Алена Ячменева – Жених, найди мне жениха (страница 27)
Я подошла к лестнице и обернулась назад, потому что шаги Алека стихли, когда я заявила, что он может быть Драконом. Парень стоял по середине коридора, напротив зеркала и рассматривал собственные глаза, оттянув нижнее веко здорового глаза.
— Что ты делаешь?
— Я похож на Дрракона? — спросил парень, повернувшись ко мне и все еще продолжая оттягивать вниз одну щеку. Выглядел он сейчас не устрашающе, а смешно. Один глаз — до сих пор немного заплывший в сиренево-желтых тонах, у другого — оттянуто вниз нижнее веко вместе со щекой, из-за чего перекошен и рот.
Я рассмеялась над увиденным.
— Нет! — сквозь смех выдавила я. — Как я и говорила, Дракон бы из тебя вышел потешный, а на страшный.
Алек убрал руку от лица и весело улыбнулся, будто обрадовался тому, что смог рассмешить меня, и поспешил к лестнице.
— А почему Дрраконы должны быть стррашными? — любознательно поинтересовался он.
— По канонам!
— Слушай, так, может, меня зажгла твоя коса, и я стал Дрраконом? — выдвинул он нелепое предположение. — Ты мне ее больше ночью в рруки не давай игрраться.
— Как будто я ее тебе насильно сую, — возмутилась я, глянув на него через плечо. — Да и вообще: посмотри на себя. Если ты еще одну ночь без моей косы проведешь — точно ссохнешься! — заметила я шутливо.
Алек непонимающе дотронулся снова до лица и волос.
— А что со мной не так?
— Иди умойся, убогий, и почистись, — посоветовала я, вновь оборачиваясь и с удивлением замечая, что сейчас Алек выглядит не так изможденно, как всего пару минут назад. Он был все еще грязный и помятый, но на лице его уже не просматривались кости, а на здоровой щеке даже появился румянец.
Может, и правда, я его «зажгла»?
Да ну, бред.
Я передернула плечами, откидывая дурные мысли и сосредотачиваясь на моем женихе номер один, который махал мне от ближайшего столика в комнате-кухне.
18. Не доверяйте, девки, первому впечатлению!
Весь день я провела с Богданом. Мы гуляли, обедали, разговаривали. И, к сожалению или к счастью, на этом все. Парень даже за руку за весь день не попробовал меня взять. А когда я сама предприняла эту попытку, он отшатнулся от меня как от чумной. На мое предложение поплавать в озере также ответил резко отрицательно. И смотрел на меня так, будто я предлагаю ему по меньшей мере заняться распутством прямо на людной улице, а не всего лишь взяться за руки.
— Ты хотел, чтобы я тебя нарисовала, — припомнила я, пытаясь понять, что случилось с парнем, который вчера точно был не против взять меня за руку. — Может быть, мы где-нибудь уединимся и…
— Нет, нет, не стоит, я передумал, — поспешно ответил парень, замахав перед собою руками. — Давай лучше погуляем здесь… где много народа…
Я нахмурилась.
— Это из-за Алека? — спросила я. — Ты же понимаешь, что он вчера сказал какую-то ерунду.
— Да, я понимаю, — заверил меня Богдан, отводя взгляд в сторону, отчего я догадалась, что что-то тут нечисто. Видимо, непреднамеренно я обзавелась надоедливым и заботливым братиком, который решил бдеть мою добродетель.
— Тогда что плохого в том, что я тебя нарисую?
— Не стоит расстраивать твоего брата.
— Да с чего ему расстраиваться? — возмутилась я, но парень так и не захотел быть нарисованным, не объясняя толком причин почему этого делать нельзя.
В целом Богдан был приятным: он был спокойным, рассудительным насколько может быть лесоруб, собранным, надежным и порядочным. Он был полной противоположностью Алека. Вот только было в нем одно но… с ним было скучно. В отличие от Алека.
Почему я сравниваю богатыря с воришкой?
Без понятия.
Но надо признать с женихом номер один я прогадала. И это я поняла уже через пару часов тесного общения, когда мы гуляли по городу. Да, он был милым, искренне мной восхищался, но вчерашний дурман после поединка мечников развеялся и ничего кроме скучных, однообразных разговоров не осталось. Богдан был лесорубом до мозга костей и кажется ничего кроме своего дела не знал.
При других обстоятельствах уже после нескольких минут скучных бесед о топорах и видах древесины я бы развернулась и отправилась домой, еще и высказав кавалеру что сам он дерево, но в данном случае я мужественно терпела и гадала, где шляется сейчас Алек и чем занимается. Наверняка ему веселее, чем мне.
В какой-то момент моя улыбка превратилась в искусственную, и я с трудом удерживала ее на лице, кивала в такт жестикуляции парня, не слышала его слов и все свои силы направляла на то, чтобы не закатить глаза и не развернуться.
