И на твоих сияет волосах
Цвет охры в этой летней акварели.
Как будто Бог опять рисует нас —
И наступает осень. Полетели!
Чудо
«Как этот мир, в надежде на добро…»
Как этот мир, в надежде на добро,
Бессилен победить любое зло,
Но всё пытается – и летописи тлеют
И рассыпаются. И золотом руно
Отсвечивает. С ладаном и смирной
Идут волхвы на свет звезды надмирной,
Они застыли в шествии своем
В пустыне. На века. Над Рождеством
Склонился мир в смирении глубоком.
И кажется, Всевидящее Око
Не сводит глаз. В пустыне всё поет
И радуется. Свет в окне немеет.
И путь звезда, что в прошлое не верит,
Рисует новый. В этот – без потери
И без страстей и казни наперед.
Но как тебя оставить, мой народ?
«Планета – словно новогодний шар…»
Планета – словно новогодний шар.
В нем чудится сюжет под легким снегом.
Волхвы несут свой драгоценный дар,
Идут к звезде, оставшись без ночлега.
И страха нет – неведомый восторг —
От света иноземного святыни.
Звезда лучом ведет свой разговор
Со всем живым – людьми, скотом, пустыней.
И свет такой, что исчезает кровь.
Всё замирает – крики, торг, зов мести.
Свершилось чудо – в мир пришла любовь.
Незваная – здесь нет для нее места.
«Я знаю главную тайну Бога…»
Я знаю главную тайну Бога,
Который словом вращает пули,
Который снова врачует боли,
Который словно во тьме кочует.
Лучом живым – побеждает горе.
Мечом – ржаным оделяет хлебом.
Свечою жарко горит в ладонях.
Бог жизнь вдыхает – и этим лечит.
«Границы нет меж мертвыми, живыми …»
Границы нет меж мертвыми, живыми —
Пред алтарем, где отпевают всех,
Горят лампады, свечи восковые.
И люди – как живой насущный крест.
И все они когда-нибудь испросят
Последний путь на кладбище – ночлег.
И тело – словно шелуху – отбросив,
Зерно души пойдет на Божий хлеб.
И превратится в тело вновь Христово.
И попадет обратно в тот же храм,
И мытаря, и блудника к престолу
Вернет благодаря святым дарам.
Нас в небесах ждут радости иные.
И ты придешь, и я туда приду.
Бог любит нас за то, что мы – живые.
И умереть не даст в земном аду.
«Этих людей давно уже нет на свете…»
Этих людей давно уже нет на свете.
А Он продолжает путь на своем осле.
«Осанна!» И падают в пыль упругие ветви, 
