Алена Волгина – Воланте. Ветер песков (страница 2)
Тяжёлые каменные блоки обрамляли тёмный проход, ведущий вглубь храма. Оттуда тянуло холодом. Среди выбитых знаков на камне можно было различить символ Хора – пирамиду, перечёркнутую стрелой. Что означали другие священные символы – раскрытый глаз, молния и так далее – Альваро не знал. Здесь было неестественно тихо. Только мёртвый ветер Эспиро подталкивал в спину, насмешливо гудел над плечом: мол, что задумался, человечек? Осмелишься ли войти?
Ему вспомнился голос отца: «Эспиро – это самая последняя мера, для крайних случаев. Воспользовавшись его помощью, ты рискуешь потерять больше, чем выиграешь. Каждому человеку даётся лишь
Альваро устало потёр лицо. Он не мог сейчас ничего трезво взвешивать! Стоило зажмуриться, как перед глазами снова возникало мёртвое лицо Дийны, залитое кровью, и «Рисуэнья», падавшая в пустоту. Не давая себе времени на раздумья, он шагнул в провал.
Впечатление было такое, будто он ступил в пасть древнего существа из камня и тени.
Ветер явно был рад новому гостю. Наверное, соскучился в одиночестве. Он ликующе засвистел, подтолкнул его в спину, просквозил насквозь, выметая из души страх, боль и остатки сомнений. Поначалу Альваро пытался сопротивляться, но быстро понял, что придётся довериться магическому потоку, который тащил его вглубь скалы. Перед глазами мелькали цветные пятна, к горлу подкатывала тошнота. Казалось, он сейчас растворится среди теней и блуждающих огоньков. Ветер словно стирал с него слой за слоем всю прежнюю жизнь, и воспоминания о друзьях, родителях, колледже постепенно исчезли, сместившись куда-то за грань реальности. Остался только ветер и его полёт – ещё одна нота в унылой свистящей песне…
Спустя какое-то время ветер утих, предметы вокруг обрели более четкие очертания, и Альваро, придя в себя, вдруг услышал:
– …Это мой остров, понимаешь?
Знакомая сцена. Он снова был привязан к оливе, а Дийна – живая и невредимая – гневно смотрела на него, сверкая глазами. Де Мельгар чуть не застонал от досады.
«Да вы издеваетесь! – подумал он. – Если уж я смог обмануть время, неужели нельзя было вернуть меня пораньше, хотя бы на полчаса?»
В крайнем случае, он запер бы эту ходячую проблему в Башне. Или сдал бы её под стражу сеньоре ди Кобро… или спрятал бы её лодку… В общем, что-нибудь да придумал бы! Но Эспиро лишил его свободы маневра, и ему оставалось только беспомощно наблюдать, как его кошмар повторяется по новому кругу.
– Почему ты настолько мне не доверяешь? – спросил он у Дийны, просто чтобы потянуть время. В прошлый раз ему не хватило буквально минуты. Если бы он мог выиграть хоть чуть-чуть времени!
На лице девушки обозначилось что-то вроде растерянности, и у Альваро даже затеплилась надежда, что на этот раз обойдётся без приключений. Не обошлось.
– Прощай, де Мельгар.
Миг – и ветки за ней сомкнулись.
– Дийна! Да чтоб тебя…
В этот раз он не стал тратить драгоценные минуты, чтобы подтянуть к себе нож. Вывихнул большой палец и, шипя от злости, выдернул руку, избавляясь от верёвочных пут. Рука тут же протестующе заныла. Он старался не думать, что, возможно, снова сделал неправильный выбор. Когда он доберётся до Дийны, ему понадобятся все силы, чтобы удержать их обоих во время бури. Сможет ли он сделать это больной рукой?
Если нет – значит, они разобьются вместе. Но одну он её не оставит!
До Ланферро он домчался в одно мгновение, высматривая среди черных туч оранжевый парус. Вот она! «Рисуэнья» рыбкой скользила наперерез магическим вихрям. Дийна ловко лавировала между потоками, перебрасывая парус при каждом повороте. Вдалеке полыхали молнии, будто некие силы вспарывали небо, обнажая его изнанку из угрюмого страшного пламени. Каждый раз, когда вспыхивал этот свет, Альваро всё отчетливее видел маленький парус, упрямо летевший сквозь косматые полосы облаков. Он приготовил якорный трос. «Не успею!» – мелькнула отчаянная мысль. И всё-таки он догнал её.
***
Внезапно Дийна вскрикнула, заставив его очнуться от воспоминаний. В её голосе была радость.
– Смотри, вода! – сказала она, показав ему мокрую тёмную сторону камня.
– А я что говорил! – воодушевился Альваро.
Они вырыли ямку, в которую сквозь песок медленно сочилась мутная жидкость. Подождав немного, они смогли набрать флягу и намочили куртки, из которых Дийна соорудила что-то вроде тюрбанов, чтобы прикрыть ими головы. Альваро с удовольствием смыл с лица кровь, запекшуюся жесткой коркой. Дийна только зажмурилась, когда представила, сколько микробов он занёс в рану во время этой процедуры. Ужас!