Где носит Алека пока я тут мучаюсь? Может, если бы он сейчас шел рядом и раздражал меня, я бы так не злилась на односторонние темы Богдана. У меня бы был другой раздражитель…
— Тебе не интересно? — спросил парень, выводя меня из дум об Алеке, который непонятно где и с кем сейчас шляется.
— Нет, очень интересно, — поспешно ответила я, пытаясь вспомнить хотя бы его последнее предложение. Оно упорно не вспоминалось, Богдан внимательно на меня смотрел, видимо, ожидая ответа… Блин, что делать? — О! Смотри леденцы! — увидела я парня с небольшим лотком на шее.
Богдан рассмеялся, будто я пошутила, повернулся и пошел дальше.
Я непонимающе замерла, глядя на сладости. Он не понял намека?
Кажется, не понял, потому что леденцы остались позади, а Богдан продолжал удаляться. Пришлось догонять его.
А вот Алек бы мне несколько штук купил!
Я фыркнула раздраженно, глядя сверху вниз на парня, который снова продолжил свою лекцию о стройматериалах и заготовке дров к зиме.
Под конец дня я сама себе напоминала вчершнего Алека, а если точнее вулкан, который непонятно, когда рванет. Мне хотелось поскорее вернуться в гостиницу и нажаловаться приятелю на Богдана либо закатить ему истерику за то, что он бросил меня наедине с этим занудой. Мне было скучно, я устала ходить кругами по единственной приличной площади этого небольшого городка, у меня с самого утра не было ничего сладкого во рту, и я превращалась сама в огнедышащего дракона и очень хотела оторвать голову одному богатырю.
Я оценивающе глянула на рядом шагающего парня. Вот о нем Алек бы точно не сказал, что он не вкусный. Тут и жир, и мясо, и витамины…
— Куда это толпа идет? — спросила я, глядя как площадь пересекает десяток веселых молодых парней и девушек.
— А, — Богдан пренебрежительно махнул рукой в их сторону. — Костры жечь.
— Зачем?
— Ради веселья, — пожал плечами парень. — Будут играть на дудках, петь, танцевать, да хлеб жарить до полуночи, — ответил парень, а у меня глаза загорелись в преддверии веселья.
— Пошли с ними!
— Молодежь, — одновременно со мной высокомерно и осуждающе заметил парень в сторону толпы.
И мы вдвоем замерли друг напротив друга, ожидая реакции другого.
— Ну пошли, — затравленно ответил парень, и я впервые за последние часы радостно улыбнулась.
Я буду танцевать! И мне не придется слушать жалобы Богдана на трудности с лесоповалом.
Однако радость моя была не продолжительной и ее, как и полагается, разрушил мой приятель. Только мы вышли из города, как я увидела бегущего нам навстречу Алека, который приближался в сопровождении своего ора, чего-то непонятного в руках и тучи насекомых.
— Осы! — определила одна из девушек и вместе с подружками под дружный визг бросилась наутек.
Если честно, я бы их поддержала, но вот дружок мой держал путь прямо на меня, а осы следовали за ним не отставая.
— Гнездо! Брось гнездо! — заорал Богдан, пока я пряталась за его спиной.
И знаете, что догадался сделать ущербный?
Он бросил гнездо. В Богдана.
И уже мы вдвоем с Алеком бросились прочь от богатыря. Большая часть насекомых от нас отстала вместе с гнездом, которое остался охранять Богдан, но несколько увязались следом. Картину мы, наверно, представляли забавную: бежит побитый парень и орет аки девчонка, следом за ним бежит уже девчонка с сумкой, которой она пытается отгонять ос от приятеля, но все время попадает своей ношей по его голове.
— Стой! — выдохлась я через пару минут такой эстафеты и схватила Алека за куртку, он дернулся вперед, споткнулся и упал прямо мне под ноги. Я, пытаясь отдышаться, согнулась пополам и уперлась руками в колени, а у моих ног лежал несчастный парень. Лицо его, которое еще утром начинало напоминать человеческое, прямо на глазах раздувалось и краснело.
— Что с тобой? — с трудом выговорила я, пытаясь не выплюнуть легкие и одновременно содрогаясь от отвращения при виде раздувающейся физиономии друга.
— Ыыымммыыы, — промычал он и закатил глаза.
— Что? — не поняла я и склонилась к парню, тряся его за куртку, но он не просыпался, потеряв сознание. Лицо продолжало покрываться волдырями в местах, куда его ужалили.
— Аллергия? У тебя аллергия? — ужаснулась я, поспешно расстегивая ворот его рубашки, и прислушиваясь к дыханию. Вроде дышит, но это еще не значит, что не задохнется в ближайшее время.
— Василиса! — ко мне подбежал Богдан и еще пара парней из числа ребят, с которыми мы шли в лес веселиться. Гнезда с ними не было, как и ос. — Все в порядке?