Алена Ягинская – Ненужная целительница для его Темнейшества (страница 5)
Племящ замер в недоумении. Понял, что не шучу, остановился и тоже принялся крутить головой. Убедилась, что машины нет, двинулась через дорогу.
– Паш, ты зачем из дома ушел? Мать сердится, – сказала, крепко беря его за руку.
Мой Пашка, живой, настоящий. Облегченно перевела дыхание. Показалось все? Или я правда с Богом говорила?
– А че она? Хахаля привела какого-то чумного и давай орать сразу. Мы че ей, слуги – прибирать и готовить? Теть Ир, а давай уйдем от нее, а? – выпалил ребенок, морща нос в плаксивой гримасе.
– А Лешка как же? – спросила, оцепенев на миг. Уйдем? Это то, о чем я просила?
Да нет, не могло быть этого на самом деле. Просто показалась. День выдался…
– Лешка сам это предложил, – сознался мелкий. – Он даже вещи собрал. Но она его поймала, я один улизнул.
Нет-нет-нет, Ир, не могло этого быть на самом деле. Вот и внедорожника никакого…
Не успела додумать мысль, как на полной скорости из-за поворота вылетел автомобиль. Скрип тормозов, и он резко остановился возле нас.
Хлопнула дверца, и муж роженицы с сияющим лицом бросился ко мне.
– Ирина Леонидовна, а у меня двойня и вторая девочка, представляете? Их правда сейчас в ПИТе оставили, но говорят, что все хорошо будет. А это вот вам!
Он полез на задние сиденье и вытащил оттуда букет цветов и большую коробку конфет.
– Да что вы, не стоило, – бормотала, удерживая букет и крепче сжимая ладонь племянника.
И не сводила глаз с конфет. Кажется, я их ненавижу. Те самые, что съел или подарил своей любовнице мой муж. А вот и он.
– Ира! Я тебя повсюду ищу, а ты… тут… – Сергей остановился, глядя, как меня тискает незнакомый мужик.
На прощание тот еще раз крепко обнял, радостно заскочил в машину и, взвизгнув шинами, умчался прочь. Как я поняла из его сбивчивой речи, покупать приданое второму ребенку.
– Ира? Вот так значит? Пока я впахиваю в поте лица, ты тут с мужиками развлекаешься? Если закончила, немедленно собирайся, одному человеку нужна твоя помощь! – патетично воскликнул Сергей, и я не выдержала, закрыв лицо букетом, расхохоталась.
Помощь! Мне самой нужна помощь, психиатрическая. Потому что я всерьез верю, что пять минут назад целому Богу нужна была моя помощь, не иначе как мир спасать звал.
– Извини, Сереж, но я на работе вообще-то. И еще там Ольга приехала, я хотела после смены вещи забрать. А потом на вторую смену останусь, сам понимаешь, идти мне некуда. Или ты меня у себя приютишь?
Брать бывшую жену к любовнице Сергей не захотел, и быстренько ретировался.
– Теть Ир, – робко спросил Пашка, потянув меня за руку. – Ты на вторую смену останешься? А как же мы? К ней и ее этому?
Стиснула зубы. Я никогда плохо не отзывалась о сестре. Да, она не подарок, и не очень хорошая мать, но может со временем все и наладилось бы. Но дети не хотят ее знать, и даже мамой не зовут. “Она” и ее мужик. Права Ольга, херовый из меня воспитатель.
Телефон снова завибрировал, и я ответила на вызов:
– Да, Оль. Если ты про Пашку, то он со мной. Не кричи, мы сейчас будем.
Сбросила звонок, не дослушав. Не могу так больше, устала.
Родители всегда говорили: "Ира, ты должна слушаться. Ира, ты должна хорошо кушать. Ты должна хорошо учиться, уважать старших, помогать слабым..." Я все делала так, как меня учили – была прилежной ученицей, съедала все, что мне давали, брала шефство над неуспевающими, была вежлива и уважительна со старшими и пожилыми... А еще всегда слушала и делала так, как говорили родители и сестра.
И вот итог – у меня ни семьи, ни детей, кажется, я или умерла, или сошла с ума. Но меня все так заколебало, что меня это ничуть не волнует.
– Пошли, отпрошусь на полчаса и домой тебя отведу. Все будет хорошо, – сказала Пашке, снова сжимая его ладонь.
“Мне обещали”, – добавила про себя.
Глава 6. Скандал
По воздуху плыл дирижабль. Я задрала голову и восхищенно проводила его взглядом. Мальчишки, держа меня меня за руки, крутили головами не переставая, и я опасалась, как бы им не стало плохо от обилия впечатлений. При других обстоятельствах я бы непременно их одернула, но тут сама еле сдерживала эмоции.
