Людская речь, но у тебя в объятьях
Под взглядом сострадательным твоим
Жизнь нахожу и горестную радость,
Что так похожа на любовь. Позволь
Мне рядом сесть: я так устала! Дай мне
Побыть с тобою, спрятать на твоей
Груди лицо и плакать! Ведь с тобою
Могу я плакать! Обещай, что будешь
Со мною ты, доколе я не встану,
Упившись всласть слезами! Уж недолго
Тебе терпеть меня, кого ты прежде
Любила. Сколько провели мы дней
Ликующих! Ты помнишь? Через горы,
Леса и реки мы перебирались,
И с каждою зарею просыпаться
Все радостней мне было! Умоляю,
Не вспоминай. И думать не могла я,
Что сердце смертное такую радость,
Такую муку вынесет. Ты плачешь
Со мною? Ты меня утешить хочешь?
Так назови же дочерью — и сердце
При этом имени наполнит боль
До края — и отнимет память.
Боже,
Дай умереть ей с миром!
(бредит)
Пусть бы это
Был сон! Пускай туман разгонит солнце,
И я проснусь в тревоге, обессилев
От слез, и спросит Карл, что за причина,
И в маловерье упрекнет с улыбкой!
(Вновь погружается в забытье.)
Небес царица, помоги несчастной!
Взгляни: лицо опять спокойно стало
И под рукою не трепещет сердце…
Сестра, что с нею? Эрменгарда!
(приходя в себя)
Кто
Зовет меня?
Я, Ансельберга! Видишь,
Твои здесь дамы рядом, сестры молят
О том, чтоб ты покой нашла.
Пусть небо
Благословит вас! Мир и дружелюбье
На лицах вижу я — и просыпаюсь
От тягостного сна.
Да, больше муки,
Чем новых сил принес тебе тревожный
Покой.
И правда, жизнь совсем угасла.
Так поддержи меня, а вы до ложа
Привычного дойти мне помогите.
Последняя услуга — но на небе
Все, все зачтется вам. Умрем же с миром!
Бог близок: говорите мне о нем.
Косы на грудь упали ей,
Полную смертной муки,
Влажно чело холодное,
Лежат бессильно руки,
Взор устремлен блуждающий
Ввысь за предел земной.
Стоны сменились общие
Молитвою согласной.
Легкая длань коснулася
Бледного лба несчастной,
