Алена Ячменева – Мои алые паруса (страница 9)

И будто расстроила этим Славина. Или он от меня ожидал такой же ревности, которую демонстрировал сам? Я должна была биться головой об стену и истерить?

Не знаю, чего именно он ждал, но, кажется, был расстроен, что я начала отдаляться. А мне было просто неприятно чувствовать себя третьей лишней и видеть его с другой, поэтому я углубилась в учебу и работу, и встречаться мы с Пашкой стали так же редко, как и во время моих отношений с Сашей.

Когда же я его видела, то все время отмечала опущенные плечи и потухший взгляд. Может быть, конечно, у него были проблемы другого рода и из-за них он все время пребывал в унынии, но при виде меня постоянно ныл о том, что мы теперь совсем не видимся и он, видите ли, скучает.

Я вот тоже, например, скучала. Поэтому и согласилась на сеанс совместного просмотра фильма у него дома однажды.

Подошла к его съемной квартире вовремя, но не успела постучаться, как позвонил раздраженный Славин и предупредил, что опаздывает и чтобы я ехала к его родителям. Удивленная сменой локации, отправилась по указанному маршруту. Но и там его не было, а дверь мне открыла тетя Марина, его мама.

Выглядела она недовольной при виде меня, но к этому я привыкла за годы общения с Пашкой, поэтому, не обращая внимания на нее, прошла вглубь квартиры, пообщалась с домработницей Славиных, отрезала кусок пирога и отправилась в гостиную включать телевизор.

— Ты что здесь делаешь? — поинтересовалась тетя Марина, зайдя в комнату как раз тогда, когда я сидела на полу с тарелкой на коленях, прислонившись спиной к дивану, и листала каналы.

С мамой Паши у нас были странные отношения. Мы вроде не враждовали, но и не испытывали пламенной любви друг к другу. В детстве она относилась ко мне резко отрицательно, но с годами притерпелась и смирилась с тем, что отлепить Пашку от меня не удастся, а потому предпочитала нейтральное, немного грубоватое общение. Я тетю Марину тоже особо не любила за ее высокое самомнение и надменность, но уважала за безусловную любовь к мужу и сыну и сильный характер, который сыграл немаленькую роль в становлении дяди Демида успешным бизнесменом. Я наблюдала с самого детства за развитием бизнеса Славиных и за отношениями родителей Пашки, и мне всегда казалось, что дядя Демид — это растущее к небу сильное дерево, а тетя Марина — небольшая, но несгибаемая подпорка, которая придерживает его ствол и направляет рост.

Обоих родителей Пашка очень любил и уважал. Отец всегда был для него примером для подражания, и он ценил его советы. И если со стороны все исполнения приказов дяди Демида Пашкой могли показаться лишь пассивностью Славина-младшего, то я прекрасно знала, что это не так. Характер у Паши тоже был не сахар, и он, если бы захотел, мог бы воспротивиться отцовской воле. Все дело было в уважении. Паша очень ценил советы дяди Демида и руководствовался не правилом «послушай отца и сделай наоборот», а «он старше, мудрее, плохого не посоветует, надо подумать». Так он с пинка отца попал на экономический факультет в крупный университет, прихватив с собой и меня, затем продолжил обучение в магистратуре, а потом еще и с усердием трудился над красными корочками. Однако и собственных решений Паша не боялся принимать. Отправиться работать на втором курсе было полностью его идеей, переехать от родителей, быть независимым, самостоятельным и добиваться всего своим трудом — тоже. Мой друг мечтал однажды стать похожим на отца и принять на свои плечи отцовскую корпорацию по производству и торговле строительными материалами и оборудованием, и свой путь решил начать с самых низов, как это сделал в свое время и дядя Демид.

— Пирог ем, — ответила, растерянно глядя на застывшую надо мной тетю Марину.

— Сколько можно есть?! — возмутилась она и отобрала у меня тарелку. — Ты, что ли, не знаешь, что происходит?!

— Что? — испугалась я, тут же подумав о Пашке. Что случилось? Он в аварию попал? Заболел? Заключил контракт, который разорил их фирму?

— Около Паши девчонка какая-то левая вьется! — выдохнула тетя Марина с жаром, начиная напоминать мне огнедышащего дракона.

— А! Это Настя. Они типа встречаются.

— Ты знаешь? — удивилась она. — И так спокойно об этом говоришь?

— А что в этом такого?

— Они жить вместе начали!

— Они взрослые люди.

— Ей от Паши только деньги нужны! И вообще… чего он с ней добьется? Домашний одуванчик, который ни со стола вытереть нормально не может, ни разговор поддержать. Ни дня в жизни не работала! И вообще… она филолог! Что она может сделать для семьи и компании?

Кажется, состоялось знакомство с родителями и прошло оно так же, как и у меня с Сашей. Мама была недовольна будущей невесткой.

— Ну-у… Пашку счастливым, например.

— Ты издеваешься? — возмутилась тетя Марина. — Она ему не пара, — категорично заявила. — Поднимай свою задницу и иди что-то делай уже.

— Что?

