Алеся Кузнецова – Фикус знает правду (страница 7)

— Тссс, — зашипел кто-то в бесформенной байке и кепке с козырьком.

Я уже собралась мысленно отчитывать Зорана за детский труд, как «подросток» поднял бейсболку.

И я уставилась в лицо Марины.

Ни грамма косметики. Волосы стянуты. Лицо собрано. Взгляд ясный и цепкий.Ничего из того, что я представляла себе по дороге.

— Ты ожидала застать меня в истерике? — быстро сказала Марина и оглянулась. — Прости, но не сегодня. Сюда. Встань за машину.

— Зачем?

— Сюда не добивают камеры.

— Откуда ты знаешь, куда они добивают?

— Не важно. Сколько у нас времени?

— Минут семь… Почему ты так уверена, что я не сдам тебя?

— Потому что ты не дура и понимаешь, что нас обеих использовали.

— Кто? — я уставилась на Марину с видом той самой дуры, на которую, по ее мнению, не должна была походить.

Она отмахнулась, давая понять, что нет времени на ерунду.

— Как он оказался в твоем номере?

Марина не ответила и достала из кармана сложенный лист формата А4. Я сразу узнала почерк шефа. Заподозрить Романа Павловича в любви к каллиграфии было сложно, но в этот раз это точно были каракули: непонятные ряды цифр, закорючки и сегодняшняя дата. А еще надпись: проверить Дарину.

— Откуда у тебя это?

— Было у него в кармане.

— Ты что, обыскивала труп шефа? Уже после того, как…

Марина нахмурилась, снова кинула взгляд назад и достала из-под байки несколько фотографий.

— Ух ты, — только и смогла выдохнуть я. — Как? Вы что, у меня за спиной спутались со Светланкиным йогом?

— Тихо. Кто-то подбросил это в номер. В 312-й. Коллаж. Снимки не настоящие. Я этого Светозара раз в жизни живьем видела.

— Где и когда? — во мне говорила обида на то, что меня провели и я узнала последней, что творилось под самым носом.

— Вчера. В баре. У него был мастер-класс, он ночевал здесь.

— Марина, тут тебе даже я не поверю. Случайности не случайны.

— Кто-то хочет меня подставить.

Я внимательно посмотрела на Марину. Вот бы Светлана удивилась, узнай, что пока она шлет мужу фотки мифических веганских бутербродов из «Хабаровска», ее благоверный светится в коллаже с женой банкира. Но ей точно не надо об этом знать. Пусть пока жует свои бургеры в счастливом неведении.

— А я почему должна во все это вмешиваться? Сокрытие преступника равно соучастию.

Марина чуть склонила голову, словно прикидывала, сколько мне можно сказать.

— Ты правда думаешь, что ты пока снаружи?

— В смысле?

— Не помнишь, что подписывала?

Я вспомнила пачки договоров с пятью визами на каждом. Чемодан бумаги в месяц. Машинальные подписи. Юристов, которые «проверят». И то, как уверенно я всегда считала, что держу все под контролем.

От слов Марины по спине пошел холодный пот.

— Он не просто так выбрал тебя.

— Конечно не просто так! — огрызнулась я. — Я обошла двенадцать конкуренток и сразу предупредила, что варю кофе лучше всех.

— Ты, Дарина, идеальна для такой работы: схватываешь на лету, вопросы задаешь не всем и умеешь все держать под контролем. Но ты пока не поняла одного: подставляют не только меня. Ты тоже под ударом.

Мысль была неприятной. Особенно с физиономией Тифлисова, навязчиво маячившей в голове.

Мне определенно нужно было выпить кофе. Черный. Без сахара.

— Ты сегодня что-нибудь подписывала? — вдруг спросила Марина.

— Это паранойя. Я каждый день что-нибудь подписываю.

— Там было что-то важное.

— Откуда знаешь?

— Пока не могу сказать.

— А потом может быть поздно.

— Проверь документы. Все. Каждый договор, каждый платеж. Там будет зацепка.

Допустим, кто-то решил подставить Марину. Но не могли же ей подбросить в номер тело Романа Павловича вместе с фотографиями. Как он вообще мог оказаться здесь, вместо Ладоги?

— Где ты была, когда его убили?

— Не здесь, — ответила она сразу.

— Это не ответ. Если ты хочешь, чтобы я не выдала тебя и начала копаться в этих зацепках, говори все. У меня осталось минуты три, прежде чем майор решит надеть на меня наручники. И подозреваю, без меховых ушек.

Марина протянула мне кнопочный телефон и записку с номером.

— Найдешь что-нибудь — напиши смс. Я приеду.

— Куда? На работу?

— Ага. Совещание проведем. Не тупи.

Я сунула телефон и бумаги в карман пиджака.

— Проверь все. Мне пора.

Она исчезла так же внезапно, как появилась, словно растворилась в порошке и горячем паре. А у меня не было времени думать.

По лестнице уже слышались шаги.

Я выскользнула в коридор и столкнулась с майором.

— Выпустил тебя на десять минут.

— Не в ту дверь вошла. Заблудилась. Извини.

— Ты вообще понимаешь серьезность происходящего? У меня труп и подозрение, что это связано с вашей работой.

— В каком статусе Зоран?

— Пока не знаю. А что?

— Просто.

— А он, между прочим, не уточнял, в каком статусе здесь ты.