Алена Ячменева – Жених, найди мне жениха (страница 34)

— Чтобы показать ему волосы, — пояснила я, пока он не напридумывал себе лишнего. — Не могу же я выйти за него замуж, не удостоверившись, что он меня не кинет после того, как я сниму платок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Алек насмешливо хмыкнул.

— Так ты себе никогда мужа не найдешь, — заметил он. — Рразве что полного психа, потому что ни один здрравомыслящий паррень не встанет между Дрраконами и Искррой.

— Значит, мне нужен псих, — с легкостью согласилась я. — Примерно такой же как ты. Потому что ни один здравомыслящий парень меня не вытерпит,… да и я его тоже, — добавила я, немного подумав.

— Так берри Алексия! — вдруг развеселился Алек, а его лицо озарила придурковая улыбка. — Он настоящий псих! Самый лучший среди Дрраконов!

Я не удержалась и пнула дурачка под столом.

— Еще одно слово про этого монстра, и я тебя побью! — возмутилась я, не оценив шуточки приятеля, но он после вспышки моей ярость широко улыбаться не перестал. Только потер больную ногу, продолжая скалиться. — Кстати, насчет битья, — припомнила я, сощурившись подозрительно. — Что ты наплел Богдану и остальным парням, что они тебя, а заодно и меня, боялись?

— Чистую прравду! — испугавшись, заверил меня Алек, вставая и подхватывая сумку с соседнего стула. Я подскочила с места следом за ним и схватила парня за ухо, потянув на себя.

— Алек!

— Ааа!

— Б, — согласилась я. — Что ты всем наплел, пустомеля?

— Ничего! Прравда!

— Не ври мне! — шипящим шепотом возмутилась я, следя глазами за тем, как на нас начали оборачиваться люди. Чтобы не становиться посмешищем, я потянула убогого в сторону выхода прямо за уже полностью красное ухо под его стоны и мольбы о пощаде.

— Говори! — скомандовала я, когда мы вышли из таверны.

— Ухо отпусти! — взмолился парень, пытающийся ухватить меня за руку, но я отмахивалась от него другой рукой, не позволяя освободится и тяня его вниз, из-за чего он согнулся и теперь смотрел на меня снизу вверх. — Ты мне его оторрвешь!

— Никуда оно не денется, — заверила я его. — Говори! Живо!

— Я прросто рассказал парре рребят прро нашу семью…

— Про какую семью?

— Прро нашу с тобой… Мы же брратом и сестррой прретворрялись и все такое…

— И что именно ты рассказал про нашу семью?

— Ну… если честно с вообрражением у меня туго, — пробормотал парень неразборчиво, и мне пришлось усилить нажим, чтобы следующие слова прозвучали уже четче. — Я ррассказал прро свою семью. Сказал, что мы вырросли в семье Золотых Дрраконов, и они считают нас за своих детей, поэтому стеррегут и оберрегают. И что если тебя кто обидит…

Дальше я не дослушала, потому что уже смогла представить себе, что вообразили жители Враля после слов моего «братца». Отпустив ухо парня, я использовала свой коронный удар в коленку, которому научилась еще на курсах самообороны. Затем, потерявшего равновесие, Алека ударила по месту ниже спины. А добила упавшую мне в ноги, скулящую жертву остатками газового баллончика, который вытащила из-за пояса.

— Нет! Только не снова! — заорал парень, хватаясь за глаза, но было поздно.

Он стонал, глаза его слезились и выглядел здоровый парень у моих ног невероятно забавно, поэтому я не отказала себе в удовольствии поставить на него ногу, как победитель на побежденного, и поднять свое грозное, опустошенное оружие в сторону его лица.

— Моли о пощаде, неверный! — пафосно вскричала я, потрясая баллончиком, стараясь сохранять серьезное лицо и не рассмеяться. — Пшик! Пшик!

Как я и предполагала, опыт общения с газовым баллончиком у Алека имелся. И совсем не такой, как у меня. Я же этой новости совсем не удивилась, зная о его воровских наклонностях, но вот о применении своего грозного оружия пожалела практически сразу. Потому что мои учительские наклонности не дремали и мне его стало жалко уже через несколько секунд и отмывать ему глаза мне пришлось самой, слушая его стоны и всхлипы.

— Кто прридумал эту дррянь? — возмущался парень, лежа на заднем сиденье с компрессом на глазах. — Убил бы!

— А я бы расцеловала, — призналась я с переднего сиденья, крутя в руках пустой баллончик.

— Знаю я: тебе бы только повод найти или отговоррку, чтобы идти целоваться с перрвым встрречным, — проворчал Алек.

— Эй! — возмутилась я, резко оборачиваясь и направляя на него свое оружие. Парень, видно, почувствовал, что я настроена не миролюбиво, потому что тут же сжался и закрыл глаза руками поверх компресса. Видя его реакцию, я снова отклонилась назад на свое сиденье, покрутив баллончик в руках и разглядывая этикетку. — Все-таки хорошая вещь. Надо будет еще пару штук купить, когда вернусь домой.

— Или «если», — обижено и еле слышно заметил парень.

