Алена Ячменева – Жених, найди мне жениха (страница 55)

Не помогло. Меня перехватили поперек туловища и рывком оторвали от земли.

— Нет! Отпусти! — заорала я обеспокоенно. — Ты меня распорешь своими когтями.

Он разжал лапы, и я оказалась лежащей на раскрытой ладони. А высота тем временем возрастала.

— Сожми их! Сожми! Ты меня уронишь! — в панике закричала я, стараясь перекричать ветер, срывая голос, и хватаясь за его когти.

Лапы снова сжались на моей талии, но уже более аккуратно. Я, трясясь от страха и ужаса, вцепилась в них обеими руками, пытаясь успокоиться.

Только один человек исполнял все мои приказы.

И, скорее всего, только один Дракон.

35. Не всем, девки, быть принцессами!

К полетам на Драконах я точно привыкну не сразу. Если вообще когда-нибудь привыкну. Хоть Вирилий и катал меня на своем хребте на протяжении десяти дней, а все равно навык полета без самолета я не освоила, и сейчас могла оценить в полной мере и морозный ветер со всех сторон, и изменение давления, и потряхивание из стороны в сторону. Я всерьез опасалась даже не за то, чтобы не упасть, а чтобы у меня ветром не оторвало голову, которая болталась как у болванчика в разные стороны, когда Дракон то поднимался, то опускался, то поворачивал вправо, то влево.

Орать я перестала практически сразу. Во-первых, в этом не было абсолютно никакого смысла, так как отпускать меня рептилия не собиралась, а во-вторых, учитывая неудобства перелета, я практически сразу сорвала голос, и сейчас горло у меня болело ничуть не меньше многострадальной шеи, пытающейся удержать голову на теле.

Но не было печали, как говориться.

Где-то через вечность полета, а может и через несколько минут, на Золотого из темноты накинулся другой Дракон. Я со всей оставшейся силы вцепилась в лапу своего транспортного средства, когда он резко дернулся. Мой Дракон тем временем заорал, пытаясь отклониться от острых зубов, нацеленных на его шею.

Вторым монстром оказалась огромная черная туша, которую было плохо видно в ночной темноте, даже несмотря на то, что у моего Дракона в лапах был зажат фонарик. То есть я.

Стоило Черному отлететь, как Золотой застыл в воздухе, опасливо оборачиваясь из стороны в сторону. Я бы тоже хотела покрутить головой и посмотреть, что происходит, но могла только прислушиваться к происходящему, потому что, как уже сказала, шея от подобных виражей в воздухе просто-напросто отваливалась.

На Золотого из темноты снова напали, на этот раз душераздирающе заорали обе ящерицы и кажется меня попытались вырвать прямо из лап, потому что мой Дракон прижал свой ценный груз к груди, да еще и крыльями закрыл для надежности. Стало гораздо теплее, вот только мы тут же начали падать, и голос у меня снова прорезался.

Дракон упал, я удара не почувствовала, прижатая к гулко бьющемуся сердцу, но вот Золотой проскулил очень печально, из-за чего можно было сделать вывод, что приложился о землю он чувствительно. Судя по всему, имея подобные размеры, ему было очень непросто проделывать в воздухе те кульбиты, которые удавались Алексию около замка. И я не могла понять по какой именно причине: потому что принц Дракон неожиданно вырос и еще не успел разобраться в своих новых размерах или потому что это был не он, а его родственник, предположим.

Несмотря на удар, перевернулся со спины на лапы Дракон проворно и тут же потопал куда-то, отчего я почувствовала себя прекрасной девушкой в лапах у Годзиллы. Я не успела ему снова предложить поставить меня на твердую землю, как меня достаточно заботливо затолкали в яму.

Ну как заботливо. Меня скинули в яму, я ударилась всеми частями тела какие только у меня имелись, порвала платье, порезала щеку и оказалась на глубине четырех-пяти метров в узкой яме-щели. Дракон тем временем повалил пару деревьев на отверстие над моей головой, еще и лапами похлопал, как дети, играющиеся в песке. На меня тут же сверху посыпались ветки, листья и земля. Я прикрыла голову руками, отползая к стене ямы.

Над головой снова послышались крики ящериц, грохот их ног и хлопанье крыльев. Я с трудом поднялась на ноги и прижалась к стене, с ужасом прислушиваясь к нешуточной схватке наверху. От ужаса у меня леденело все внутри. И сейчас меня больше волновало здоровье Золотого, который мог оказаться Алеком, чем то, что я сижу глубоко под землей и без посторонней помощи не выберусь, и то, что победить может Черный и забрать меня к себе если не на завтрак, то в жены.

Какофония страшных звуков продолжалась не меньше десяти минут, а затем к ней присоединились вопли еще ни одного Дракона.

— Алек, — жалобно прошептала я, пытаясь вычленить его рев среди чужого рычания и воя. Я не заметила, как по щекам покатились слезы.