– Кажется, у меня осталась мазь от ссадин, дай обработаю, – потянулась она к рюкзаку.
Де Мельгар мягко отстранил её руку.
– Не надо.
– Воспалится, распухнет… на такой-то жаре!
– Ну и пусть. Если мы всё-таки попадём в лапы Дельгадо, будет лучше, чтобы он меня не узнал. Наследника де Мельгаров он однозначно воспримет как шпиона, а у него, понимаешь, обострённая реакция на эту публику.
– Ну, шпионов никто не любит, – усмехнулась Дийна, вспомнив неласковый приём, который Альваро оказал ей в колледже.
Он мгновенно уловил намёк:
– Да, но в отличие от Дельгадо, я не имею привычки топить доглядчиков в нужнике, а барон, по слухам, очень любит это делать.
– Хочешь сказать, что мне ещё повезло? – фыркнула она. – Ладно, в случае чего, притворимся, что мы мирные контрабандисты. За такое нас, конечно, попинают, но быстро отпустят.
– Контрабандистка? Ты?!
Альваро даже расхохотался, хотя двигать щекой было больно.
Нахмурившись, Дийна подождала, пока у него не пройдёт этот несвоевременный приступ веселья. С самого пробуждения он вёл себя как-то странно. «Странно даже для него», – подумала она. Всё-таки травма головы – это не шутки! Ему бы сейчас отлежаться, а не топать по солнцу. Но поскольку здесь всё равно не было ни госпиталей, ни врачей, она постаралась скрыть своё беспокойство.
– А что тут смешного? Не похожа?
Отсмеявшись, он покачал головой:
– Врать нужно в меру. Если кто-нибудь спросит, мы просто студенты из колледжа. Заблудились, попали в бурю… Не надо ничего сочинять.
Глава 2
Шагая, Дийна старалась смотреть себе под ноги. Это лучше, чем глядеть по сторонам: так было менее заметно, насколько медленно они брели. Горная цепь на горизонте, впаянная в белёсое небо, казалась недосягаемой. Вокруг них простирались бесконечные дюны, похожие на немые волны застывшего моря. Жара была оглушающей. Кожа горела огнём, плевок высыхал в воздухе на лету. На губах оседала горькая пыль. От мысли, что до ближайшего жилья придётся брести ещё несколько дней, хотелось лечь и умереть.
Кроме жары, Дийну беспокоил вопрос продовольствия. В рюкзаке у неё одиноко болтался тощий мешок сухарей – скудноватый запас для двух молодых организмов. Она зорко всматривалась в щели между камнями, но не видела там ни единой искорки жизни. Здесь не было ничего съедобного. Казалось, здесь вообще никого не было, кроме них! Две унылые тени, изгибаясь, скользили по каменным трещинам, сопровождаемые свистом Тревизо.
– Не волнуйся, в пустыне от голода ещё никто не помирал, – уверенно сказал де Мельгар. Будучи уроженцем Сильбандо, он чувствовал себя в песках как дома. – Когда кончатся сухари, я змею поймаю. Змеи съедобные.
– Лучше не надо! – возразила Дийна, покосившись на его лихорадочно-воспалённое лицо. Напрашивалось подозрение, что змея могла оказаться проворнее их двоих, вместе взятых.
– Тогда наберём песчаных улиток.
– Б-р-р!
В конце концов Альваро нашёл какие-то мясистые листья, насчёт которых он был почти уверен, что они не ядовитые. Дийна с осторожностью попробовала их и решила, что для перекуса сойдёт. Они даже немного утоляли жажду. Вообще с растительностью здесь было негусто. Под палящим солнцем выживали только стойкие столбики кактусов, да ещё корчились в муках иссохшие кустики саксаула.
Ближе к вечеру они решили устроить привал, чтобы снова двинуться в путь после захода солнца. Заблудиться в пустыне было практически невозможно, так как Тревизо всегда дул с востока, и все стороны света легко было определить по грядовым пескам.
– Осторожнее, не прижимайся к скале, – предупредил Альваро. – Здесь водятся летучие ящерицы, лагарты. Спикирует прямо на голову – и конец!
Солнце садилось. Мир из песочно-рыжего постепенно становился фиолетовым и лиловым. Альваро наблюдал за закатом с некоторой тревогой. Ему не нравился этот пустынный свет, который казался краснее и более тёмным, словно солнце внезапно состарилось на тысячу лет. Он подумал, что болтанка внутри магической бури могла дорого им обойтись. В мощных завихрениях флайра время порой искажалось самым причудливым образом. А вдруг они с Дийной затерялись во времени и попали в чужую эпоху? От таких мыслей даже голова разболелась.
Он разглядывал остывающее каменистое море, испещренное трещинами, в котором после ухода жары медленно пробуждалась жизнь. М-да… «Интересно было бы узнать,
Его размышления прервал тихий неясный звук. Неожиданно вынырнув из закатного блеска, в небе показался воларовый катер. Альваро среагировал ещё до того, как мозг успел предупредить его об опасности: