пустые фрагменты.
Анализ был проведён на нескольких уровнях — от поверхностных незаконченных мыслей до телесных зажимов и подавленных первичных импульсов. Мы установили, что между фрагментами монолога существуют паузы, в которых обнаруживается присутствие наблюдающего сознания. На практике это означает следующее. Когда звучит внутренний голос, имеет смысл задать себе три вопроса: вызывает ли данная мысль телесное напряжение, возвращается ли она многократно без какого-либо результата, ведёт ли она к реальному действию. Если ответы складываются в сочетание «да, да, нет» — перед нами пустой фрагмент. Его не нужно подавлять или оспаривать; достаточно просто перестать питать его вниманием. Если же удаётся научиться замечать паузы между фрагментами монолога — те краткие мгновения тишины, в которых мышление на мгновение останавливается, — то вы обнаруживаете нечто важное: внутри присутствует тот, кто не говорит, не оценивает и не тревожится.
И этот кто-то является подлинным субъектом опыта — тем, что остаётся, когда внутренний диалог затихает.
В следующей главе исследование продвинется от сферы мышления к телесному измерению — от обрывков мыслей к напряжению в мышцах и фасциях. Именно там хранится то, что ум не способен выразить в словах. И именно там начинается подлинная работа по трансформации.
На протяжении книги мы будем использовать этот термин в строго определённом значении. Наблюдатель — это не мысль, не эмоция и не телесное ощущение. Это сама способность осознавать любое психическое содержание как объект восприятия. Его можно обнаружить в паузах между мыслями, когда ум замолкает, но присутствие остаётся. У Наблюдателя нет возраста, биографии, убеждений — он есть чистое «я есть». Он не производит суждений, не строит планов, не испытывает страха. Он просто присутствует — всегда, хотя обычно и остаётся незамеченным за непрерывным потоком внутреннего монолога.
В рамках трёхуровневой модели (Аватар — Наблюдатель — Океан) Наблюдатель выполняет функцию мета-позиции: из неё мы видим свои роли, не сливаясь с ними, замечаем автоматизмы, не подчиняясь им. Именно эта позиция открывает доступ к подлинной свободе выбора. Подробнее о модели — в Главе 9.
Далее, история клиентки...
Алхимия одной жизни. Запись первая.
С позволения клиентки. Имя изменено. История настоящая.