А далее сверху я почувствовала запах дыма и немного приободрилась — я же целовала его, значит у него есть огонь, что он доказал, спалив часовенку. Правда Оля говорила, что огонь Драконам не причиняет особого вреда, и они им даже лечатся… И еще… сама я от огня могу пострадать с легкостью. Точно также, как и от опускающегося на меня дыма.

Деревья над щелью заполыхали огнем, черный дым начал опускаться ко мне на дно ямы, и я запаниковала, пытаясь найти выход или забраться на скользкую стену. Но ничего не вышло, а пожар над головой тем временем продолжал разгораться, на меня посыпались горящие тоненькие веточки и листики.

— Алек!!! — заорала я что есть мочи, когда одна из веток упала мне под ноги, и огонь чуть не перекинулся на юбку платья. — Горю!!!

Больное горло дало о себе знать, я закашлялась от дыма, опускаясь на корточки, чтобы дышать было легче. Жар над головой тем временем разрастался, звуки борьбы продолжали доноситься даже сквозь треск горящих деревьев.

— Алек!!! — снова позвала я отчаянно.

И на этот раз меня услышали. Деревья оказались отброшены в сторону, и дым потихоньку стал отступать. Я подняла голову вверх и увидела драконью морду, заглядывающую в щель.

Красную драконью морду. Красную драконью морду, которая точно принадлежала не Золотому, и которая увидела и меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я застыла на месте, снова вжимаясь в стену и жалея, что не догадалась остатками платья прикрыть сверкающие волосы. Морда точно также заворожено уставилась на меня, а потом оскалилась, отклонилась и зубами вцепилась в землю, пытаясь достать меня.

Ко мне тут же вернулся голос, и я снова заорала, прикрывая голову руками от сыплющихся на меня земли и камней.

Морда еще пару раз раззявила пасть и продемонстрировала мне язык, а потом ее отбросили в сторону, и я с облегчением увидела золотой бок нападавшего. Но не успела я выдохнуть, как над ямой склонился на этот раз белый Дракон и точно также как и красный стал бессмысленно тыкаться в землю. На этот раз я не орала, а терпеливо выжидала, когда Алек откинет от меня очередного мутанта и уворачивалась от сыплющейся земли. Долго ждать не пришлось, снова вдали промелькнула золотая чешуя, а затем белый монстр исчез.

Над ямой то и дело мелькали разноцветные бока ящериц, и вскоре я сбилась со счету сколько всего видов окраса видела. Единственное, что меня успокаивало — это то, что мне удавалось разглядеть и золотой бок. Вполне живой и сильный бок, который настойчиво теснил всех желающих до меня добраться.

Бой продолжался так долго, что, когда неожиданно затих последний вскрик, и повисла тишина, у меня в ушах зазвенело.

— Алек? — прошептала я себе под нос, разглядывая звездное небо над головой и пытаясь понять чей крик полный боли я слышала последним.

Он не показывался очень долго, и я успела себя извести, когда на краю ямы сомкнулись чьи-то когти и со стоном боли в яму заглянул янтарный глаз.

— Ты жив? — уточнила я, отбегая от стены ямы, чтобы лучше его разглядеть.

Почему-то он не с таким интересом, как остальные, на меня пялился, а будто засыпая, лениво и обессиленно.

— Ты ранен? — догадалась я и сама же ахнула от своего предположения.

Глаз в обрамлении золотой чешуи исчез.

— Алек! — обеспокоенно позвала я и снова кинулась к стене ямы, раздумывая над тем, как бы подняться наверх.

Послышался треск, я поспешно отбежала обратно к середине ямы и вытянула шею, пытаясь понять, что происходит наверху. А там тем временем появилась снова золотая голова, а затем в яму была спущена сосна, у которой наполовину отсутствовали ветки.

Все-таки мой Дракон хоть и вырос значительно, а так и продолжал оставаться умным и хитрым.

Не без гордости за смекалку своего друга, я кинулась к стволу дерева и обняла его руками и ногами.

— Тяни! — скомандовала. Дерево тут же начало подниматься вверх, и я вместе с ним.

Как только под ногами показалась земля, я спрыгнула с сосны, и она тут же упала рядом, лишившись поддержки лапы, которая безвольно упала на землю.

Деревья и земля вокруг полыхали кое-где огнем, кое-где уже догорали. Среди порушенного леса валялись огромные тела Драконов, некоторые из них шевелились, но подняться, похоже, не могли. В том числе и Золотой.

Он лежал на боку, тяжело дышал и сонно прикрывал глаза, будто собирался спать.

— Алек! — кинулась я к нему. Его веко распахнулось, он приподнял голову от земли с тяжким вздохом, и я заметила, что из правого плеча, переходящего в крыло, у него торчит похожий ствол дерева на тот, которым он вытащил меня из ямы. — Какой кошмар! — выдохнула я, подбегая к нему и не зная, как помочь. — Что делать?