Алена Сказкина – Право на доверие (страница 56)

Я поступила опрометчиво, сбежав из дома, отказавшись от охраны. Мой маленький детский бунт внезапно обернулся серьезной угрозой для Южного Предела. И Харатэль…

Я никогда на самом деле не была сильной. Но если так я смогу сберечь свой дом, защитить семью и друзей…

Я нерешительно потянулась к стилету, будто обжегшись, отдернула руку. Прокляла свою слабость.

По-прежнему надеешься на авось, Лана? Наивно ждешь, что придет кто-то большой, сильный, добрый и спасет. Вытащит из неприятностей, которые ты сама отыскала на собственную голову. Харатэль? Кристофер, Исхард, Аликандр, мечен… Риккард?

Пальцы легли на рукоять. Я никогда не любила просить о помощи. Но мне постоянно помогали.

Из любой самой запутанной, отчаянной ситуации всегда есть последний выход — смерть. Единственный оставшийся выход: предусмотрительные пленители законопатили все щели, лишив меня даже призрачной надежды на спасение. Наверное, кто-то скажет, что самоубийство — выбор труса. Пусть. Я хотела бы бороться до конца. Но если меня скрутят живой, второго шанса не будет. Я не имею права рисковать: на кону стоит гораздо больше, чем одна жизнь.

Сердце бешено билось в груди, словно птица, запертая в клетке, стремящаяся вырваться на волю. Я постаралась успокоиться, глубоко вдохнула. Есть ли что-то за гранью, где кончается земной путь? Золотой дракон, парящий в полуденных небесах, ты еще ждешь меня?

Отрешись от всего, Лана. Поверь, это происходит не с тобой. Твоя рука должна быть твердой, когда ты нанесешь удар. Один точный удар. Второго не последует. На него мне не хватит ни сил, не смелости…

Небосклон посветлел. Печально, я не увижу, как на востоке розовеет горизонт: окно комнаты выходит на запад.

Жалею ли я, что сбежала? Сейчас, когда исчез смысл лгать, я твердо отвечу: нет. Даже учитывая страшную цену, которую мне предстояло заплатить за легкомыслие, я не раскаивалась в своем выборе.

Несколько последних месяцев совершенно изменили мою жизнь. Позволили с головой окунуться в мир, за которым я девятнадцать лет наблюдала из застенков теплицы, где росла подобно тщательно лелеемому цветку. Предательство и любовь, дружба и подлость, самоотверженность и жажда наживы, жестокость и милосердие, осознанный выбор и роковое стечение обстоятельств, реальность и мифы. Жизнь. Настоящая жизнь.

Лица… Новые бесчисленные лица и различные судьбы, которые невольно, случайно, на короткое время переплелись с моей.

Староста затерянной среди зимних метелей деревушки. Плутоватый, умный, домовитый мужик. Надувшийся от важности индюк, слепо исполняющий королевский закон.

Господин Хок. Битый жизнью трактирщик, давший убежище приблудной девке. Суровый судья, без колебаний вынесший приговор чужаку. Заботливый отец, воспитывающий пятерых дочерей.

Йорк Лосский. Одинокий волк, скрывающийся за маской светского щеголя. Опасный убийца, преследовавший бывших товарищей. Расчетливый политик, готовый объединиться с Советом против общей угрозы.

Галактия. Галка. Пестрый неукротимый вихрь. Легкомысленная болтушка. Умелая целительница, прошедшая школу Южного Храма. Смущенная девушка, влюбившаяся в алого. Безжалостная охотница на драконов, фанатично преданная идее истребить крылатых чудовищ.

Скайнель и Раэн, несчастные птенцы, которым по воле судьбы не повезло сражаться одним против враждебного мира. Я обещала найти детям приемную семью и учителей. Мне не удастся сдержать слово. Но я верю, что ребят примут и без моего заступничества: драконы не бросают своих.

Динька. Сияющее яркое солнышко. Бесконечно мудрая в своей детской невинности и непосредственности. Спасибо тебе за все, чему ты научила меня. Свети, мелкая!

Меченый. Рик… Риккард тиа Исланд, эсса Северного Предела, Демон льда. Чудовище, о котором с содроганием вспоминают в драконьих кланах. Одинокий изгой, жертвующий собой, чтобы спасти человеческого ребенка. Отталкивающий и притягивающий одновременно. Пугающий. И надежный. Ненавижу ли я его? Однажды я уже отвечала на этот вопрос. Странно. Он предал меня, нанес подлый удар в спину, отдав на расправу своим союзникам, но я по-прежнему не испытывала к дракону неприязни. Никто не виноват, что так сложилось. Мы просто принадлежим разным полюсам. Мне не нужна твоя жалость, северный лорд. Не терзай себя сомнениями. Я родилась твоим врагом.

Еще хотя бы несколько минут.

Не многие вспомнят обо мне. Хорошо. Я не желаю, чтобы слезы грусти омрачили радость нового дня. Обо мне некому плакать. Мое короткое детство промелькнуло за штудированием пыльных фолиантов и вниманием нудным поучениям наставников. У меня практически не было друзей, да я и не спешила оставлять след в чужих душах. Не хотела сближаться.

