Алессандро Мандзони – Избранное (страница 72)

Понятно мне, зачем так ищут солнца, Почувствовав, что жизнь уходит, старцы, Согбенные годами. (Дамам.) Вам спасибо: Вы, поддержав бессильную, мне дали Желанье утолить, которым я С утра томлюсь! испить ещё раз воздух, Который здесь, над Меллой, с первым вздохом Впила я, видеть вновь родное небо И все вокруг, насколько глаз хватает… Ты, Ансельберга, милая сестра, Ты, богу посвящённая… Уж скоро Конец твоим заботам и моим Мученьям. Бог их посылает в меру: Усталость предмогильная покоем Меня объемлет; юность, укротившись, Не борется со смертью, и душа, В страданьях постарев, от пут телесных Освобождается легко, как я И не надеялась… Тебя прошу я О милости последней: внять предсмертным Моим словам торжественным, сберечь их В душе для тех, кого я покидаю, Родная, не пугайся! Не гляди С такой тревогой. Это милость божья! Ты хочешь, чтоб господь мне дал увидеть День, когда враг пойдет на приступ? Вспомни, Кто этот враг! Ты хочешь, чтоб господь Меня сберег для муки несказанной? Страдалица любимая, не бойся: Война еще далеко. На Верону И Павию, на королей и Верных Все силы нечестивец устремил — И, даст нам бог, не хватит их. Здесь Баудо, Наш родич благородный, и Ансвальд, ^{49} Святой епископ, множество собрали Бойцов вооруженных — из долин, С Бенакских берегов, ^{50} — и насмерть все Стоять готовы. Коль падет Верона И Павия — не допусти господь! — Борьба здесь долгой будет. Мне не видеть Ее: от страха, от земной любви И от надежд свободна, я уйду Далёко… За отца, за Адельгиза Молиться буду, за тебя, за всех Страдальцев и виновников страданья. Прими последний мой наказ, сестра: Отцу и брату, если их увидишь, — Бог да пошлет вам эту радость, — скажешь, Что у предела жизни, в миг, когда Все забывается, была отрадна Мне память о решимости учтивой И сострадании, с какими оба, Не устыдясь отвергнутой, объятья Открыли мне, в смущенье трепетавшей; Что у престола господа я буду Молить об их победе непрестанно, А не вонмет он, значит, высший промысл Иначе явит милосердье, я же Благословляю перед смертью их. Да, и еще… Не откажи мне в этом: Пусть кто-нибудь из Верных — где угодно,