Другой мир – поверить в это было сложно. А мальчишки приняли этот факт сразу, как будто на уроках географии им так и рассказывали: “Вот это планета Земля, она обитаема, на ней раньше жили динозавры, а сейчас люди. А параллельно есть другие вселенные с множеством планет, где динозавры еще живут. Только они мутировали, обрели разум и стали драконами”.
А мне, пока мы с Пашкой шли до дома, все казалось, что я так и лежу на асфальте подъездной дороги нашей станции и жду помощи. Но потом случилась Оля, и никаких сомнений, что все происходящее реально, не осталось.
Мы вошли в квартиру никем не замеченными. А там…
Муж-турок с отсутствующим видом смотрел в окно, а сестра распоясалась окончательно и накинулась с оплеухами на Лешку.
И я решила, что парней ей не оставлю. Другой там мир, не другой, я в любом случае заберу их с собой, и пока Ольга не образумится, не отдам. К ее бывшему пойду и все расскажу, пусть хоть кто-то повлияет на нее. Тимур, в отличии от сестры, вполне адекватный, он помогал нам время от времени и с парнями нормально общался. Те, правда, его сторонились, поэтому я не лезла в их отношения. А может и стоило бы…
Когда я схватила ее в охапку и оттащила от ребенка, тогда только она заметила меня и принялась орать и поливать грязью. Я не слушала:
– Собираем вещи на два дня и на выход, – скомандовала парням. – Мне тоже сложите что-нибудь.
Сама я держала вырывающуюся сестру, благо некоторый опыт по укрощению буйных у меня был.
– Прекратите, – морщась, сказал муж-турок на ломаном русском. – Мне неприятно это слушать.
Сестра сразу притихла, а меня прорвало:
– Неприятно? – переспросила я.
И убедившись, что мальчишки с рюкзаками (Пашка не соврал, собрали все заранее) и пакетами, в которые судя по всему, выгребли шмотье из моей комнаты, озираясь, выскользнули из квартиры, высказала сестре и ее мужику все, что думаю.
Закончила тем, что обо всем расскажу Тимуру, пусть забирает детей к себе и подает в суд на лишение родительских прав.
На что сестра истерически расхохоталась.
– Никуда он не подаст, поняла? – кричала она, вырвавшись из захвата. – Это вообще не его дети! И он об этом знает. Так что не полезет в мои дела, и ты не лезь! Что ты тут забыла? Я велела тебе убираться вон! Это моя квартира! Моя семья! Пошла в-о-о-о-н!!!
Ольга бросилась на меня, намереваясь отхлестать по щекам, и тогда я в первый раз в своей жизни ударила ее.
Сестра округлила глаза и отошла от меня, прижимая руку к горящей щеке. Рука у меня легкая, но сильная. Профессия обязывает. Ольга открывала и закрывала рот и только шипела:
– Т-ты, ты…
Поняв, что она набирает воздух в грудь, чтобы разразиться очередной порцией брани, я бросила:
– Заткнись и слушай. Сейчас я ухожу и забираю парней. Что тебе выпить, отправлю смс, найдешь в аптечке. Уколы делать не буду, некогда. Если не поможет, позвоните “103”, отправят неотложку. Завтра позвоню, поговорим. Все, мне пора.
И я ушла.
Меня била дрожь от злости на собственную беспомощность. Я понимала, что сестра нуждается в помощи, но не могла пересилить себя и остаться с ней, обида и страх за мальчишек перевесили.
Я искусала губы, пока сбегала по лестнице, чтобы сдержать слезы и не показать мальчишкам своей слабости. И того, что я совершенно не представляю, что делать дальше.
Но все решилось без моего участия.
У подъезда, несмотря на ночь, стояла припаркованная машина Тимура, Ольгиного бывшего, и он сам.
– Садитесь, Ирина. Меня попросили отвезти вас.
Помотала головой.
– Я не могу. У меня работа. Возьмете мальчишек на ночь к себе? – попросила я. – Я завтра заберу их, но сегодня просто некуда.
Сейчас до меня все отчетливее доходило, насколько я была неправа. Надо было остаться с Ольгой, помочь. В конце-концов, это мой долг, и я должна…
– Это недолго, Ирина. И очень важно. Вы дали обещание, садитесь, – перебил мои мысли Тимур и как будто надавил голосом.
Или мне это показалось, но мы с парнями все послушно забрались внутрь…
И вот мы здесь, в Окенчаре.
Глава 7. Я - Темный бог. Будущий...
– Слушай, ну хватит глазеть уже, – одернул меня творец Окенчара, который сейчас выглядел, как горожанин, сошедший с картинок модных журналов начала позапрошлого века. Хотя, признаться, я в этом совершенно не разбираюсь. Не жабо, парик и трусы-пыжики, и хорошо. – Можно подумать, что ты с гор спустилась.