Алес Март – До того, как всё изменится (страница 5)

– Куда? – бросил, наконец, он.

– Домой. Этот гад испортил все настроение, – вздохнула девушка, – ничего не хочется. Не спросишь, что произошло?

– Что произошло? – закатил глаза Макс.

– Да этого, видите ли, не устраивает, как я выгляжу! – воскликнула Инна, – мейкап ему слишком вызывающий, платье короткое! Танцую я не так, смеюсь неправильно! Как он сказал… Слова такие, как у старой бабки… «излишне вольно». Вот! А когда я попросила второй коктейль, он сделал такие глаза, будто у него изо рта вырывают последний кусок хлеба. Жлоб!

Максим окинул подругу взглядом. В девушке, в принципе, все было в порядке. Чего Артём завёлся? Парень пожал плечами, остановил машину у подъезда.

– Спасибо, Максимка!

Инна подобрала сумочку, чмокнула друга в щеку и выпорхнула в осеннюю темень. Дверь подъезда призывно пискнула домофоном, металлически захлопнулась. Макс достал сигарету, долго курил в окно, глядя, как в квартире Инны зажегся свет, задернулись шторы. На ум пришли сразу десятки фраз, которыми можно было утешить, развеселить подругу, заставить забыть о несчастном сопернике, но… слишком поздно. Макс вздохнул, поднял стекло и двинул Фиесту к собственному дому. Ехать тусоваться с друзьями дальше отпало всякое желание.

– Что ж мне так не везёт-то? – ударил по рулю парень, – дурак, жлоб и – как это по-умному? – сноб Денисов её привлекает, а я… Да сто коктейлей тебе куплю! Красься, как хочешь! Ходи хоть… – парень задумался, – нет, ну голой совсем не надо, но в любых платьях! Чем я хуже?

Форд остановился у бордюра, свистнула сигнализация, парень шагнул к подъезду. Домой идти тоже не хотелось. Скучно. Куда себя деть? Он присел на лавочку на детской площадке, закурил.

– Хоть бы покрасили что ли, – брюзгливо буркнул он, окинув взглядом облезлый инвентарь.

Пятница перевалила за полночь, наступила суббота. Все выходные впереди, а заняться совершенно нечем. Макс попинал носком кроссовка мятый бумажный стаканчик из-под кофе, валявшийся под лавкой, снова вздохнул и, сунув руки в карманы, направился домой.

Только Инна успела поставить чайник на плиту, как зазвонил телефон.

– Да? – она прижала телефон плечом к уху.

– Привет, Инка! – раздался жизнерадостный возглас на том конце.

Это оказалась ее сокурсница и одна из первых подруг – Женька Шахова. Чуть полноватая девчонка с рыжеватыми кудряшками была особой чрезвычайно впечатлительной и всегда стремилась делиться своими впечатлениями со всеми, кто попадал в поле зрения.

– Привет, Жень.

– Я слышала, ты с Артемкой рассталась, это правда? – спросила та.

– О! А ты-то уже откуда знаешь? – удивилась Инна.

– Так мне его соседка рассказала, – призналась Женька, – она тоже в клубе была.

– Это Машка что ли? – с подозрением спросила девушка, – эта облезлая курица?

– Ну да, – кивнула сама себе на том конце подружка, – я давно тебе говорила, что эту овцу прибить надо, а ты все «не надо», «не надо»… Ещё она заливала мне уши, что они теперь вместе!

– Вместе… – усмехнулась девушка, – ну, ладно, черт с ним… с ними всеми!

– Правильно, Инка! – воскликнула Женя, – твой Артем – кобель! Вон, у тебя Макс есть…

Инна села на диван и украдкой вздохнула.

– Нет, Макс – не то…

– Ну ладно, – произнесла подруга, – я тебе зачем ведь звоню? Чтобы помочь избавиться от всяких там несчастий.

– Ты?! Это как? – удивилась та.

– А вот так, – подруга выдержала эффектную паузу, – моя двоюродная сестра недавно с мужем развелась, потом у нее ребенок заболел воспалением: говорят, в садике подхватил, – потом все рыбки в аквариуме сдохли, и она сама слегла с неизвестной болезнью какой-то… ну, в общем, одни сплошные несчастья…

– Ага, – кивнула Инна, – особенно насчет рыбок.

– Ты слушай! Не знаю уж, кто, но ей посоветовали съездить к одному мужику. Она и поехала. Мужик тот у нее ничего даже не спрашивал, только глянул и говорит: «Тебя, мол, сглазили! Надо снимать». Сестра к нему три раза ездила этот сглаз снимать. И, говорит, помогло! Сама поправилась, ребенок – тоже, муж вернулся…

– Рыбки воскресли… – протянула Инна.

– Нет, – призналась Женька, – но при чем тут рыбки?! Я тебе предлагаю к этому мужику съездить и ото всех своих несчастий разом избавиться!

– Ой, Жень, я прям не знаю, – девушка устало прикрыла глаза, – не верю я в это все…

– Тебя не верить же зовут, а лечиться от несчастий! – привела веский аргумент подруга.

– Лечиться? – переспросила Инна.