Я снова обернулась и толкнула его в бок.

— Молчи! Ты еще не прощен!

Парень фыркнул и отвернулся от меня на бок.

— Вот только не надо тут страдальца из себя разыгрывать, — возмутилась я. — Сам виноват! Ты мне испортил практически состоявшийся брак!

Алек промолчал.

— Нормально! — продолжила я негодовать, глядя на его затылок. — Он виноват и еще обиделся! Ну и прекрасно! Я тогда тоже обижусь!

Я вернулась обратно на свое сиденье и сложила руки на груди. В машине воцарилась тишина, и через некоторое время я услышала, как дыханье Алека выровнялось, и он уснул. Это было не удивительно, потому что в отличие от меня парень всю ночь не спал.

Все еще чувствуя себя виноватой за использование запрещенного приемчика в виде баллончика, я пересела на водительское сиденье и завела машину, выезжая на основную дорогу. В деревне с грязными пьяницами я решила не задерживаться и направилась прямо по дороге, очень надеясь не вернуться обратно во Враль.

Алек проснулся уже ближе к вечеру и подскочил на сиденье, словно проснулся от кошмара.

— Я что ли уснул? — спросил он, выглядывая из окна. Я решила не озвучивать очевидный ответ. — Где мы?

— Без понятия, — ответила я, удерживая руль двумя руками, пока мы подпрыгивали на каждой кочке. — Но вроде куда-то едем. И судя по тому, что мне сказала бабушка у дороги, не во Враль.

Алек некоторое время разглядывал пейзаж за окном и молчал, а потом недовольно воскликнул:

— Почему ты меня не рразбудила? Мы сбились с марршррута!

— С маршрута? — удивилась я, поднимая глаза к зеркалу заднего вида. — А он у нас есть?

Алек мой вопрос проигнорировал, скомандовав:

— Остановись! Я сяду за рруль.

Я за день на водительском сиденье устала, поэтому, не поспорив, тут же выполнила его приказ-просьбу. Выбравшись же из салона, нагнулась вперед, потом назад, разминая спину.

— Что ты делаешь? — поинтересовался Алек, и от изумления из его голоса исчезли обиженные нотки. Я, продолжая тянуться к земле, повернула к нему голову, замечая, как он смотрит на мою позу. От его взгляда стало неудобно, поэтому я поспешно разогнулась и принялась выполнять наклоны влево, вправо.

— Разминаюсь, а то все тело затекло, — ответила я, испытывая смущение и избегая его взгляда. — Давай на ночь остановимся где-нибудь, где есть кровать?

— Угу, — согласился парень, и я рискнула поднять на него взгляд, чувствуя напряжение повисшее между нами. И совсем не негативное напряжение.

Как-то слишком быстро мы сблизились — раздумывала я, когда мы уже заняли свои места в машине, и Алек взял управление на себя. И спим вместе, и едим, и закупаемся, и… да мы даже моемся вместе! У нас один быт на двоих, чего у меня ни разу не было ни с одним парнем, которые меня терпеть несколько часов к ряду не могли. А тут… мы уже больше недели вместе живем, иногда ругаемся, но живем вместе и в общем довольно мирно.

Вот только цели у нас, кажется, все-таки расходятся. Похоже, Алек не сильно то и горит желанием выдать меня поскорее замуж, чтобы избавить своего дружка от кабалы в виде Искры, лишающей за огонь свободы. Но тогда зачем он носится со мной как наседка с яйцом? Какой ему резон в том найду я себе хорошего жениха или не очень?

Или он влюбился?

— Ну ладно, кажется, я понял, где мы, — заговорил Алек, не замечая напугано-ошарашенных взглядов, которые я бросала на него, оглушенная собственной мыслью. — Не далеко уехали. И я тебе обещал, поэтому свожу… — словно делая мне одолжение, заявил он.

— Что ты мне обещал? — не поняла я.

— Увидишь, — загадочно улыбнулся он.

23. Не садитесь, девки, в машины к незнакомцам, а то завезут в темный лес…

Незаметно прошла еще одна неделя моего пребывания в Ирале. И все это время я так и продолжала делить кров и пищу со своим случайным попутчиком. Почему именно Алек — мой попутчик, и какие цели он преследует, я так и не поняла. А он не торопился со мной этим делиться и объяснялся лишь общими ничего не значащими фразами. Я же настолько привыкла к нему за это время, что уже и не представляла, как обходиться без него в чужом для меня мире, среди чужих людей, которых я к тому же теперь и не понимала.

Мы с Алеком покинули земли Руслании и моей проблемой стал язык, потому что понимала я теперь немногих. Количество моих потенциальных женихов также сократилось, но возвращаться на территорию государства, где теперь официально разыскивалась царевна Василиса, я не желала.

О моих серьезных поисках мы узнали уже через пару дней после того, как покинули Враль — в одном из городков, где мы остановились на ужин, висел мой огромной портрет с прошлогодней фотосессии с подписью «Разыскивается». А рядом, что занятно, располагался рисованный портрет Алексия в золотом облачении и с точно такой же надписью.