Алесь Коруд – Эпоха Мары (страница 10)
– Наша норма, Гришаня. Завтра дела.
Сохатый привычно начислил по стаканам до мерки. Взял с тарелки хрустящий огурчик и выдохнул:
– Ну, будем!
Все степенно выпили и начали неспешно закусывать. Тихий на удивление эстетично работал вилкой и ножом. Разве что последний был не столовый, а из тех, которыми режут горло. Гришаня зацепился глазами за его действия и попытался повторить. Сохатый заметил это и чуть не уронил огурец себе в стакан.
– Чай не в ресторане.
– И что? Культура – залог всего. Нет культуры, нет человека и общества.
Тихий для многих в роте был человеком загадкой. На вопросы о своем происхождении обычно отмалчивался. Но ощущалась в нем некая внутренняя сила. Хотя подобное для батальона «Парсы» было как раз делом заурядным. «Парсы» – самое первое добровольческое подразделение в Чернорусской республике. Они во многом и определили ход истории в этой провинции бывшей Империи. И люди сюда приезжали далеко не простые. Наверное, нигде больше было не найти такое количество философов и ученых на одно воинское подразделение.
– Это ты к чему, Тихий?
Сохатый разлил по стаканам доставленный с далекой Сибири напиток. У них появился свободный вечер, так почему бы и не провести его в душеспасительных беседах. Многие из тех, кого они потеряли, остались в памяти благодаря высказанным в такие приятные моменты мыслям. Людей нет, а идеи живут. Тем и жив человек!
– К тому, что мы здесь и сейчас острие культурного наследия Росичей. Мы жесткая квинтэссенция того мыслительного процесса, что идет в обществе. Питательный бульон для будущих свершений.
– Да ладно? Что и Гришаня у нас культура?
– А что сразу я? Я, между прочим, гигиену соблюдаю. Чище руки – тверже кал!
Мужчины прыснули, затем не сговариваясь выпили.
– Ты меня понял, фельдшер. В горниле войны исчезает все наносное. Мы обтрясаем с тела сгоревший к херам шлак, выходим из огня чище и добрее.
– Вот тут не понял.
Тихий ухмыльнулся. Его темные глаза лукаво блеснули.
– Тогда вспомни, как Сахара в огонь метнулся, чтобы котят спасти. И как потом их по ротам раздавал. Приговаривая, что коты счастье несут.
Гришаня колыхнулся. Его глаза уже заволокло алкоголем.
– Котиков трогать низзя. Что мы нелюди какие?
– И это сказал наш лучший снайпер. Ты сколько людей в небытие отправил, малец?
Юный еще по существу пацан разом замкнулся. Убийство человеков ни для кого даром не проходит. Особенно если ты видишь супротивника в прицел или, что еще хуже в упор. А они были разведкой и частенько работали именно так. Как ты забудешь хрип умирающего, которому ты только что перерезал горло. Или ручьи крови, текущие из расстрелянной твоей диверсионной группой чужой машины. Запах горелого волоса будет преследовать тебя многие годы. Вывернутые наизнанку кишки, расквашенные в хлам головы. Втоптанные в мягкую землю гусеницами танков тела. Разбросанные вокруг воронки куски еще не так давно целого человека. Все это запечатлевалось на роговицах глазных яблок, как негатив и никуда из памяти не уходило.
– В самом деле, Тихий, ты чего-то не того…
– Того, Соха, того! Мысль должна пройти горнило ярости и гнева, прежде чем станет определяющей для миллионов. Если она не прошла испытание кровью и дерьмом, то ничего не стоит. Что мы можем предложить России? Только свое мужество и благородство. Нас некому и нечем упрекнуть. Мы уже по ту сторону Яви, идем по тропе Мары. Ты понимаешь?
Сохатый впитывал странные мысли заросшего черным волосом человека и холодел. Как так можно в нескольких словах объяснить немыслимое. Гришаня притих, зыркает исподлобья. Глядишь, пацан и умных мыслей наберется.
– Мара разве может привести к свету?
– Она пропитана лучами Черного солнца.
– Бррр! – фельдшер замотал головой. – Загадками говоришь.
– Уж как могу. Это новый уровень восприятия действительности. Кто не прошел огонь и кровь, тому не понять.
– Может быть. Осененные черными лучами. Поэзия! – Сохатый оглядел стол и поднялся. – У меня еще дела. А ты Гришаню спать уложи, пожалуйста.
– Не беспокойся. С утра будет как огурчик. Организм молодой, быстро переварит.
Тихий налил себе стакан и выпрямился, уставившись перед собой. Сохатый знал, что он может так сидеть с одним стаканом часами. Думать думы. Философ недоделанный! Но что-то в сердце бывшего фельдшера Скорой встрепенулось.
«Лучами Черного солнца! А ведь так и есть. Что-то их все равно согревает. Иначе их души давно бы превратились в пепел!»