Как общаться с человеком, ищущим в отношениях лишь выгоду, которую способно дать знакомство с сестрой правительницы? Лесть и зависть уничтожают искренность.

Как общаться с человеком, которому однажды, возможно, прикажешь умереть? Я не имею права колебаться, выбирая между благом для одного и благополучием Предела. Я эсса, летящая над миром, парящая в недоступной другим высоте… пустоте.

И все же… Крис. Алик. Спасибо вам. За вашу бескорыстную чистосердечную дружбу. Забудьте меня.

Исхард, извини, я не выйду за тебя замуж. Другая, достойная, станет твоей невестой.

Харатэль, тебе придется тяжелее всех. Но ты сильная, ты справишься. Найдешь виновных и отомстишь. Прости, сестренка, глупый наивный птенец не слушал мудрых советов. Не понимал. Я люблю тебя, моя строгая Повелительница.

А для Предела так будет лучше. Наконец-то эссой нарекут кого-то способного принести реальную пользу. Южным драконам потребуется сплоченный и могучий совет клана, чтобы противостоять надвигающейся угрозе. Так будет лучше.

Пора. Скоро за мной придут.

С острого кончика лезвия мне приветливо улыбалась смерть. Злейший враг, ласковая подруга.

Простите все.

Прощайте…

Глава тринадцатая

— Успел…

Легкий, почти неслышимый вздох облегчения.

— Сгинь! Тварь! Чудовище! Предатель!

Стальная хватка на запястьях окрепла, пальцы непроизвольно разжались, стилет с глухим стуком вонзился в доски. И лишь убедившись, что моей жизни больше ничего не грозит, меня отпустили. Ноги подкосились, и я неуклюже плюхнулась на пол. Всхлипнула от обиды (ночь напролет, понимаете, готовилась, прощалась со всеми, и так разочароваться!) и облегчения (жива!).

Оцепенение продолжалось недолго. Нет уж, живой я им не дамся! Я трясущейся рукой потянулась за стилетом, но мужчина быстро отшвырнул оружие в сторону, вне пределов моей досягаемости.

— Я найду другой способ! — на глаза навернулись непрошеные слезы — результат нервного перенапряжения; я упрямо сжала дрожащие губы, сдерживая рыдания. — Не хочу становиться вашей послушной игрушкой.

— Ты не станешь, — Риккард тиа Исланд, ледяной демон, угрюмо улыбнулся. — Я выведу тебя из поместья.

— Что?! — мне показалось, я ослышалась.

— Я уведу тебя отсюда. И мне будет гораздо легче это сделать, если ты прекратишь шуметь.

Я недоверчиво смотрела на меченого. С чего вдруг настолько резкая перемена?! Хаос! Какая разница! Даже если слова дракона — обыкновенная уловка, хуже не будет. Хуже просто не может быть! А если он говорит правду, у меня появился реальный шанс на спасение. В душе вспыхнул робкий лучик надежды.

Встать удалось только со второй попытки.

— Оклемалась? — Рик беспокойно прислушивался к тишине, царившей в поместье, терпеливо ожидая, пока я обрету устойчивость. — Переодевайся.

В моих руках очутился сверток с одеждой.

— Зачем?

— Убегать гораздо удобнее в брюках, чем в платье, цепляясь пышными юбками за придорожные кусты. Да и этот наряд совершенно тебе не подходит, — пояснил дракон, привыкший к тому, что порой я соображаю чересчур медленно.

«Логично», — мысленно согласилась с ним я. Какой же он все-таки дальновидный! Демон льда, Хаос его забери! Полководец, выигравший во времена Раскола не один десяток сражений.

Я помрачнела, застегивая пуговицы на рубахе.

— Лана? — меченый оглянулся.

— Оказывается, не одной мне было что скрывать, эсса Исланд.

Он тоже нахмурился.

— Эсса Исланд умер пятнадцать лет назад. По приговору Совета.

Я затянула ремень на штанах, принялась быстро шнуровать сапоги, уделяя этому занятию все внимание.

— Почему ты передумал? Почему помогаешь мне?

— Считай, я просто решил сдержать данную мной клятву, — голос меченого звучал устало и недовольно. Я подняла взгляд. Дракон стоял у двери, барабаня пальцами по косяку. Впервые я видела его таким неуверенным.

— Разве не здесь твой дом, друзья? Твоя Вьюна? Мечта, ради которой ты предал Совет? — тон получился на редкость едким и ехидным. Я испугалась, не перегнула ли палку.

— Веришь, — Рик размышлял, медлил, растягивая слова. — Что бы обо мне ни сочиняли, я никогда не был предателем. И, пожалуй, не желаю становиться им теперь, — он смотрел вдаль, на недоступные мне горизонты. — Мы не зря сражались во время Раскола, цель не была ошибкой: Пределы должны избрать новую политику или исчезнуть. Если путь меча оказался единственным способом донести эту истину до Совета… Но сейчас всё изменилось. Все изменились. Вьюна… я помню ее совершенно иной. Готова? — внезапно оборвал себя Рик.

Я кивнула. Дракон придирчиво изучил меня с ног до головы, достал из сумки на поясе ключ, разомкнул браслеты на руках. Я ощутила, как медленно, по крупицам, возвращается сила, вытянутая блокираторами.