Алена Юрашина – Кит в моей голове (страница 3)

От сердца немного отлегло. Значит, Кит все-таки человек, он обычный человек, у которого имеются свои недостатки, совсем как у нас с Лизой. А из сверхъестественных способностей в его распоряжении только деньги. Много денег.

Свои собственные недостатки я знала наперечет, и с удовольствием отыскивала новые: серо-голубые глаза небесного цвета для меня были недостаточно небесными. Нос – немного тонковат, губы – не такие полные и вишневые, как мне бы хотелось. Я была худощавой, невысокого роста, и это было недурно, но мне всегда казалось, что я возмутительно худощавая, а рост мой чересчур мелковат. Допускаю, что в те годы я была излишне придирчива к своему внешнему виду, но кто из нас не был не уверенным в себе подростком? Единственным моим утешением стали волосы – пепельно-русые, густые, они чуть вились от природы и прекрасно дополняли лицо. Локоны лежали пышно, но мягко, послушно касаясь плеч. Я всегда оставляла одинаковую длину: слишком утомительно было возиться с ними. В целом картинка выглядела завершенной, и все-таки мне в ней отчаянно чего-то не хватало…

Глава 2

Первая неделя в городе пролетела незаметно, и наступила пятница. Оставалось только одно, последнее занятие, впереди, наконец, ждали выходные, и возле кафедры мы с Лизой остановились, чтобы сверить информацию о лекциях на будущей неделе. Для верности сделав пару снимков (никогда не отличалась безупречной памятью), я повернулась, чтобы опустить телефон в карман, и вот тогда, смахнув надоедливую прядь со лба, заметила, что Артем Никитин направляется в нашу сторону.

Легкая небрежность прически, ленивая походка, в которой, как ни странно, всегда присутствовала некая грация, и уже привычное скучающее выражение лица – все это каким-то непостижимым образом в тот момент подействовало на меня гипнотически. Я глядела на него в упор, не отрываясь, пока он не оказался прямо перед нами, и лишь тогда, опомнившись, опустила глаза.

Коротко кивнув Лизе в ответ на приветствие, Кит протянул тетрадь, что держал в руке.

– Благодарю за услугу.

Лиза, разумеется, кокетливо улыбнулась.

– Обращайся, если нужно. Надеюсь, ты нашел, что искал?

Он мотнул головой, ответил несколько резковато, и мне не понравился его тон.

– Нет, не нашел. Этот материал устарел, советую тебе проверять источники, с которыми работаешь, – но он сразу исправился, добавил мягче, заметив, что Лиза огорчилась, – зато теперь я знаю, на кого действительно можно положиться в трудную минуту.

Я ожидала, что он сразу уйдет, но когда подняла взгляд, увидела, что он не двигается, мало того, смотрит прямо на меня. В голове пронеслась странная мысль, что это самые холодные глаза, что встречались мне в жизни. Но и самые красивые. А потом он открыл рот и произнес:

– Тебя не учили, что таращиться на людей неприлично?

Лиза предательски хихикнула, а изнутри, ударив в лицо, поднялась волна жара, заливая щеки огнем. Я не ждала такой подачи, да и крыть было нечем, а он не собирался останавливаться.

– Что же ты молчишь? Язык проглотила? Или русский тебе не родной?

Это вернуло меня в чувство.

– Меня учили, что на грубость отвечать необязательно.

Он выразительно вскинул брови, в зрачках зажглась искорка интереса, но я уже повернулась к подруге.

– Идем, Лиза, иначе опоздаем на пару.

В ответ услышала сказанное снисходительным тоном:

– Не волнуйся, ты не опоздаешь. Такие хорошие девочки, как ты, никогда никуда не опаздывают.

Пронзая его спину злым взглядом, я кусала губы, злясь на себя, что вовремя не нашлась, что ответить. Какой, однако, он неприятный тип.

На плечо легла рука, Лиза глянула на меня с жалостью.

– Не бери в голову, Кит со всеми такой. Ничего не поделаешь, такой уж у него характер.

Она уже тянула меня за собой, потому что перемена и в самом деле была не резиновая. Я пожала плечами, решив выкинуть все это из головы. Обычный среднестатистический грубиян, к тому же, местного значения. Подумаешь, какая невидаль.

Но оказалось, что он со мной не закончил.

В среду я спускалась по лестнице, направляясь в сторону кафетерия, где дожидались меня однокурсницы, когда заметила его в компании незнакомых мне ребят. Я прошла мимо, сосредоточившись на том, чтобы случайно не оступиться им на потеху, но, к своему удивлению, через несколько шагов прямо над ухом услышала его металлический голос:

– По-видимому, здороваться тебя тоже не учили? Досадно, – он открыто усмехнулся, – выходит, дело обстоит еще хуже, чем я думал.

Я сжала руки в кулаки. На этот раз я была готова к любым его выпадам.

– А с чего я стану здороваться с тобой? Наверняка ты даже имени моего не знаешь.

Его смеющиеся глаза чуть сощурились, теперь с явным интересом изучая меня, но едва я подумала, что попала прямо в яблочко, он произнес:

– Ты ошибаешься, Ксения. Ошибаешься на мой счет. Итак, попробуем снова? Здравствуй, Ксения. Это не тяжело, просто следи за губами и повторяй за мной. Здра-вствуй.