9. Перед тропой
Лейтенант Митрохин отлично помнил слова случайно встреченного на перекрестке республиканца: «Слушай и учись». А учиться было чему. Инструктора волонтерского центра поразили его в самое сердце. Он, выпускник Первого элитного просто безусый мальчишка по сравнению с этими зубрами, прошедшими огонь и воду. Почему им, будущим офицерам не преподают Это? Почему четыре годы пичкали устаревшими понятиями, не имеющими никакого отношения к скоротечной войне настоящего? Кто виноват и что делать?
– Давайте еще раз разберем это видео, друзья. Его снял наш штурмовик в летних боях за Рузу.
Лис, с виду обычный рыжий и донельзя худощавый пацан на самом деле уже лихой ветеран с отчаянно замысловатыми боевыми задачами позади. Бывший боец дельной парашютной, в Черноруссию он приехал на второй год боев. Поэтому, может быть, и выжил. Накал первых, самых ожесточенных сражений уже остался позади. Но началась заурядная воинская и оттого более сложная работа. Эдакие смертоносные шахматы. С той стороны на ЛБС также пришли профессионалы всех мастей. И им несколько лет вполне успешно противостояла чернорусская стойкость и росская смекалка.
– На первых секундах автор материала с ближних подступов оружием берёт на контроль опорник противника, пока с двух сторон к этому опорнику походят двое других наших бойцов. На 00:14 автор отвлекается на левый фланг, поворачиваясь всем телом и с оружием наизготовку, и таким образом не только бросает контролируемый сектор, но и проводит стволом по бойцу, подходящему к опорнику слева. Это очень распространенная ошибка, которая в случае неудачи может стоить вам жизни. Зарубили на носу? Идем дальше.
На контроль сектора оператор возвращается также с оружием наизготовку и с проносом ствола по тому же самому бойцу. На 00:20 он направляет ствол на этого бойца и вместо назначенного сектора зачем-то держит зачем-то его. На левом фланге в это время слышна стрельба, оператор притом сам не находится на левом фланге группы, но продолжает на этот фланг постоянно отвлекаться, всё с теми же переносами ствола по товарищу.
С 00:40 наблюдаем движение оператора к опорнику. Подход производится без контроля сектора, ствол опущен. В данном случае это не критично, поскольку, как мы затем видим, один наш боец уже расположился рядом со спуском в траншею и просматривает её вдоль, а другой встал в самой траншее. Противник скрылся в блиндаже, вход в который наблюдается с места спуска, и сопротивления пока не оказывает.
Лис осматривает лица «курсантов». Он четко примечает, кто его слушает внимательно, а кто на отшибись.
– На 00:51 записи замечаем того самого бойца, оставшегося рядом со спуском в траншею, с оружием в положении, напоминающем патрульное. С его стороны это логично, поскольку его товарищ внутри узкой траншеи элементарно перекрывает ему сектор, однако при этом на подстраховке с бруствера возле входа в блиндаж никого не видно. Отметим это. Потому что мы не знаем, готов ли противник сдаться по-настоящему. Наш боец в траншее тоже вряд ли обладает телепатическими способностями.
Между тем на 00:53 видим того самого бойца в траншее, который поворачивается спиной к входу в блиндаж, в котором укрылся противник, причём на подстраховке непосредственно с бруствера никого не наблюдается. При этом уже на следующей секунде подошедший к месту спуска в траншею оператор вскидывает своё оружие в сторону входа в блиндаж, направляя ствол прямо на бойца, который возвращается по траншее от блиндажа спиной к этому самому блиндажу.
Около четырёх секунд боец идёт под этим стволом, и когда выходит из траншеи, оператор, наконец, нормально держит сектор, однако уже через пару секунд все равно отвлекается и поворачивает голову направо, на полторы секунды теряя визуальный контроль сектора. Фатальная ошибка новичка. Сколько патронов улетит по нему за это драгоценное время? Посчитали? Идем дальше!
На 01:05 его товарищ снова спускается в траншею и идёт к блиндажу всё так же под стволом автора видео. При этом сам спустившийся в траншею боец вход в блиндаж, в котором укрывается противник, своим оружием не контролирует. Штурмующие даже не знают, сколько там спряталось народа. А если это элитные «змагаря» из карбата и ждут вашей ошибки. Они очень даже умеют воевать и положат вас желторотиков за считаные секунды.
Затем из блиндажа выходит сдающийся противник. Сдающегося пытается контролировать оператор, который уже сам спускается в траншею, и его ствол продолжает гулять по товарищу. Чем это чревато вам повторять не надо? При этом стоящий возле входа в блиндаж боец сначала контролирует сдающегося оружием, но на 01:30 опускает его, чтобы пропустить сдающегося вперёд, а через пару секунд оператор поворачивается к сдающемуся жемайту спиной и выходит из траншеи.