Алена Трубицына – Дом на краю леса (страница 3)

Анна замерла. Это был не ее звук. Затем, едва различимо, мужской голос, искаженный помехами, произнес: «…не выпущу…»

Пленка закончилась.

Ключ повернулся в замке. Анна вздрогнула, поспешно выдернув шнур диктофона из розетки. В прихожей послышались шаги, тяжелые, усталые.

- Анна? Ты не спишь? - голос Максима был обычным, отстраненным.

Она быстро протерла глаза, сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть лицу спокойное выражение.

- Нет, ждала тебя.

Максим вошел в гостиную, снимая куртку. Его взгляд скользнул по столу, заваленному бумагами, по диктофону, остановился на ее лице.

- Опять за своим? - в его голосе не было злости, только усталая покорность.

- Макс, послушай… - Анна встала, ее руки дрожали. Она должна была поделиться этим. Не могла больше нести одна. - Я кое-что записала.

- Не начинай, - он отвернулся, направляясь к кухне. - Я устал. Завтра.

- Нет, не завтра! Сейчас! - в ее голосе прозвучала отчаянная нота, которую она сама не узнала. - Пожалуйста. Один раз просто послушай.

Максим остановился, обернулся. При свете лампы она увидела в его глазах не раздражение, а что-то другое. Глубокую, запрятанную боль. Он молча кивнул.

Она снова включила диктофон, прокрутила до последней минуты. Сердце бешено колотилось. Они стояли вдвоем в тишине, слушая ее собственный, полный надежды шепот, а затем - пустоту.

- И что? - спросил Максим, когда пленка закончилась. - Я ничего не слышал.

- Подожди, - прошептала Анна. - Вот здесь.

Она прибавила громкость на максимум, включила повтор последних тридцати секунд. Сначала - ее «Покажись мне». Пауза. Шорох. И тогда, сквозь шипение, явственно прозвучал тот самый влажный вздох, а за ним искаженные, но четкие слова:

«…не выпущу…»

Максим замер. Все его тело напряглось, как у животного, учуявшего опасность. Лицо побледнело, он выглядел испуганным.

- Что это? - его голос был тихим и хриплым.

- Я не знаю, - ответила Анна, наблюдая, как рушится последняя стена его рациональности. - Но это не я. И это не Настенька.

Максим медленно подошел к столу, взял диктофон в руки, как будто это была бомба. Он перемотал, прослушал фрагмент снова. И снова. С каждым разом его лицо становилось все мрачнее.

- Завязывай с этим, - наконец сказал он.

- Но Макс…

- Завязывай! - его голос сорвался на крик. Он резко швырнул диктофон на диван. - Ты понимаешь, что это? Ты понимаешь, во что ты ввязалась?

- Я пытаюсь найти нашу дочь!

- Нашей дочери нет в живых! - выкрикнул он, и в комнате повисла гробовая тишина. Он сказал это. Впервые за год он произнес это вслух. Слезы выступили на его глазах. - Ее нет, Анна. Она не в саду. Она не в этом доме. Она в земле. И все, что ты слышишь - это… это не она.

- А что это? - Анна подошла к нему вплотную, глядя прямо в глаза. - Если не она, то кто? Кто говорит «не выпущу»? Кто смеется на пленке? Ты слышал этот смех!

Максим отступил, провел рукой по лицу. Он выглядел сломленным.

- Я слышал, - прошептал он. - Боже, я слышал.

В этот момент наверху, на втором этаже, громко хлопнула дверь. Оба вздрогнули, разом обернувшись к лестнице, погруженной во тьму.

Тиканье часов на камине вдруг стало оглушительно громким , время остановилось.

- Это ветер, - автоматически сказал Максим, но уже не верил своим словам.

- Нет, - покачала головой Анна. Ее страх внезапно сменился странной решимостью. - Это не ветер. И ты это знаешь.

Она сделала шаг к лестнице.

- Куда ты? - Максим схватил ее за руку.

- Туда. Наверх. Там что-то есть.

- Анна, нет…

- Тогда оставайся здесь, - она освободила руку. В ее глазах горел огонь, которого Максим не видел с тех пор, как они потеряли дочь. Огонь цели, пусть и безумной. - Но я иду.

Она взяла со стола тяжелый медный подсвечник, единственное подобие оружия, и направилась к лестнице. Максим секунду постоял в нерешительности, глядя на ее спину, а затем, сдавленно выругавшись, схватил второй подсвечник и пошел следом. Темнота на втором этаже была абсолютной. Фонарик в телефоне Анны выхватывал из мрака полоски обоев, тени от мебели. Дверь в дальнюю комнату, ту самую, что была заперта, а потом открыта, была распахнута. Но Анна была уверена, что закрыла ее сегодня утром. Они остановились на пороге. Комната была пуста. Стол, бумаги, все как она оставила. Но воздух был другим. Холодным, спертым, с легким запахом сырой земли и… лекарств. Как в больнице.

- Никого, - облегченно выдохнул Максим.

Анна направила луч света в угол. И замерла. На стене, там, где раньше была лишь штукатурка, теперь отчетливо виднелась надпись. Свежая, будто ее только что нанесли влажным пальцем по пыли. Не одно слово, а целая фраза:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.