– Ну, избавляться. Не придирайся к словам! Тебе все равно в выходные делать нечего, поехали! – не унималась Женька, – я, вот, обязательно поеду… только одна не хочу – боюсь. Ты хотя бы со мной за компанию съезди, а?

Инна поднялась с дивана, прошла по комнате, приблизилась к окну и отдернула занавеску. Город за стеклом жил своей, казалось, совершенно чужой и ни от кого не зависящей жизнью. Внизу туда-сюда ездили машины, сновали редкие пешеходы, кто – просто так, кто – под зонтиком: начинался дождь. Под окном уже осыпали желтые и красноватые листья разлапистые клены. Девушка села на подоконник и прижалась разгоряченной щекой к прохладному стеклу. С той стороны окна косые мощные дождевые струи бились, словно пытались попасть внутрь комнаты и затопить все вокруг, но, ударяясь о прозрачную преграду, разлетались, стекали по карнизу, побежденные еще одним мудрым изобретением человечества, и тонкими потоками падали на мокрый асфальт, образуя обширные пузырящиеся лужи.

– Ты слышишь меня, Инна? – раздался голос в трубке.

– Да, конечно, слышу, – ответила та, – хорошо, я с тобой поеду, но только за компанию.

– Инка! – взвизгнула Женька, – я тебя обожаю! Значит так, завтра в 12:00 я жду тебя около своего дома на остановке!

– Ладно, – согласилась девушка, – приеду. Пока, Жень.

– Пока! – воскликнула радостная подруга и тут же отключилась.

Глава 3

Страшно стучало в голове, тело будто сковали ледяные железные обручи, веки не желали подниматься, но разум упрямо твердил: здесь опасно! Рейвен ощупал холодный каменный пол под собой, принюхался и по запахам понял: он в совершенно незнакомом месте. Собрав волю в кулак, вампир раскрыл глаза. Зрелище не обрадовало: мрачные стены из черного мрамора, уходящие вверх и образующие где-то там свод такой высоты, что разглядеть его не представлялось возможным. По мере того, как граф приходил в себя, память подбрасывала события прошедшей ночи: новая встреча с эльфийкой, сияние над Ристаром, странное дерево, а дальше… дальше память услужливо умалчивала.

«Что это за место?» – пронеслось в голове, и Рейвен поздравил себя с первой ясной мыслью за все то время, как очнулся. Вопрос оказался чисто риторическим: невозможно понять, где ты, если не помнишь, как сюда попал…

Рейвен осторожно повернул голову: вокруг – лишь мраморные стены.

«В жизни не видел ничего подобного, – изумленно подумал вампир, – где я?»

Превозмогая боль в затекших мышцах, граф перевернулся, уперся ладонями в холодный пол и поднялся на колени. Тело тут же повело в сторону, но он сумел удержать равновесие. В воздухе витал резкий запах озона. Рейвен попытался сообразить, что же с ним могло произойти.

«Дерево запросто могло оказаться порталом, но тогда, почему так шарахнуло? – вампир еще раз окинул странное помещение взглядом, – и куда меня занесло? Как отсюда выбираться?»

Про феномен переходных порталов в этом мире знали все, правда, мало кто воочию их наблюдал. Это была редкость, граничащая с мифом. Они возникали стихийно в местах возмущений Силы. Еще, при должном умении, их можно было создавать искусственно, только граф не знал никого, на такое способного. Но то, что порталы существуют, ни для кого не являлось секретом. Путь, которым Рейвен попал сюда, совершенно не удивлял. Удивляло лишь место.

Внезапно тишину прервал отдаленный скрип открывающейся двери. Граф резко обернулся, но вход тонул в непроглядной мгле. Зато очень отчетливо на черном фоне выделялась белая фигура похожая на призрак. Она приближалась стремительно, и вскоре стало ясно: это не дух, а седой старец в длинных белых одеждах. В одной его руке находился посох, в другой – массивная книга в красном переплете, украшенном золотым тиснением. Старик остановился в полуметре от Рейвена и принялся рассматривать, глядя сверху вниз. Вампир почувствовал себя стесненным, попытался подняться, но нестерпимая боль заставила снова опуститься на пол.

– Приветствую тебя, граф Рейанон! – голос старца гулко разнесся по залу. Он слегка склонил голову, – я не настаиваю на том, чтобы ты вставал.

– Не перед кем еще правитель Ристара не стоял на коленях! – Рейвен рывком поднялся, тут же пожалев об этом: боль, сковывавшая конечности, разлилась по всему телу. Стиснув зубы, он выдержал, – кто ты такой? Чем обязан?

Старик оперся на посох, оценивающе оглядел вампира и произнес:

– Я маг. Мое имя Номос. Это я перенес тебя сюда.

– Ну, спасибо, – Рейвен скрестил руки на груди, – ты знаешь мое имя и титул. Теперь я знаю твое. Скажи, что тебе нужно?

Старик шагнул ближе.

– Ты – избранный. Тебе предстоит свершить великое дело…

– Стоп, стоп, стоп! Не так быстро! – перебил вампир, – кем избранный? Кому я «должен»? И что еще за «дело»?

– Великое дело! – маг взмахнул посохом, – то, что прославит тебя! То, что ждет и не терпит отлагательств!

– Оно что, ждет именно меня? – уточнил Рейвен.