— Мне тебя еще и учить? Юбочку покороче, декольте пониже, улыбку пошире. И главное — все время рядом.

Я прибалдела — иначе просто не скажешь. Это мне тетя Марина предлагает за Пашкой что, побегать в короткой юбочке?

— Верни ребенка обратно в семью! Сколько он еще будет по этим девкам таскаться? — бросила она напоследок и отбыла с тарелкой моего пирога в руках.

Тетя Марина меня в невестках жаждет видеть?! Что такого сделала эта Настя, что мама Пашки даже мне рада стала?

И фарс этого дня продолжился с прибытием Паши в компании Насти. Выглядел друг очень злым, девушка вовсю к нему липла, не отпуская от себя ни на шаг, что было неудивительно при огнедышащей сарказмом тете Марине. Казалось, что лишь одна я пребываю в спокойствии.

— Зачем ты ее привел? — спросила, когда мы с Пашей на несколько минут остались одни на кухне, пока тетя Марина отвлекала Настю в гостиной своими придирками.

— Не спрашивай, — выплюнул парень, а затем терпеливо выдохнул и признался: — Увязалась следом. Думал, хоть сюда не придет, но она прилепилась ко мне как пиявка.

— Ого, как ты о любимой девушке.

Пашка скривил губы.

— С чего ты взяла, что о любимой? — раздраженно поинтересовался он, подхватил чаши с попкорном и отправился в гостиную, где тетя Марина уже начала повышать голос на Настю.

Словом, отношения Пашки с девушкой были странными. Он не просто из-за плохого настроения бросил фразу про то, что не любит ее, он на самом деле это чувствовал, судя по его поведению, но все равно продолжал эти странные отношения. Настю же постигла та же участь, что и моего бывшего Сашу в свое время. Она приревновала Пашку ко мне. Вообще, она ревновала его даже к столбу, что было неудивительно, ведь не могла не чувствовать, что он не влюблен, но из-за меня впадала в истерики. Конечно, Пашке это не нравилось, ведь он был точно так же, как и я, зависим от нашего общения.

Тем не менее эти отношения в жизни Славина были самыми длительными и смогли продержаться целых семь месяцев. Но разрушились как карточный дом, прямо как и мой роман с Сашей. Правда, не так драматично.

Мы окончили учебу, Пашка посадил меня себе на плечи, и мы, под взрывы хлопушек, в черных мантиях с кисточками конфедераток около глаз, помахали камере фотоаппарата красными дипломами. Славину пришла повестка в армию, он прошел комиссию, собрал сумку и отправился на место сбора призывников.

Провожать Пашу я отправилась вместе с его родителями. Дядя Демид гордо похлопывал сына по плечу, а мы с тетей Мариной жалобно шмыгали, обмахивались сотовыми телефонами и старались не разреветься, как и полагается железным леди.

— Ну все. Жди меня. Поняла? — сурово наказал Пашка, глядя на меня обеспокоенно.

— Да поняла я все, — пробормотала рассерженно. Последние недели он только и повторял: «Жди, жди, жди», и к этому моменту я уже подустала клясться в верности и преданности. И, чтобы сменить тему, поинтересовалась: — А Настя где?

— Мы расстались, — ответил Славин безразлично.

— Как? — удивилась я и тут же рассердилась. — Она не захотела тебя ждать?

— Я не захотел.

— Почему?

— А зачем? — пожал он плечами. — Она будет меня ждать год, а я потом должен что?.. Жениться на ней? Нет уж. Я к такому точно не готов.

— А я, значит, «жди»?! — возмутилась из вредности.

— А ты, значит, «жди», — подтвердил он и крепко обнял меня.

10. Оскорбительные поцелуи

Мою жизнь будто поставили на паузу. Причем события в ней продолжали происходить: я трудилась на дядю Демида в «Строймире», встречалась с Яной, ездила с мамой по магазинам, ругалась с братом, — но все они будто проходили мимо. Я очень скучала. Жила от звонка до звонка. Вечерами, когда Пашка назначал мне созвон, бросала все, бежала домой и боялась отойти от телефона, чтобы не пропустить сеанс связи.

Паше тетя Марина не раз предлагала «откосить», купить, прикинуться полумертвым, но тот уперся: «Хочу и пойду», да еще и дядя Демид его поддерживал. И даже мои агрессивные настроения не убедили Славина в обратном, не то что слезы Насти. Все-таки он уехал служить в дальние дали, на другой конец страны, практически на границу.

Я же осталась дома. И мне ничего не оставалось, кроме как ждать. Девчонки моего возраста ждали из армии парней. Я же ждала лучшего друга. Даже сказать о таком было стыдно. Наша привязанность друг к другу и раньше казалась мне чрезмерной и странной, но в этот период она особенно обострилась. Ладно, себя я могла оправдать все еще таившейся глубоко в сердце любовью к Славину, но чем он объяснял то, что в первую очередь звонил мне, а не родителям, я и представить не могла. Паша тоже скучал, я это чувствовала, и мне становилось еще более странно. Если бы, например, Яна уехала в другой город, я бы так убиваться по ней точно не стала.