– Здравствуй, – пробурчала я сквозь зубы, готовая от стыда провалиться сквозь землю. Конечно, он рассмеялся своим премерзким смехом, будто услышал забавную шутку.

– Вот видишь, не так уж это и трудно. Поздравляю, ты очень способная ученица.

Если бы глазами можно было прожечь дыру, он умер бы сразу и без мучений. Но Кит уже успел вернуться к стайке ребят, облепивших подоконник. Они встретили его какими-то глупыми шуточками, так что мне ничего не оставалось, как поскорее убраться подальше.

А на следующее утро он повстречался мне прямо в длинной кишке перехода из корпуса в корпус. Не выспавшаяся, с наскоро наложенным макияжем, должно быть, я представляла собой грустное зрелище, и мысленно выругалась. Надо же было ухитриться проспать будильник именно сегодня.

Спрятаться было негде, поворачивать назад я не стала из принципа, лишь отошла подальше к стене, молясь, чтобы он прошел мимо, не заметив меня среди толпы. Чуда не произошло, через мгновение он вырос прямо у меня на пути, и пришлось остановиться, чтобы не врезаться в него.

Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. Вид у него был очень довольный. Уверена, Кит успел разглядеть все недостатки на моей коже, и от этого во мне змеей шевельнулась злость. Наконец, красивые губы разомкнулись.

– Здравствуй, Ксения. Неужели ты успела позабыть мой вчерашний урок?

Я непроизвольно сжала телефон в руке еще сильней, так, что в ладонь одна за другой впились боковые кнопки, а аппарат жалобно тренькнул.

– Ну, здравствуй… Видишь, не такая уж я способная ученица, как ты думал, – с изрядной порцией злорадства отвесила я, – ведь пока что научилась только повторять за тобой.

Кит покивал, словно признавая за собой поражение, но когда я, победно улыбаясь, решив, что на этот раз последнее слово осталось за мной, прошествовала мимо, услышала:

– Не стоит думать о себе так плохо, низкая самооценка может привести к депрессии. Не расстраивайся, я верю, тебе еще удастся меня удивить.

Я резко остановилась. Внезапно захотелось положить конец всей этой глупой игре, и я спросила без обиняков:

– Зачем это все? Зачем ты это делаешь?

Он вздернул бровь, склонив голову к плечу. Да ему даже усилий не надо прикладывать, чтобы стать моделью… а может, успешным актером. Зачем он тратит время, изучая геологию в этом медвежьем углу?

– И что же, по-твоему, я делаю?

– Почему возишься со мной? Не знаю, может, ты получаешь от этого какое-то извращенное удовольствие?

В пылу тирады я сделала несколько шагов вперед, и Кит шутливо вскинул руки, показывая, что капитулирует под моим напором.

– И что это ты себе навыдумывала, Ксения? – зеленые глаза лучились иронией, насмешкой, чем-то другим, мне недоступным, – я всего лишь пытаюсь быть вежливым… с тобой. Только и всего.

– Знаешь, у тебя это плохо выходит. Может, не стоит дальше пытаться?

Он вдруг шагнул ко мне, и я попятилась, щелкнул пальцами перед самым моим носом, будто принимая вызов, и ехидно улыбнулся.

– Напротив, из-за твоих упреков впредь я буду стараться еще прилежнее. Так или иначе, но я всегда своего добиваюсь, Ксения. Всегда. Просто запомни это.

С тех пор Артем Никитин стал моим кошмаром. Полагаю, он делал все это от скуки. Стоило мне появиться в стенах института – игра начиналась. День за днем он преследовал меня, ненавязчиво, но неутомимо, встречаясь в самых неожиданных местах, совершенно не заботясь о том, что ставит меня в неудобное положение перед новыми друзьями, которых я тоже стала сторониться. Он оказался невероятно расчетлив, этот парень, всегда действуя с холодной ясной головой, он умел ждать, он обладал просто колоссальным, безграничным запасом терпения, которым я похвастать, увы, не могла.

Я ходила, напряженно оглядываясь, а засыпала с мыслями о том, какой фортель он выкинет на следующий день, ведь фантазия его была поистине неистощима. Шутливые препирательства по-прежнему продолжались, но ни одного выигранного сражения на моем счету не было, потому что в поддавки он не играл. Напротив, не давал мне спуску. И я не понимала, когда успела стать его пешкой, когда превратилась в одну из тех, кого он по своему желанию переставляет по доске туда, куда ему заблагорассудится.

Да, это была самая настоящая охота, совсем непохожая на ту, где изящная лань, влажно сверкнув карим глазом, пропадает из виду, поэтично растворяясь в сгущающихся лесных сумерках, не понимая, что охотник уже идет по следу, идет, не отставая ни на шаг. Становиться жертвой мне совершенно не хотелось, плутать в лесу, наполненном сказочными чудовищами, тоже, да и присутствие Кита за своей спиной я выучилась признавать мгновенно: остро, кожей. Но я попала в руки к опытному кукловоду, а мнения марионетки, как известно, не спрашивают.